Ярко пылающая тень - Джессика Клусс

– Это невозможно.

«Потому что ты колдунья и врунья!» – отозвался едкий голос в моей голове. На глаза набежали слезы. Я отвернулась от Магнуса и прижала ладонь ко рту.

– Что такое? – ласково поинтересовался юноша. Затем опустил руку мне на талию, чтобы утешить, и приподнял подбородок. Повернув меня к себе лицом, Магнус сказал: – Не позволяй им запугать себя.

– Я не их боюсь. – Меня затрясло.

Магнус наклонился ближе и тихо заговорил:

– С тобой что-то случилось после нападения Корозота. Впечатление, будто у тебя на уме постоянно какие-то жуткие мысли. – Его голос меня успокаивал. – Понимаю, смерть той маленькой девочки была ужасна.

Мне хотелось уткнуться лицом ему в грудь и все рассказать. Здравый же смысл твердил, что это невозможно. Почему я должна врать людям, которые относились ко мне с такой добротой? Что я за человек такой?

Глубоко вдохнув, я поведала Магнусу небольшую часть правды:

– Боюсь, что я не та, в ком все нуждаются.

Магнус взял меня за руку:

– Ты именно та. Или скоро ей станешь.

Его прикосновение грело мне кожу. Серые глаза юноши мерцали в тусклом свете свечей. Его губы изогнулись в самоуверенной улыбке, как бы доказывающей, что он никогда не знал поражений. Улыбка будто обещала, что Магнус защитит меня от всех опасностей, ждущих нас впереди.

Я почувствовала легкое напряжение в воздухе, как перед ударом молнии. Хватка Магнуса на моей руке окрепла.

На задворках сознания всплыла мысль, что о нас распускали слухи. Хоть мы и были одни, не стоило рисковать и сидеть с Магнусом, держась за руки. Я осторожно отодвинулась от него:

– Полагаю, я просто разнервничалась. Возвращайся на вечеринку. Уверена, мисс Уайтчерч ищет тебя.

– Уверена, что с тобой все будет хорошо?

– Просто хочу побыть одна.

Я встала и пригладила волосы.

Магнус тоже поднялся:

– Твоя проблема в том, что ты выпила всего один бокал пунша за весь вечер. Жизнь становится куда лучше, когда все теряет ясность. Это Аристотель сказал.

– Неправда! – засмеялась я.

Магнус ушел. Оставшись в одиночестве, я закрыла глаза, чтобы собраться с мыслями. Нужно натянуть улыбку на лицо и вернуться в зал, или люди начнут шептаться…

Чей-то сухой кашель вывел меня из раздумий. По лестнице спускался Пейлхук с бокалом пунша в руке. Он посмотрел на меня поверх очков:

– Мисс Хоуэл! Вы чем-то огорчены?

Больше, чем он мог себе представить. Что ж, поговорим откровенно.

– Я бы предпочла, чтобы вы не обсуждали Рука с другими людьми.

Мне хотелось накричать на Пейлхука, но я должна была оставаться учтивой.

– Вы – главная тема всех бесед. Корнелиус совершил ужасную ошибку, заперев вас в доме. За отсутствием каких-либо достоверных фактов сплетни неминуемы. – Пейлхук провел тонким пальцем по краю бокала. Тот издал слабый звенящий звук. – Будь вы моим адептом, я бы по-иному разрулил сложившуюся ситуацию.

– Тем не менее, магистр Пейлхук, пожалуйста, не обсуждайте меня. Ни со своими адептами, ни с кем-либо другим. У меня только что был довольно интересный разговор с двумя вашими последователями, и они вели себя исключительно грубо. Создается впечатление, будто вы не хотите, чтобы меня одобрили.

Я развернулась, чтобы уйти, но мужчина встал у меня на пути:

– Это несправедливое обвинение, мисс Хоуэл. У нас с вами общая цель – служить этой стране. – Казалось, он говорит правду. Я чувствовала твердость в его голосе. – Мое единственное желание – отправить Древних обратно в ту дыру, из которой они вылезли.

– Приятно слышать. А я боялась, что вы поклялись в верности памяти Гвендолин Агриппе.

Пейлхук усмехнулся:

– Я обязан признавать вас избранной. Но я действительно до сих пор почитаю мисс Агриппу Она была верной слугой Ордена. Знала наши обычаи. – Магистр поклонился. – И свое место.

Он ушел, а его замаскированная угроза повисла в воздухе, вызывая у меня дрожь в коленках.