Тайны Лемборнского университета - Марина Андреева

– А есть другие варианты? – скривилась я.

– Есть, – отводя взгляд, отвечает Надия.

– Например?

– Иллюзия, – говорит, а я, если честно, не понимаю, к чему она клонит.

– У меня есть друг, он учится на менталистике, – призналась подруга.

– Предлагаешь еще и его посвятить в это? – воззрилась я на нее.

– Нет, но если ты выяснишь, где и что располагается, я под видом Редерика могу пройти внутрь и…

– Вот уж нет! – тут же воскликнула я. – Не хватало еще и тебе вляпаться во что-нибудь, и так еле отделались. Тогда уж пусть наложит эту самую иллюзию на меня.

– Могу с ним хоть сейчас связаться, – как-то грустно вздохнула подруга.

– И что ты ему скажешь? – прищурилась Адриана.

– Что хотим на прощание разыграть одну из моих «доброжелательниц», – совершенно спокойно ответила подруга.

– И думаешь, этот твой друг не пожелает понаблюдать за происходящим?

– Захочет, но я пообещаю все рассказать ему потом. Он не откажет, – почему-то отвела взгляд она.

– Попробуй договориться, – произношу, окрыленная надеждой, что мне не придется унижаться.

Надия вытащила амулет связи, смущенно бросила на нас взгляд, странно покраснела, зашла в ванную и прикрыла за собой дверь.

– Любовь, – глядя ей вслед, констатировала Адриана и тут же переключилась на меня: – Вот только не пойму, к чему такая спешка? Ты же не сейчас туда пойдешь. Ведь мы не знаем, где искать эту водокачку или что там. Да и вообще, не понимаю, как на подобное безумство можно решиться? В конце концов, люсцен может быть и тут, в лаборатории.

– Здесь магическая защита не слабее, чем во дворце, – парировала я. – А там… кто мне посмеет препятствовать, если я буду в образе принца?

В этот момент дверь ванной распахнулась, и на пороге появилась раскрасневшаяся Надия.

– Он прямо сейчас придет, вы не против? – выпалила она, а мы с Адрианой лишь переглянулись и кивнули.

Через десять минут со стороны балкона послышался какой-то тихий лязг, а следом за ним тихий стук в окно.

– Это он, – почему-то прошептала Надия, а я лишь с облегчением вздохнула, в последнее время мне за каждым углом видятся враги и соглядатаи.

Адриана тем временем пошла встречать гостя. Ну что сказать? У Надии определенно своеобразный вкус – парнишка внешне не сказать что хорош. Да, высокий, смуглый брюнет с волнистыми волосами и пронзительно-черными, прямо как у Лейрона, глазами. Вот только сложение у него странное, узкий таз, широкие плечи, из которых, будто минуя шею, сразу растет голова. То есть шея, конечно же, есть, но по ширине не уступает той самой голове. У нас у кузнеца такое сложение было, я думала, это из-за постоянных физических нагрузок, или и этот парень некогда занимался чем-то подобным? Ну и лицо, единственной достопримечательностью на нем являются глаза, а остальное – нос картошкой, пухлые, будто у надутой девицы, губки… Бр-р-р… в общем. Хотя, кто знает, может, он как человек очень хорош, в конце концов, Надия тоже не первая красотка в университете.

– Всем привет, – лучезарно улыбнувшись, произнес он, хотя было заметно, что его взгляд нет-нет да тянется к нашей подруге, видать, их чувства взаимны. – Ну так и что вы задумали? – при этом его черные глаза полыхнули озорством.

– Можешь создать на мне иллюзию принца Редерика? – не стала ходить вокруг да около я.

– Я его не особо-то рассматривал, – расстроился он, но тут же встрепенулся. – А кто-то из вас, – он взглянул по очереди на меня и Адриану, – может открыть мысли и показать мне его?

Меня этот вопрос, мягко говоря, удивил. Не тем, что студент на подобное способен, нет, а тем, что он даже не рассматривает как вариант считывание мыслей Надии.

– У меня врожденный блок, – угадав наши мысли, пояснила девушка.

– А-а-а… – протянула я и покосилась на Адриану.

– Ну… смотри, – подходя к нашему гостю, произносит она и на мой удивленный взгляд поясняет: – Уж на его братца я в свое время насмотрелась.

Уточнять она ничего не стала, но и так ясно: Редерик и Франц – близнецы.

– У меня этот дар не силен, – признался парень. – Я должен коснуться висков и смотреть в глаза, а ты думай о нем, вспоминай. И… не волнуйся, сами мысли считать я не смогу, только картинки. Если вспомнишь какие-то произнесенные фразы или слова, то смогу это услышать и подкорректировать голос.

– Хм… сейчас, – явно озадачилась Адриана. – Считывай, – говорит.

Слова словами, а кто знает, насколько на самом деле развит его дар? Как бы не узнал больше, чем положено. Прошло несколько мучительно долгих минут, прежде чем мы услышали долгожданное:

– Все, спасибо, – произнес парень. – Думаю, это будет несложно сделать. Когда?

– Сейчас, – произношу.

– Ты рискнешь… – воскликнула Адриана, но оборвала себя на полуслове, понимая, что рядом стоит не посвященный в наши дела человек.

– Скоро Надии здесь уже не будет, – стараясь казаться как можно более беззаботной, отвечаю. – А так она станет свидетельницей происходящего.

Адриана в ответ на это лишь глаза к потолку закатила. Надия явно занервничала – вон как теребит подол бедного, ни в чем не повинного платья. Зато в глазах парнишки все больше разгорается азарт.

– И что вы делать собрались? – поинтересовался он, хотя и было видно – на ответ не особо-то рассчитывает.

– Подкатим к Тельме так, чтобы она поверила, что является одной-единственной на всем свете для принца, а завтра утром, когда она в столовой к нему подойдет, насладимся картиной «Тельма и разбитые мечты», – словно по писаному поведала Надия.

Вот так, умалчивая об истинных причинах и планах, мы и проспорили еще около получаса. Порадовало, что наш гость повелся на этот спектакль и все причитал о коварстве женщин. А вот Адриана и Надия явно переживали. Казалось, еще немного, и моя соседка просто выставит парня за дверь, лишь бы избежать моего похода во дворец прямо сейчас.

Жаль, что я не могла рассказать о том, что мне известны все потайные ходы, включая те, что шли на территорию дворца извне. По ним-то я и собиралась пробираться внутрь. Так как совершенно не представляла – каким образом принц обычно добирается домой: в карете ли, верхом ли или же путем использования свитка мгновенной телепортации? Но главное, если получится, то мне не придется унижаться и терпеть прикосновения принца!

И вот наконец-то из зеркала на меня взирал сам Редерик! Пожелав самой себе ни пуха ни пера, я направилась к выходу из общежития.