Тютюнин против инопланетян - Алекс Орлов

– Я выяснил, ребята. Тот самец, что поменьше, крутит над головой рессору – это часть механизма, который…

Дослушать своего начальника агент Гамакван не успел-получив рессорой по голове, он грохнулся наземь.

Его напарник Турукван попытался бежать, но получил по спине коленвалом и рухнул возле своего коллеги.

– Все, готов живой уголок! – радостно объявил Окур-кин и наступил ногой на свой трофей.

Тютюнин, подойдя ближе, тронул носком ботинка другого ящера и заметил:

– Лех, а ведь мы тогда в парке точно такого видели… Ты еще хотел его на чемоданы пустить…

– Да?

Окуркин пригляделся к зеленому чудовищу и, довольный, хлопнул себя по ляжкам:

– Ну уж теперь я своего не упущу, блин! Тут с каждого по два чемодана получится.

Окуркин стал деловито измерять поверженных чудовищ пядями.

– А зачем нам так много чемоданов? – спросил его Се-рега.

– Да не будем мы все на чемоданы изводить. Мы по одному сделаем – по чемодану и по одной – по курточке. Думаю, даже гребень этот можно оставить.

– Можно оставить, – согласился Сергей.

– Стоять-не-двигаться-стреляю! – прокричал кто-то совсем рядом.

«Никак опять Шароемов», – успел подумать Тютюнин.

– Стоять, мерзавцы! Майор Шароемов на огневом – что? – рубеже. И руки, руки повыше! Я хочу видеть ваши руки!

– И я тоже хочу видеть ваши руки, – выходя из-за гаражей, произнес второй милиционер. – Я держу их на мушке, товарищ майор, можете вызывать «воронок».

– Черный во-о-орон, черный во-о-орон, над моею го-лово-о-ой, – вдруг заголосил Леха, которого, видимо, накрыла вторая волна от фильтрованного продукта.

– Ты пожи-ы-ывы не дождесся-а-а! – запел вместе с ним майор Шароемов, которого неожиданное пение задержанного сбило с толку.

– Товарищ майор, вы же преступнику подпеваете! – в отчаянии закричал второй милиционер.

– Да? – удивился Шароемов. – Отставить пение, приставить ногу. В противном случае – что? – при попытке к бегству. Целься в них лучше, Раздолбаев. Мы за поимку этих монстров получим с тобой – что? – очередные воинские звания.

– Так мне некуда выше подниматься, товарищ майор. Я ведь уже прапорщик.

– Ничего, премируют тебя новыми сапогами, а сапоги они и на прапорщиках хорошо сидят… Алло, девушка! – закричал Шароемов в мобильный телефон. – А будьте добры мне отдел самых жестоких убийств… мы тут двоих задержали. Кто задержал? Блистательный майор Шароемов и героический прапорщик Раздолбаев… Слушайте адрес…

Быстро описав местность, в которой находился, Шароемов сунул за голенище мобильный телефон и, поигрывая пистолетом, подошел к злоумышленникам:

– Итак, что я вижу? Старые знакомые, в том числе рецидивист Тютюнин. На этот раз, гражданин Тютюнин, не помогут вам ни ваши заступники из прокуратуры, ни ваши – что? – заслуги перед родиной.

– Какие заслуги, товарищ майор? – поинтересовался Серега.

– Слышал я, что ты на шестьдесят девятом километре Дубининского шоссе бомбу на холме обезвредил, – сказал Шароемов и вздохнул. – Я не исключаю, Тютюнин, что где-то там внутри ты хороший человек и, может, даже мух в форточку – что? – выпускаешь. Но девок-то, девок-то зачем так обработал, а? Они же на чудовищ зеленых стали похожи. Меня ведь тоже женщины бросали, но чтобы так реагировать…

Шароемов снова вздохнул.

Послышался звук сирен. Тютюнин огляделся. Вокруг собралась уже приличная толпа знакомых и незнакомых людей, которые примчались сюда, побросав самое лучшее, что было в их жизни, – бразильские сериалы.

– Смотри, это же Лешка Окуркин!

– А второй-то Серега-приемщик! – шептались в толпе. – Видать, достукался.

– Кто?! Кто там?! – кричали напиравшие сзади. – Да говорят, поджигателей поймали, – отвечали им те, кто был поближе.

– Разойдись! – приказал Шароемов. – Необходимо пропустить транспортное средство!

Народ нехотя расступился, и хромоногий уазик, подпрыгивая на рытвинах, подобрался к гаражам. Следом за ним, заливаясь сиреной с какими-то истерическими всхлипами, подкатила «скорая помощь».

– Ну, милости просим в клетку, – пригласил суровый Шароемов и махнул пистолетом.