Башня Ласточки - Анджей Сапковский

– Шел слух, – фыркнула Ангулема, – что твояматушка, Новосад, требовала от клиентов всего-то четыре тынфа,[13]а ей никто и больше двух-то не давал.

Разбойник сплюнул ей под ноги с презрительной миной.Ангулема снова фыркнула, совсем как кошка.

– Новосад, – сказала она нахально, взявшись подбока. – У меня к Соловью дело есть.

– Интересно. Потому как у него к тебе тоже.

– Заткнись и слушай, пока мне говорить не расхотелось.Два дня тому в миле за Ридбруном я и эти вот други мои зарубили того ведьмака,что был у Соловья на мокром контракте. Усек?

Новосад многозначительно глянул на спутников, потом подтянулрукавицу, оценил взглядом Геральта и Кагыра.

– Твои новые други, – протяжно повторил он. –Ха, по мордам видать, не попы. Ведьмака рубанули, говоришь? А как? Кинжалом вспину? Или во сне?

– Это не важная подробность. – Ангулема состроилаобезьянью мордочку. – А важная подробность та, что названный ведьмак землюгрызет. Послушай, Новосад. Я с Соловьем тягаться не собираюсь и наперехлест емуидти. Но дело есть дело. Полуэльф дал нам аванс на уговор, о нем я молчу, этоваши монеты на расходы и за хлопоты. А второй взнос, который полуэльф пообещалпосле работы, по закону – мой.

– По закону?

– Именно что! – Ангулема не обратила внимания насаркастический тон Новосада. – Потому как мы контракт выполнили, ведьмакапришили, доказательства чему можем тому полуэльфу показать. Значит, возьму я,что мне полагается, и пойду в синюю туманную даль. С Соловьем, как я сказала,конкурировать не хочу, потому как для меня и для него на Стоках слишком тесно.Так ему и передай, Новосад.

– Только-то и всего? – снова съязвил Новосад.

– И поцелуй, – прыснула Ангулема. – А ещеможешь ему вместо меня задницу подставить per procura.[14]

– У меня появилась мысль получше, – сообщилНовосад, зыркнув на спутников. – Я ему твою задницу в оригинале доставлю,Ангулема. Я ему тебя, Ангулема, в путах доставлю, а уж он тогда с тобой всеобсудит и обо всем договорится. И урегулирует. Все. Спор о том, кому полагаютсяденьги за контракт полуэльфа Ширри. Да и плата за то, что украла. Ну и то, чтоСтоки для вас слишком тесны. Все таким манером уладите. В подробностях, как тывыражаешься.

– Есть одно «но», – опустила Ангулема руки. –Как ты собираешься меня к Соловью доставлять, а, Новосад?

– А вот как! – Бандит протянул руку. – Зазагривок!

Геральт мгновенно вытянул сигилль и подсунул Новосаду поднос.

– Не советую.

Новосад отскочил, вытащил меч. Йиррель с шипением выхватилиз ножен за спиной кривую саблю. Остальные последовали их примеру.

– Не советую, – повторил ведьмак.

Новосад выругался. Глянул на дружков. Он не был силен варифметике, но у него все же получилось, что пятеро – гораздо больше, чем трое.

– Бей! – рявкнул он, кидаясь на Геральта. –Бей-убивай!

Ведьмак полуоборотом ушел от удара и рубанул Новосаданаотмашь в висок. Еще прежде чем тот упал, Ангулема наклонилась в короткомзамахе, нож свистнул в воздухе, нападавший Йиррель покачнулся – из-подподбородка у него торчала костяная рукоять. Разбойник выпустил саблю, обеимируками выдернул нож из шеи, из раны хлынула кровь, а Ангулема в подскоке ткнулаего ногой в грудь и повалила на землю. В это время Геральт рассек другогобандита, Кагыр зарубил следующего, под могучим ударом нильфгаардского меча отчерепа разбойника отвалилось что-то вроде куска арбуза. Последний бандитретировался, прыгнул к коню. Кагыр подбросил меч, схватил его за клинок и кинулна манер копья, попав бандиту точно между лопаток. Конь заржал и дернулголовой, присел, забил ногами, таща по красной грязи труп с запутавшейся времень повода рукой.

На все пришлось не больше пяти ударов сердца.

– Лю-ю-юди! – крикнул кто-то междудомушками. – Лю-у-уди-и-и! На помощь! Убивают, убивают, убивают!!!

– Армию! Армию вызвать! – крикнул другой горняк,отгоняя детей, которые по извечной привычке всех детей мира явились неведомооткуда, чтобы глазеть и путаться под ногами.

– Кто-нибудь бегите за армией!

Ангулема подняла свой нож, вытерла и сунула за голенище.

– А пусть его бежит, пожалуйста! – крикнула она вответ, оглядываясь. – Вы что, подзёмы, слепые иль как? Это ж быласамооборона! На нас напали, сволота! А вы будто их не знаете? Мало вам плохогонаделали? Мало от вас дани набрали?

Она крепко чихнула. Потом сорвала у Новосада кошель сверевочки, наклонилась над Йиррелем.

– Ангулема!

– Чего?

– Оставь.

– Это почему же? Добыча ведь! У тебя что, денег куры неклюют?

– Ангулема…

– Эй, ты, – вдруг раздался звучный голос. –Поди-ка сюда!

В раскрытых дверях барака, который служил складоминструментов, стояли трое мужчин. Два – коротко остриженные здоровяки с низкимилбами и, несомненно, низкой смекалкой. Третий – тот, что их окликнул, –был необычно высокий, темноволосый, представительный мужчина.

– Я невольно слышал разговор, который предварялпроисшествие, – сказал мужчина. – Не очень-то мне хотелось верить всмерть ведьмака, я думал, это пустая похвала. Теперь уже так не думаю. Войдитесюда, в барак.

Ангулема громко втянула воздух. Взглянула на ведьмака и едвазаметно кивнула.

Мужчина был полуэльфом.

Полуэльф Ширру был высок – заметно больше шести футов росту.Длинные темные волосы носил перехваченными на затылке в падающий на спинуконский хвост. Смешанную кровь выдавали глаза – большие, миндалевидные,желто-зеленые, как у кошки.

– Итак, вы убили ведьмака, – повторил он, недоброусмехаясь. – Опередив Гомера Страггена по прозвищу Соловей? Интересно,интересно. Одним словом, именно вам я должен уплатить пятьдесят флоренов.Второй взнос. Выходит, Страгген получил свои полсотни за здорово живешь. Ведьне думаете же вы, что он их добровольно отдаст?