Файролл. Право выбора - Андрей Васильев

– …петушок пропел давно, – сквозь сон услышал я конец фразы.

Судя по всему, Вика говорила что-то и ранее, но это я пропустил. Я выплывал из забытья, того, которое не рекомендуется врачами и мудрыми людьми, поскольку если послеобеденный сон приятен и полезен (наши предки были не дураки, они всегда придавливали ухом часок-другой днем), то сон вечерний тяжел и гарантирует, что внутренний ритм собьется всерьез и надолго.

– Петушок уснул уже, – пробормотал я, разлепляя глаза и недовольно щурясь – Вика включила свет.

Она сидела на краю кровати и с доброй улыбкой смотрела на меня. Да, гуляния по салонам были не напрасны – и без того симпатичная, сейчас она была просто красива. Не то, чтобы до онемения, но полагаю, что даже гамадрилы из редакции перевели бы сейчас стрелку своих симпатий на ее рельсы.

– Женщина, вы кто? – просипел я. – Вы как сюда попали? Впрочем, познакомиться с такой красавицей я всегда рад.

– Прогиб засчитан, – довольно промурлыкала Вика и, ловко увернувшись от моих загребущих рук, вскочила на ноги. – Ну-ну-ну! Лапы прочь! Вот вернемся с вечеринки – хватай сколько угодно.

– Не дали помять красоту непорочную, – констатировал я. – Жаль.

– Ни капельки, – Вика ткнула в меня безупречно наманикюренным ноготком указательного пальца. – Ты безалаберный и безответственный тип, Никифоров. Пока твоя жена, пусть пока и гражданская, делает все для того, чтобы наша семья достойно встретила Новый Год, ты в небритом, немытом и помятом состоянии дрыхнешь на незаправленной кровати, причем даже не раздевшись. Фу-фу-фу, мне стыдно за тебя и жалко себя.

– Зато трезвый, – привел я аргумент, который первым пришел мне в голову. – Многие ли жены могут похвастаться, что к… Сколько там натикало? Сколько?!!!

Я вскочил с кровати. Однако – вздремнул. На часах у нас, конечно, еще не двенадцать без пяти, но уже девять. Черт, черт!

– Ты чего? – как-то даже перепугалась Вика. – Что случилось?

– Время поджимает, – я непроизвольно зевнул и поежился. Остатки вечернего сна, хорошо хоть, что башка не болит. – У меня там еще дела есть.

– Там? – Вика ткнула пальцем в капсулу. – Ну, Киф, ну хоть сегодня забудь ты об этой игре, а? Через два часа уже начнутся проводы Старого года, надо будет идти вниз, а ты и в самом деле еще не брился даже.

– Мне побриться – две минуты, – я подошел к капсуле. – И одеться тоже две. Что оставшееся время делать? Был вариант, но ты его сама и завернула.

– И с этим человеком я собираюсь вместе состариться, – печально сказала Вика, поправляя волосы. – Совести у тебя нет. Я думала – выпьем вдвоем немного шампанского, все-таки это наш первый Новый Год, подарки друг другу подарим. Это важно, понимаешь?

Нет, я все-таки молодец. А вот если бы не заморочился, то как бы себя стал после этих слов чувствовать? И главное – все, капец, уже ничего нигде не купишь, даже в сувенирной лавке. Но и сволочь – для женщин все эти ритуалы много значат, они их обдумывают, прикидывают, готовятся к ним. Такое следует учитывать. Это нам по барабану – хлебнул шипучки, пробормотал: «Тьфу, пакость» и пошел салаты наворачивать за обе щеки, пока Президент на экране не появится.

– Вик, мася, – я подошел к искренне расстроившейся девушке и аккуратно ее обнял. Ну мало ли чего нарушишь в ансамбле наряда и макияжа – тогда совсем мне труба будет. Так сказать – «со святыми упокой». – Я правда ненадолго, честное слово. Ну надо мне туда, понимаешь. Ты же в курсе, что я не все по своей воле делаю.

– Не в курсе, – как еж профырчала Вика. – Ты ничего мне не рассказываешь никогда. Я даже не знаю, что там у тебя в игре происходит, почему это так важно для всех. Может, ты мне врешь, может, ты просто там от меня прячешься, чтобы не доставала. Нет чтобы сесть и объяснить – что у тебя в этой игре такое происходит, прямо, честно, как в семье и принято.

– И рад бы, – заверил я Вику. – Но тогда им придется тебя убить, а мне этого не хотелось бы.

– Им? – Вика с кривой улыбкой кивнула в сторону входной двери. – Или им?

Второй кивок был в сторону окна. Девушка отстранилась от меня, ее губы подрагивали.

– Или есть еще кто-то, о ком я не в курсе? – Вика невесело усмехнулась. – В последнее время за нашими головами столько народа охотится, что я уж и не знаю, кто из них крикнет «бинго», когда этот трофей получит.

– Вик, в принципе, это все можно прекратить одним махом, – я развел руками, понимая уже, что шутка не удалась, и разговор теперь пошел серьезный. – Тебе достаточно уйти от меня, причем обставив это правильным образом, то есть публично и шумно, сделать это можно хоть бы даже и нынче ночью. И все – ты полностью выведена из-под удара. Плюс я договорюсь с Зиминым, и для пущей безопасности тебя отправят на месяц-другой куда-нибудь в теплые страны. Или наоборот – на лыжах кататься в Альпы. Денег у нас на это хватит.