Обреченный на скитания - Сергей Мясищев

— Конечно, возможно. Комнаты есть по 10 медяков, по полсеребрушки и за одну серебряную. Вы на какую сумму рассчитываете? — достаточно учтиво проговорил он, — за еду сегодня, и завтрак завтра — десять медяков.

— Понятно, — я подумал и решил, что чем дороже, тем лучше должны быть условия. Спать с клопами в обнимку не хотелось, поэтому сказал, — Давайте, уважаемый, по серебряной.

— На какой срок господин собирается остановиться? — во, как! Уже и господином стал.

— Не знаю, уважаемый, пока не найду проводника до Храма древних на Пустоши.

— О! Я могу подсказать нужным людям, что нужны их услуги. Вообще-то ватаги тут сколоченные и новичков не охотно берут. Но всё можно устроить, — сразу же высказал предложение трактирщик. Я вынул две монеты и положил на стойку:

— Давай на день, а там — посмотрим?

— Да-да, — ответил трактирщик, засуетившись, — садитесь, господин, сейчас подадут еду.

Я положил на стойку еще одну монету и, нагнувшись к хозяину, спросил в полголоса:

— А сколько будет стоить — просто сходить туда-сюда? Мне в ватагу не надо. Я разок сам схожу и все.

— А-а-а! Ну, это другой вопрос. Опасно ходить стало в развалины. Храмовики лютуют, бывает и со смертным исходом. Проводник сам назначает цену. Кто золотой возьмёт, а кто и два. Смотря, в какую часть развалин надо вам. Если близко к храму — подороже, если дальше — дешевле, а если в Дикий лес, то совсем другая цена. Не знаю, господин. Нужно с людьми говорить.

— Я спросил просто чтобы сориентироваться. И ещё, что это за мужики в чёрном, под лестницей сидят?

— Ох, господин. Проклятие на мою головы, — запричитал шёпотом трактирщик, — Это — пластуны. Почитай неделю уже тут. Кого-то ждут. Подальше от них держитесь. Пластуны странный народ, могут убить только за косой взгляд.

— Спасибо за предупреждение, — трактирщик закивал головой, и убежал в подсобку.

Я отошёл от стойки к столу, стоявшему около стены, на несколько столов впереди моих девчат и сел лицом к двери, рядом с Саймоном.

— Не возражаете, если я присяду с вами?

— Да, конечно, садитесь, места всем хватит, — ломали мы комедию.

Не люблю кого-то оставлять за спиной, но другие места были заняты, а посередине трактира сидеть не хотелось. Саймон мастерски выбрал место. Тут же сбоку подошла миловидная девица лет двадцати, с пышными формами. Я с интересом рассмотрел ее. Классная девочка, немного полноватая, а в остальном — очень даже ничего.

— Чего изволит господин? — голосок-то, что надо. Ох, кажется гормоны толпой устремились к голове… И это после активной ночи с Зулой!

— А что у вас есть? — между тем спросил я.

— Суп есть овощной и рыбный, жаркое, колбаски…

— Красавица, если ты будешь перечислять, я слюной захлебнусь, не дождавшись еды, — перебил я ее. Девица звонко рассмеялась, — как тебя звать-то?

— Млада, господин, — краснея, проговорила девица.

— Вот что, Млада, я целый день был в пути, неси на свое усмотрение.

— А что пить будете?

— А пить… Скажи, у вас есть молоко? — Млада удивлённо посмотрела на меня.

— Есть.

— А выпечка есть какая?

— Только утрешняя, тётка Лукерья с утра печёт. — Ну да, микроволновок тут нет. Ну, ладно, обойдёмся и холодной.

— А принеси мне сначала кувшинчик молочка, а то пить охота.

— Воины пьют пиво, когда хотят пить! — смутившись, сказала Млада.

— Ну, так-то — воины, а я так, путник. Давай, давай тащи! — улыбаясь, поторопил я ее.

