Сюзерен - Андрей Посняков

— Вы все правильно сделали, святой отец! — покивал Вожников. — Очень правильно. Сколько еще можно потянуть с ремонтом?

— Дня три, — аббат болезненно скривился. — Послушника убитого ведь отпевать да хоронить. Так что — до субботы. И если мы ее к этому времени не найдем… Не хочу даже думать! Но я уже послал верных людей по ближайшим деревням, в Манресу…

Егор вскинул брови:

— Знаете кого искать? Имеются подозреваемые?

— Да нет, — признался отец Бенедикт. — Нету.

— Дверь в притвор запиралась?

— Обычно нет, но… по ночам там всегда находился послушник, сторож.

— И засов он обычно не задвигал.

— Ну, конечно же, нет — к чему? Чтоб украсть Пресвятую Деву… ее ведь даже в Манресу не смогли увезти!

Задумчиво покусав губу, молодой человек поежился от внезапно налетевшего ветра и поинтересовался монастырскими воротами.

— О, эти всегда на ночь заперты, — заверил аббат. — Уж будьте покойны!

— А та маленькая дверца, калиточка, через которую мы прошли?

— На ночь там вешают замок, а ключ у меня — вот он, — отец Бенедикт кивнул на привешенную к поясу связку.

— И больше ни у кого нет?

— Нет, ни у кого. Да он и не пропадал никогда, если уж на то пошло, — настоятель вздохнул и перекрестился. — Понимаете, я сразу же, как узнал, приказал верным людям осмотреть всю обитель — никого постороннего не нашли, да и, убив сторожа и похитив Мадонну, злодей, вероятно, бежал отсюда со всех ног.

— Думаю, что вы правы, святой отец. — Поднявшись на ноги, молодой человек подошел к ограждению и заглянул в ущелье: — Какая страшная красота! Прямо не оторвать глаз.

— Да-да, места здесь знатные.

— Полагаю, у похитителя могли быть сообщники, — рассеянно поглядывая на скрывающееся за горами солнце, сказал Егор. — Убив сторожа, он выкрал — уж как-то смог! — Мадонну и каким-то образом покинул обитель, а в горах его уже ждали… Вы случайно веревки на стенах не видели?

— Да как-то и не искали.

— Зря! Обязательно поищите.

— Поищем, — кивнув, аббат встал со скамьи и подошел к собеседнику: — Скажу честно — я даже и представить себе такого не мог. И никто не мог!

— Человек многое не может представить, — философски заметил князь.

Эх, знал бы этот аббат, кто он, Егор Вожников, на самом деле такой, откуда явился… Ничему бы потом не удивлялся.

— Вы сказали, что кого-то подозреваете, святой отец?

Настоятель развел руками:

— Да кого уж тут подозревать, разве что самого, прости, Господи, Дьявола! Обычному человеку такое просто не под силу.

— А с вашим покойным сторожем никто из паломников близко не сошелся? — поинтересовался князь.

— Хм… — Аббат задумался. — Был такой — некий Флориан, послушник из Матаро. Очень добрый и отзывчивый человек, молчун. Он как-то быстро сблизился с покойным Алехо, по плотницкой части ему помогал — они даже вместе починили крышу колодца.

— А что за послушник-то? — насторожился Егор. — Из Матаро, говорите?

— Да я с ним не общался, это мне рассказывали. Я видел его только в мирской трапезной, как и всех. Если кто и может о нем что рассказать, так этот Матиас, наш хорист, брат несчастного Алехо. Он пока здесь, в лазарете, боюсь отпускать его домой — как бы не разболтал. Ну, до субботы подержу уж, во всяком случае. До похорон. А уж там… не знаю, что и делать.

— Искать! Будем искать, святой отец, и, я думаю, отыщем, обязательно отыщем и вернем Моренету на место. Только вот… вряд ли до субботы управимся.

Отец Бенедикт перекрестился и тяжко вздохнул:

— Помоги нам Господь.

— Кроме Господа, нам и самим себе помочь надо, — осмотревшись по сторонам, заметил Егор. — Не знаете ли вы где-нибудь неподалеку, к примеру в Манресе, хорошего резчика по дереву? Который бы смог быстро сделать статую… Моренета ведь небольшая, верно?

Аббат посмотрел на князя с таким ужасом, будто разговаривал сейчас с самим Сатаной!

— Ну, что вы так смотрите? — жестко произнес Вожников. — Или вы хотите, чтоб люди по камешку разнесли монастырь и утратили всякую веру? Не хотите? Тогда поставьте в часовню копию, да побыстрей, до субботы… сумеете?

— Сможем… Но ведь это обман!

— Но так уже было двести лет назад, насколько мне помнится.

— Откуда вы это знаете? — аббат посерел лицом. — Вообще, все это ужасно… но, похоже, иного выхода нет.

— Вот и хорошо, что вы все прекрасно поняли, святой отец. — Молодой человек расправил плечи, словно только что сбросил с них тяжелый груз. — Новую Моренету к субботе поставите… там ведь полумрак, никто ничего и не подумает.

— Ох, Господи, Господи, грехи наши…

— А мы тем временем начнем поиски, святой отец! Уже начали, — сплюнув в ущелье, обнадежил князь. — Думаю, того паломника из Матаро, Флориана, первого можно подозревать… других ведь все равно пока нет. Вы говорили про какого-то мальчика… Тот может что-то знать?

— Не знаю… наверное. Сами у него спросите. Идемте, я отведу вас в лазарет.

* * *

Матиас уже не плакал, молился и лишь горестно вздыхал, однако, несмотря на это, рассказал о Флориане из Матаро довольно толково: острый взгляд подростка приметил то, чему взрослый, может быть, и не придал бы никакого значения.

— Он, знаете, сеньор, вроде бы добрый, улыбчивый, но… как-то не так, как-то себе на уме, и, когда Алехо, брату, помогал плотничать, иногда ка-ак зыркнет, вроде бы и не нужно ему это.

— А как он узнал, что твой покойный брат сторожит по ночам пещерную часовню?

— Ну… — подросток задумался. — Это все наши знали. Да, Боже, я же ему про Алехо и рассказал, похвастал, когда он, Флориан, ко мне подошел в трапезной, рядом присел, похвалил, как мы хорошо пели.

— Ага, — кивнул князь, — значит, это он с тобой сперва познакомился, а потом уж с братом.

— Так оно и было, сеньор! Ох, Алехо, Алехо, Господи… бедная мама… — Мальчик шмыгнул носом, но все же сдержал слезы и довольно твердо произнес: — Вы спрашивайте, я расскажу, что знаю.

— Как выглядел этот Флориан из Матаро?

— Да обычно выглядел, — пожал плечами Матиас. — Как все паломники. Ряса, заплечная сума, лицо… обычное такое лицо, без всяких там родинок, оспин или шрамов. Веснушек и тех нету.

— А нос, уши?

— Обычные. Не большие и не маленькие… нет, он не лопоухий, говорю же — обычный… Бесцветный такой, посмотришь — и сразу забудешь.

— Та-ак… без характерных примет, ага. — Вожников побарабанил пальцами по скамье. — А ростом он высок, низок?

— Не высок и не низок… И плечи такие… немного округлые. Но Флориан очень силен, хотя с виду и не скажешь, — уверенно заявил отрок.