Невеста тролля - Артем Тихомиров

– В чем?

– Что с твоими мозгами?

Аспарагус, напуганный красивым ревом моей невесты, затих.

– Пока что нормально, – ответил я.

Принцесса произвела осмотр – оттянула мои нижние веки, заглянула в глаза, заставила открыть рог и высунуть язык.

– Кажется, ты прав, – сказала она. – А как я выгляжу?

– В смысле?

– Ну… внешне. Ты здесь единственный тролль, который способен это определить…

– По-моему, ты самая…

– Что?

Я чуть не сболтнул лишнего и мигом прикусил язык. И вообще – кто бы знал, что делать на моем месте. Какие комплименты полагается делать девушке, которая недавно была человеком, а потом стала чудищем? Не знаю. Молодой человек, который был чудищем от самого рождения, не в курсе.

– Странный ты, – сказала Бьянка, качая головой. – Разговариваешь сам с собой и двух слов связать не в состоянии, когда я спрашиваю об элементарных вещах. Или заклинание Чихасора опять рассеялось?

– Нет еще.

– Хорошо. Эх, нелегкая у меня впереди работка. Что смотришь? Я буду руководить, потому я что не отупела. Очень забавно, надо сказать. Теперь я тролль, а мне хоть бы хны.

Аспарагус подергался у меня под курткой. Руководить-то собирался он. Сейчас его пытались свергнуть.

– Ты для меня большая загадка, Фплиф. – Нагрянул момент нежности, и я чуть не упал в обморок. Дом, двор, Рофиррик и магистр поплыли в неизвестном направлении. Бьянка протянула руку и погладила ею меня по щеке. – Но я ее обязательно разгадаю, будь уверен. Пойдем, тролль, у нас много работы.

Я забросил за спину рюкзак, пристроил сверху моток кольчуги и палицу и потащился за принцессой. Меня бросало то в жар, то в холод, мир кружился, словно его помешивали громадной ложкой.

Вспомнились слова Рофиррика о любви, и я подумал, что секредурь неправ. Кажется, этому явлению нормальных слов подобрать вообще нельзя. Они всегда получаются какие-то корявые и не в тему.

Ну и что это значит? Теперь, когда Бьянка стала троллем, я должен ее любить? То есть любить еще сильнее?

Об этом я и размышлял, двигаясь к центру двора. В результате эмоционального потрясения и мозговой встряски мой курс сбился в сторону, и я опрокинул столик Чиквасора. Магические книги повалились на пол. Старикан заплясал передо мной экзотический танец, а Рофиррик дал деру и спрятался в дальнем углу за бочками. Наверное, думал, что у меня поехала крыша. В общем, она и правда поехала, но не в плохом, а в хорошем смысле.

Чиквасор вопил и высоко вздергивал коленки, хотя ему по возрасту не полагалось этого делать. Рука принцессы схватила меня за шиворот и поволокла к центру магического круга, начерченного на булыжниках и украшенного по краям штуками, похожими на светильники. Внутри круга перекрещивались какие-то линии. Магия!

– Да можешь ты идти как человек?! – взвыла принцесса. – То есть… как тролль, лопни кочерыжка! Чего тебя носит из стороны в сторону?!

Она была сильной. Мои конечности подгибались от любовной истомы, и я хотел только одного – чтобы Бьянка таскала меня за шиворот до конца моих дней.

– Смирно! – зарычала принцесса. Этого хватило, чтобы немного прочистить мне мозговое вещество. Я глянул на мир трезвее, чем раньше. – Пришло время свершений, а на твоей морде написано что-то такое, что к этому времени абсолютно не подходит!

В отдалении Чиквасор рвал на себе волосы и очень походил на того старика тролля, который доставал меня и после своей смерти.

– Все, мы отправляемся. Мне придется все время держать тебя за руку, как маленького ребенка, чего мне не хочется, но я буду!

Я хотел спросить, чего она такого умного сказала, но тут мы встали в центр круга, где переплетались всяческие линии.

– Цыц! – фыркнула Бьянка, сжимая мои пальцы. – Смирно! Понял?

– Понял.

Моя невеста попробовала испепелить меня взглядом, но не успела. Чиквасор яростно прокаркал заклинание, будто хотел от нас отделаться, и шваркнул посохом о булыжник двора. Полетели искры, светильники в особых узловых точках рисунка полыхнули ярче солнца. Я закрыл глаза, боясь ослепнуть.

Бьянка взвизгнула, и мы куда-то провалились. Когда стоишь на люке, ведущем в подземелье, и его крышка внезапно проваливается, чувствуешь примерно то же, что выпало на нашу долю. Мы с воем сиганули в пространственную дыру и закрутились в ней, как сливки в чашке с чаем.

Непередаваемые ощущения, вот что я могу сказать, особенно для существа моих размеров и веса. Хорошо, что мы с Бьянкой держались за руки, иначе бы нас разметало в разные стороны, а может, и в разные вселенные. Перенос в логово волшебника не шел с этим кошмаром ни в какое сравнение. Там была просто легкая прогулочка, не грозящая никакими неприятностями.

За все время, пока мы кувыркались с моей невестой в пустоте, я ни разу не открыл даже одного глаза, не говоря уже о двух. Чего я там мог увидеть? Нет, любопытство любопытством, а если мои мозги вытекут из ушей в результате колоссального удивления, мне уже не поможет ни Амулет, ни Бреккелот.

– Фплиф! – крикнула Бьянка, когда мы, кажется, закрутились быстрее. – Это что, так должно быть?

Я и сам себя об этом спрашивал, вот в чем закавыка, и не находил вразумительного ответа. А потом настал момент, когда все ответы стали бессмысленной тратой сил. Я имею в виду момент, когда мы наконец куда-то прилетели. Точнее, приземлились. А еще точнее, грохнулись о землю со всей силы. Я помнил, как соприкоснулся со скалой в результате хорошего тычка со стороны давешнего дракона, помню, как в камне остался отпечаток моего туловища, но это столкновение с твердью превосходило самые мои смелые ожидания. У меня появились вполне обоснованные опасения, что следующий свой день рождения я буду встречать на том свете.

Открыть глаза я не мог, потому что лежал лицом вниз, и мне оставалось слушать, как затихает гром, сотрясший вселенную. Неужели это я? Точнее, мы? Не могли же мы наделать столько шуму? Или все-таки могли?

Предаваясь этим размышлениям, я дождался, пока гул и грохот улягутся, а потом решил проверить, все ли у меня на месте. На этот счет Фплифа одолевали вполне логичные сомнения.