Ричард Длинные Руки - вице-принц - Гай Юлий Орловский

Разговоры умолкли и не возобновлялись, пока она не опустилась за стол. Мне показалось, что у нее у ключицы расплывается заметный кровоподтек.

Я спросил тихонько у сэра Флитвуда:

— Что за такая необычная… красавица?

— Леди Квиллиона Шелкоперая, — сказал он чуточку недовольным голосом, — одна их тех, кто удрал сюда перед наступлением Мунтвига. Наша дальняя родственница. Но здесь, хуже всего, начала учиться магии у этого…

Он бросил недовольный взгляд на Личфильда и умолк.

— Да уж, — сказал я, — падение дальше некуда. Зачем ей магия, не понимаю.

Он поддакнул:

— Все женщины и так ведьмы.

Разговоры за столами становились громче и свободнее, как всегда, когда вина много, а обязанностей пока никаких. Я видел, как Норберт беседует довольно живо, что для него вообще-то нехарактерно, но здесь не знают его характера, возможно, он такой и есть говорливый и любопытный, Хреймдар больше помалкивает и посматривает по сторонам, как и Личфильд. Похоже, маги предпочитают собирать информацию не так прямо и грубо, что немножко сложнее, зато не соврут прямо в глаза.

После ужина меня повели в ночные покои, Дарабос взялся проводить, а когда остались одни, сказал едва слышно:

— Крепость осмотрена вся, ваше высочество. Только в подвалы доступ закрыт.

— Когда же вы успели, Норберт?

— Пока вас девки мыли, — ответил он без улыбки.

— И это знаешь, — сказал я недовольно. — А что в подвалах?

— Что-то особое, ваше высочество.

— Заперто?

— И даже охранник, — сообщил он. — Я расспросил челядь обо всяком разном, заодно узнал, что охранника туда поставили только сегодня. Похоже, чтобы мы не заглядывали.

— А местные туда заходят?

Он покачал головой.

— Думаю, им достаточно и простого хозяйского запрета. Ну и, конечно, надежных запоров с замком с лошажью голову на дужке.

Я подумал, кивнул.

— Ну и хорошо. Не думаю, что там нечто опасное. А у нас столько дел, что не до подвалов, хватит с меня этих подземелий.

Он коротко поклонился.

— Чуткого сна, ваше высочество!

Я проводил его до двери, заодно прислушался, что в коридоре, а когда вернулся, сразу же вошел в личину незримника. Злое нетерпение требует активных действий, не могу же вот так сразу лечь и спать, как-то дико прямо, походил взад-вперед по комнате, присматриваясь к окнам и прислушиваясь к запахам.

Послышался стук в дверь, тут же заглянул страж.

— Ваше высочество, — произнес он чуточку виновато, — к вам… гм… гость…

Взгляд его не отрывался от меня, даже от моего лица, словно на мне никакой личины незримника. Я ощутил досаду, что такая моя возможность раскрыта так просто, но это значит, охранять мои покои приставили очень знающих стражей.

— Пропусти, — сказал я. — Все равно спать еще рано.

Он поклонился и отступил, а я поспешно смахнул личину, да не заподозрит меня в коварстве еще и гость, кем бы он ни был.

Через порог осторожно переступила со свечой в руке, что странно и необычно подсвечивает ее прекрасное лицо, делая его совсем не тем, что видел раньше, милая молодая женщина, в длинном до полу платье, что скрывает ее фигуру, но одновременно показывает, что там есть за что ухватиться.

— Вы прекрасны, леди, — сказал я деревянным голосом.

Она сказала с улыбкой:

— Да? А мне казалось, что для мужчин все-таки важнее податливость, чем красота.

Она дунула на колеблющееся пламя, огонек затрепетал, не желая погружать такое дивное лицо во тьму, но покорился, лег в расплавленную лужицу воска и пропал, оставив крохотный сизый дымок, который видел только я.