Обреченный на скитания - Сергей Мясищев

— Он не игрушка, он твой защитник, — поучал я.

— А как его зовут?

— Второй.

— Но, это же не имя! — возмутилась Лиза.

— Теперь имя, — не согласился я, — ну вот. Ему нравится. Тебе нравится?

— Ласка всем приятна! — отозвался кот.

' Поговори мне', - приструнил я его мысленно, — 'лучше кивни'.

Кот послушно покивал головой.

— Ой, он кивнул, ты видел, он кивнул?! — обрадовалась Лиза.

'Все, Второй, ты попал!' — мысленно усмехнулся я, — 'Будешь теперь кивать до самого конца ей'.

'А я и не против. Я люблю котят', - самодовольно ответил кот.

'Будем считать это твоим наказанием за невоздержанность', - резюмировал я.

'Спасибо, Истинный!' — серьезно ответил кот. Фиг поймешь их, то ли обрадовался, толи огорчился.

— Видел. Я же говорю, он все понимает. Просто ты не слышишь, как он говорит.

— А когда я вырасту, тогда буду слышать? — ну такой она мне гораздо больше нравится. А то сидит, как индюк насупленный.

— Возможно. Я не знаю. Но если будешь очень-очень хотеть, то услышишь, — пообещал я.

— Алекс, это из-за меня вам приходится сражаться. Почему так? Зачем я им? — серьезно спросила Лиза.

— Я не знаю. Не бери в голову. Всегда найдется тот, кому ты мешаешь. И что теперь не жить? Даже не думай об этом. Мы с тобой, вот кот теперь всегда с тобой будет. Тебе нечего боятся.

— Он что останется, когда ты пойдешь по своим делам? — недоверчиво спросила Лиза.

— Да. Будет тебя охранять. Мы в городе снимем дом, а ночью он придет к тебе.

— Спасибо! — девочка прижалась ко мне, чмокнула в щеку, — Ты такой же добрый, как был мой папа.

— Ты его помнишь?

— Да, немного. Отрывками. Я помню, что он был добрый.

— Ясно! — я встал, — скоро выходим, отдыхай.

Пока я говорил с девочкой, мои попутчики развели огонь, и Зула что-то готовила на костре. Привал, так привал. Я подошел к костру и растянулся на земле. В голове крутилась схватка. Пытался выяснить, что и как нужно было сделать, что лишнее сделал. Прошло какое-то время. Наверное, задремал.

— Эй, лежебока, есть будешь? — раздался насмешливый голос Зулы.

— А есть что?

— Есть! Похлебку вот сварили. Ужинать уже в городе будем.

— Это просто замечательно, там в рюкзаке, возьми мои чашку и ложку.

— Я боюсь, — смущенно ответила Зула.

— Не понял, — удивился я, — рюкзака боишься?

— Ну да, он как будто пустой, а ты оттуда все время что-то достаешь. Я опасаюсь.

— Да, брось ты, обыкновенный артефакт путника. Засунь руку и пошарь там. Не бойся! — Зула осторожно запустила руку в рюкзак и достала фляжку, — это не ложка! — удивленно сказала она.

Лиза прыснула в кулак. Зула сделала зверское лицо, и достала котелок. Лиза звонко рассмеялась. Все бы им баловаться. Наконец, были вытащены тарелка и ложка. Саймон улыбался в усы, наблюдая за игрой девчат.

— Саймон, нам нельзя вместе заходить в город. Думаю, есть наводка на путешествующего мужчину с девочкой. Нужно разделиться, — проговорил я, принимая тарелку похлебки от Зулы. Саймон подумал, потом ответил.

— Верно. Нужно подстраховаться.

— Думаю, вы поедете на лошади, Лиза с Зулой пешком, я же, как простолюдин, просочусь в город, — предложил я, на что Саймон усмехнулся.

— Со всем уважением, но вы не похожи на простолюдина, да и одежда у вас с гербом. Так что это вызовет еще большее подозрения. Лучше на коне вам ехать.

— М-да, — проговорил я, прихлебывая суп, — тогда я на лошади, вы как незнакомый мне человек. Недалеко от меня пешочком. Зула с Лизой между нами, как… ну не знаю… Подружки!? — Зула засмеялась. Какой у нее приятный смех, слушал и слушал бы, — ну, что смеетесь. О! Придумал. Переодеваем Лизу в мальчика, и будет пацан со своей тетей!

— Ага, а тетя с двумя мечами! — поддела меня Зула.

— Ну, мечи-то ты, по-любому, оставишь, — ответил я.

— Алекс…

— Не спорь! — строго оборвал я, — тебя Саймон нанял на глазах у всех. Ты думаешь, по свету ходит куча орчанок-двуручниц?

— Нет, — насупилась Зула.

— Ну, так как, Саймон?

— Лизу есть, во что переодеть, у нее есть походные штаны, а вот с Зулой не знаю. У меня нет платья для нее. А крестьянка в штанах — это смешно.

— А тут деревень никаких нет по дороге? — уточнил я.

— Нет. Часа через три будет тракт. А по нему ещё два часа и семьдесят частей неспешного хода и город.

— Ясно. Нужно что-то придумать! — подытожил я.

— Может, на тракте у кого-нибудь прикупим? — предложила Зула.

— Видимо, придется, — согласился я. — ну, что ж, доедаем и выходим.

Через час мы вышли опять на дорогу, и двинулись в сторону тракта. Саймон с Лизой ехали верхом, мы с Зулой шли пешком.

— Знаешь. Я так за тебя перепугалась, когда ты упал. Думала, все — погиб! — начала Зула. Видимо, не терпелось обсудить события недавнего времени.

— Я тоже испугался, — согласился я.

— По тебе не видно было. Говорил, как будто на пьянке в таверне.

— Не боятся только дураки. Смелый тот, кто поборол свой страх, — философски заметил я.

— Как так получается, ты говоришь такие умные слова и не знаешь, сколько стоит золотой? — поинтересовалась Зула.

— Ну, я же не свои мысли говорю, а цитирую вычитанные в книгах изречения ученых мужей, — пояснил я.

— Так ты учился! В Академии?

— Нет, в Академии не учился. Так… личные учителя.

— У тебя был богатый клан. А мне образование не смогли дать. Папа рано погиб, а потом и мама.

— Сочувствую, — произнес я.

— Это уже давно было, все притупилось. А у тебя братья, сестры были?

— Нет. Я был один у родителей.

— А у меня брат есть, он в клане остался, а я вот ушла, счастье искать. Нашла тебя.

— Может, это как раз наоборот — несчастье? — заметил я.

— Нет, Саша. Несчастье не такое. Я знаю, что такое несчастье.

— Да, если тебя каждые два дня пытаются убить, это, конечно, счастье! — с иронией заметил я.

— Все когда-нибудь умирают, — ответила Зула и замолчала.

Мы шли, и каждый думал о своем. Я думал о том, что как-то все неожиданно получилось, и эта встреча, и Зула, и коты, и эльфы.