Ярко пылающая тень - Джессика Клусс

Колдун прекратил кривляться:

– И что же в тебе такого ужасного?

Я никогда прежде не делилась этой историей ни с кем, даже с Руком. Сама не зная, почему рассказываю это Харгроуву, я сказала:

– Когда мне было пять, тетя Агнес привезла меня в школу в Йоркшире. – Несмотря на то что прошло много времени, я отчетливо помнила эту высокую гордую женщину в черном одеянии, которая отказывалась на меня смотреть, пока я цеплялась за ее юбку. – Я плакала, когда она возвращалась обратно к карете. Кричала: «Пожалуйста, тетушка, не оставляйте меня здесь. Я хочу уехать с вами. Я люблю вас». Тогда она повернулась ко мне и сказала… – Я запнулась, и в моем горле встал комок.

– Что же она сказала? – ухмылка сошла с лица колдуна.

– «Ты ужасное дитя. Если бы ты была милой, я бы тебя полюбила. Но кто полюбит такое неуживчивое, ноющее, вечно недовольное создание?..» – Я в точности процитировала ее слова. Я повторяла их про себя как минимум раз в день с того момента, как их произнесли. – Ну вот. – Я постаралась придать своему голосу безмятежность и выдавить улыбку. – Ничего не поделаешь.

Я отвернулась, и по моему лицу скатилась слеза.

– Бедное дитя, – мягко сказал колдун. Затем потянулся ко мне через стол, и я дала ему руку. – Бедное, бедное дитя. – В этот миг он говорил так же ласково, как Агриппа. – У тебя доброе сердце. Это не твоя вина. – А потом добавил так тихо, что я едва услышала: – И не ее тоже.

– Что?

Харгроув отпустил меня и уперся руками в подбородок:

– Пожалуйста, иди к кругу портье. Я устал.

– Я чем-то тебя обидела?

– Достаточно того, что мне нужно кормить малолеток и учить тебя. Теперь я еще и погряз в этих депрессивных историях.

Меня задели слова колдуна. Я уложила маленькую девочку спать и пошла к кругу портье, смахивая слезы со щек, чтобы Харгроув их не увидел:

– Я не хотела портить тебе вечер. Доброй ночи.

Подняв юбку, я зашла внутрь.

– Генриетта! – Харгроув редко обращался ко мне по имени. – Ты много страдала. Но помни, что ты не единственная.

Словно выбившись из сил, колдун опустил голову на стол.

– С моей стороны было эгоистично обременять тебя своим прошлым, – пробормотала я и переместилась домой.

* * *

Следующим вечером я сидела у камина в гостиной вместе с Блэквудом. Он проверял мои знания о Древних с помощью карточек.

– Зем, – произнес лорд. Отсвет от огня плясал на его лице, затеняя глаза.

– Огнедышащий змей размером с маленькое судно. Его часто видят в Хартфордшире, и в настоящее время он сровнял с землей целых две деревни. – Я, пытаясь сосредоточиться, закрыла глаза.

– Хорошо. И что делают в Хартфордшире, чтобы защитить его жителей?

– Все чародейские семьи, имеющие дома с имением в этой местности, отправили как минимум одного сына для защиты. Они также проложили каналы в каждой деревне, чтобы создать естественное отпугивающее средство против Зема. Это очень медленный процесс.

– Отлично. – Лорд отложил карточки. – Как вы поживали последние две недели?

В глазах юноши читалось беспокойство. С тех пор как Челлини на меня напал, Блэквуд и остальные адепты начали относиться ко мне с особой заботой. Ламб и Вольф показали мне новые стратегии для игры в шахматы. Ди удвоил усилия, чтобы не наступать мне на ногу на уроках танцев.

– Нормально.

– Вам все еще нужно быть одной во время послеобеденного отдыха? – Что-то в том, как Блэквуд об этом спросил, меня насторожило. – Вы так многому научились. Вряд ли вам нужен весь вечер, чтобы набраться сил.

– Вы хотели спросить меня о чем-то конкретном?

– Многие наверняка заинтересуются, чем вы занимаетесь. Я бы посоветовал вам быть осторожней. – Тон и взгляд Блэквуда намекали на то, что он говорил серьезно.

– И кто же заинтересовался?

– Просто постарайтесь не привлекать к тебе слишком много внимания. – Лорд уселся поудобнее в кресле и перемешал карточки. Я знала, что это значит. Как бы я ни старалась, мне больше не выудить из него информации на эту тему. – Итак, расскажите мне о Р’елеме и сосредоточьтесь на его делах в Шотландии.