Люди в белых хламидах - Ольга Обская

Лера шла в кабинет ректора на заседание совета профессоров уверенно и спокойно. На нее не действовало ни язвительное похихикивание Сьюгерда, ни перешептывания одногруппников, ни ожидание возможных козней от Башни. Смелости придавала шагающая рядом группа поддержки: Тьюрий и Айкен. Выражение их лиц говорило: хотя бы один недоброжелательный взгляд в сторону Айлиты — и ты покойник. Но взгляды окружающих по большей части были не ядовитыми, а сочувствующими. Ну вот, хоронят Валерию заранее. Хотя что с них возьмешь? Они же не знают, что два верных рыцаря, шагающих по обе стороны от Леры, — это еще не вся ее команда. Круговую оборону в кабинете ректора держит главный защитник Валерии. Тот, кто в случае чего готов даже выдвинуть ультиматум: либо студентка остается, либо они уходят вместе. Да, именно так Даркус и сказал сегодня ночью. И, кстати, не только это. У Леры моментально вспыхнули щеки, когда она вспомнила произнесенные горячим шепотом слова.

Возле кабинета почетному эскорту пришлось остановиться. Дальше Валерии предстояло идти одной. Она постучалась и вошла в приемную. Секретарь, окинув Леру взглядом в духе «допрыгалась, голубушка?», указал на одну из дверей:

— Заседание совета проходит в малом зале.

Лера решительно вошла в аудиторию. Профессора занимали места за большим столом в виде буквы «П». Во главе восседал ректор. Грозный, непроницаемый взгляд опустился на Валерию и придавил к полу. Его тяжесть ощущалась физически. Будто на грудь уронили двадцатикилограммовую гирю. Даже дышать стало трудно. Лера пробежалась взглядом по преподавателям в поисках того, кто бы вернул способность набирать воздух в легкие. Ей жизненно необходимо было увидеть его глаза. Но их не было. Лера еще и еще раз просканировала аудиторию. Где же Даркус?

— Мы уже обсудили ваш поступок, — сурово произнес Бердоулф. — Но перед тем как поставить на голосование вопрос о вашем отчислении из Академии, хочу дать вам слово. Желаете сказать что-то в свое оправдание?

А что тут говорить? Говорить бесполезно. Раз Даркус не смог присутствовать на заседании, а перевес в пользу Леры был всего в один голос, то в лучшем случае проголосовавших «за» и «против» будет одинаковое количество. Значит, окончательное решение принимать будет ректор, и каким оно будет, догадаться несложно.

— Отказываетесь? — хмуро переспросил Бердоулф.

Оказаться отчисленной категорически не хотелось, но устраивать оправдательный детский лепет, который ничего, кроме унижения, не принесет, Лера тоже не собиралась.

— Отказываюсь.

Горечь начала разливаться по всему телу. Горечь и тревога. Почему Даркуса нет на заседании? Он не мог не прийти просто так. Должна была быть веская причина. Может, Илди заболел? Но ведь Башня-то тут. Сидит себе в кресле с идеально прямой спиной и грациозным наклоном головы. Вон, даже улыбка на губах — злорадствует небось. А какая мать может улыбаться, если сын болен? Впрочем, Башня-то как раз может. Ей на Илди наплевать.

— Начинаем голосование, — Бердоулф обвел присутствующих взглядом. — Кто за отчисление, прошу положить правую руку на стол. Кто против — левую.

Профессора один за другим сделали свой выбор. Что ж, все прогнозируемо: расклад получается такой, как предсказывали Тью и Айк. Хотя… один момент им, как оказалось, предвидеть не удалось. Еще один голос за. Вот уж от кого Лера не ожидала поддержки, так это от Эйвилны. Но так или иначе, та коснулась стола именно левой рукой.