Дивчина повернулась и, играя бёдрами, пошла на кухню, расположенную за барной стойкой.

— Саймон, как девчонки? Уже устроились? — обратился я к Саймону.

— Да, мы сняли две комнаты рядом, по полсеребрушки на день.

— А я за серебряную, ну да, ладно, и так сойдет. Деньги в городе всегда растворяются, как сахар в воде.

— Это так. Но у вас достаточно средств, можете не экономить.

Млада принесла кувшин с молоком и глиняную кружку. Расставляя это предо мной, наклонилась так, что бы я заценил богатство, скрывающееся в туго облегающей кофточке. Гормоны очередной волной хлынули в голову. Переведя взгляд на лицо Млады, наткнулся на довольную мордочку со смешинками в глазах. Вот зараза — играется. Ну-ну, посмотрим, кто кого переиграет.

— Вот спасибо, красавица, давненько молочка не пил! — Млада улыбнулась и походкой манекенщицы удалилась к барной стойке. Я налил молока в кружку и половину выпил на одном дыхании. Из-за стойки появилась Млада, нагруженная чашками с едой. Ловкими движениями расставляла тарелки на стол, стараясь, чтобы ее прелести были доступны моему взору. Запах пищи заставил меня обратить внимание на стол. Сижу тут слюни пускаю, а тут вкуснятина такая.

Вдруг голову сжало с висков. Опять! Куда я попал, поесть не дают спокойно! Наложил на себя руну против ментального воздействия. Стало легче. Я взял ложку и попытался сосредоточиться на еде. Суп был отличным. Голову опять сжало, но как-то отстраненно, издалека. Может уйти отсюда, пока не поздно? Похоже, не будет мне тут покоя. Краем глаза я увидел, что ко мне подошел высокий мужчина в черных одеждах. Ну, начинается! Вот не хотел в город заходить, как чувствовал, что приключений тут огребешь по-полной программе.

На губах мужчины играла улыбка. Он встал напротив, туда же, где только что стояла Млада. Наверное, там место особое. Опять сжало виски, теперь совсем слабо. Ну, гад! Ну, что тебе от меня надо? Направил на него руну страха. Незнакомец побледнел и отшатнулся. Знай наших! Надо отдать ему должное, он быстро справился с собой.

— Ты у кого меч украл? — спросил незнакомец, поставив ногу на скамейку, — Что молчишь, недоносок? Забыл, как разговаривают?

В таверне установилась гнетущая тишина. Ну, как же спектакль начался, все с любопытством смотрели на нас.

— Это мой меч! — ответил я и посмотрел в глаза незнакомцу. В глазах его, плескалась надежда. Что он хотел? На что надеялся? Развлечься? Вот чего ему не сиделось? Я встретился глазами с Зулой. Покачал головой. Не вмешивайся. Вроде поняла, но она все равно сидела вся напряженная.

— Вы послушайте это мычание, — нагло проговорил незнакомец, — Телок, да и только. Вон и молоко еще пьет. Сосункам не нужен меч, ему коровье вымя в самую пору.

Раздались несмелые смешки, кто-то на кого-то шикнул. Цирк уехал — клоуны остались. Это про нас. Молниеносным движением незнакомец выхватил саблю из-за спины и приставил ее кончик мне в грудь.

— Я отрежу тебе уши за вранье. Будет не больно, не бойся! — тишина стала звенящей.

— Убери меч, — хмуро произнёс я, почувствовав в руке руну молнии.

— О, да, ты разговаривать умеешь! — ухмыльнулся он. Я посмотрел на его клинок, подтянул к нему энергетическую нить и направил в нее энергию. Клинок начал нагреваться. От него стал подниматься дымок. Незнакомец изменился в лице и быстрым движением забросил меч в ножны за спиной. Мастер! Я так не смогу. Даже пробовать не стану, без ушей остаться не хочется. Он очень громко сказал: