Михаил, Меч Господа. Книга 3. Рейд во спасение - Гай Юлий Орловский

– Ты же элементаль, – напомнил Азазель, – если считать по старинке. Понижай температуру. У тебя хватает сил, чтобы все на десять шагов превратить в ледяную глыбу!.. Представляешь, в жарком аду ледяная глыба в сто тонн весом!.. Ну, пусть на целых полтонны меньше, все равно впечатлит. Хоть и не так зримо. Но кто заметит разницу? Только мелочные интеллигенты, что критикуют абсолютно все.

– Сейчас у меня нет сил пошевелить даже пальцем, – сообщил Михаил. – Но когда будут, превращу тебя. Сразу предупреди, откуда хлебнуть энергии: из сфирот или антисфирот?

Обизат спросила жадно:

– Он может?

– Еще как, – подтвердил Азазель. – Что мог Кезим, может и Мишка. Только больше и лучше.

Она посмотрела на Михаила с сомнением.

– Он великий воин. Но пользоваться теми силами могут немногие.

– Мишка все может, – заверил Азазель. – Даже то, что нельзя.

– Я счастлива, – ответила она с гордостью, – что принадлежу величайшему герою.

Азазель смолчал, делая вид, что не заметил, как «служу» заменила совсем другим словом. Пусть, а Михаил если и заметил, все равно не решится протестовать, для него очень скользкая тема.

– Для ратных дел всегда бери от антисфирот, – сказал Азазель авторитетно. – Светлые души для войны непригодны. Нужна ярость масс!.. Ты должон бить врага его же оружием. Только злее и нещаднее, потому что это ты, а то всего лишь они. Никто не смеет нагло входить в наш священный дом!..

Михаил напомнил:

– Так это ж мы вошли…

– Нам можно, – возразил Азазель строго. – Потому что наша справедливость справедливее! Да и вообще, что ты за солдат, если еще и рассуждаешь?

– Ты не напускай туману, – посоветовал Михаил, – не напускай. Что прячешь в рукаве?..

– Набирайся мощи, – посоветовал Азазель уже серьезно. – Напузырься так, чтобы из ушей выплескивалось. Дело в самом деле эпохальное, что и понятно, мы ж такие? Источник очень серьезный, но, прости, даже тебе сказать не могу, слишком много на карте… В общем, как догадывался Тертуллиан и даже Енох, здесь готовится произойти то, что случается однажды за всю историю. Поворотный пункт, так сказать. И от того, в какую сторону мы там повернем, зависит…

– Судьба мира?

– Догадался, – сказал Азазель пораженно. – Впрочем, когда брались за дела помельче?.. Даже стыдно о таком подумать, верно? Не по рангу. Давай, подзарядись, а потом скажу, а то я забыл, как выводить из обморока.

Михаил зыркнул на озадаченную Обизат.

– В обморок, – сказал он сердито, – не упаду, не надейся.

– А в кому? – спросил Азазель серьезно. – Да-да, вполне реальна клиническая смерть от информационного шока! Ничего, что я такой умный? Среди двух чистых душ?

Воздух стал прохладнее, Обизат бросила быстрый взгляд на Михаила. Тот поморщился, дескать, старается для себя, заодно и для них, а то Азазель еще подумает, буркнул:

– То-то патронов набрал, будто на войну.

– Я вообще еще тот хомяк, – похвалился Азазель. – Жаль, уже пообещал сердце и любовь до гроба искусственному интеллекту, а то бы начал павлинить перед Обизат… Вообще-то нам стоит отсюда в самом деле убраться. Малфас одно, но у Зарана могут быть и свои сторонники, которые сочтут правильным отомстить за смерть вождя… Глупых больше, чем умных! Вообще-то по-настоящему умный только я на свете.

Обизат сказала твердо:

– Будем сражаться!

– Не в этот раз, – заверил Азазель. – А так ты права, вся жизнь – сражение!.. Утром со сном, днем с ленью, вечером с желанием пожрать и поспать… Станьте ближе, пора передвинуться в другую локацию. Отсюда подальше, куда-то поближе…