Тайны Лемборнского университета - Марина Андреева

– Я там работаю и, возможно, сумею раздобыть то, что нам нужно, – не желая пока показывать имеющиеся у меня книги, произношу. – Но мне надо понимать, что именно искать.

И Адриана пустилась в пространный рассказ. История оказалась куда как круче, нежели у Надии. Вообще оставалось лишь удивляться, как родным Адрианы удалось выяснить столь засекреченные данные, видимо, это их проклятие «жажда знаний» позволяет замечать то, что для простых людей осталось бы за пределами понимания, и давая возможность скрупулезно складывать мизерные частички информации в единую картину. Ну и немудрено, что маэстро отказывался помочь неизвестной девице, которая просто-напросто могла оказаться подсадной уткой и проверять его на преданность по отношению к правящей династии и церкви.

И самое жуткое, что ее слова идеально вплетались в те сведения, которые я получила из прочитанного фрагмента древней рукописи, лежащей сейчас под моим одеялом. Вот только я не имею права подставлять маэстро. Пришлось, вздохнув и попросив подругу держать все в тайне, несмотря на столь поздний час отправиться в библиотеку.

Нельзя сказать, что маэстро был счастлив видеть нас у себя на пороге едва ли не в полночь и в таком составе.

– Значит, вы вместе? – просто произнес он и кивнул, приглашая войти внутрь, а сам с опаской покосился на меня.

Я в ответ лишь губы поджала и руками развела.

– Она знает? – едва различимо, почти одними губами прошептал он.

– Нет, – так же тихо выдохнула я, наблюдая, как подруга, ничего не понимая, подходит к библиотекарской стойке. – Но ее семья почти до всего докопалась самостоятельно. Я не решилась без вашего разрешения дать ей книгу.

– Правильно поступила, – кивнул он. – Придется и ей блок ставить на эту информацию.

В общем-то здесь мы провели не больше пяти минут. Даже объяснять ничего не пришлось. Я просто сказала, что моя подруга – это сестра Адрианы, и этого было достаточно. Маэстро поставил мысленный блок на случай попыток считать информацию из ее памяти и попыток разгласить запрещенные сведения.

– Между собой и со мной обсуждать вы все сможете, – пояснил он. – С другими – нет.

После этого мы вновь вернулись в нашу комнату, где я под ничего не понимающим взглядом Адрианы достала древний рукописный фолиант и вручила ей.

– Ох! – только и смогла выдавить она, пробежав глазами первые, довольно хорошо сохранившиеся странички текста.

– Читай, – говорю. – А у меня вот другая загадка: маэстро сказал, что спасти ее может только смерть, и дал брошюрку по редким ядам…

– Он что, хочет, чтобы мы ее отравили? – воззрилась на меня подруга.

– Не знаю, – выдохнула я и погрузилась в чтение. – Я прочла только половину и, возможно, не все поняла. До самого обряда я пока не добралась. Только и успела узнать то, что тебе и так известно: об «элитном» монастыре, куда уходят принявшие церковный сан представители королевского рода, о методах отбора женщин для…

– Лучше замолчи! – фыркнула Адриана, которая явно не желала слушать дальше, и я подчинилась, оставив девушку наедине с книгой и собственными мыслями.

А история вырисовалась следующая: как всем известно, в семье его величества всегда рождалась двойня – мальчики, причем по мере взросления они один в один походили не только друг на друга, но и на своего отца! Однако до коронации доживал только один, второй – умирал. В стране объявлялся двухнедельный траур. Народ шептался о том, что на королевский род явно наведено проклятие, и никто не спешил эти сплетни опровергать, однако и во всеуслышание подобное заявлять не осмеливались. Это была версия для простых смертных, коими являлись и все аристократы королевства. Кто знал правду? Да, маэстро, как хранитель засекреченных данных, сам король, глава тайной полиции и члены верховного совета, то есть главы духовенства.

По сути, это была вторая тайная власть. Близнецы, благодаря некоему дару, знали и чувствовали все, что происходило со вторым из них. Таким образом, постоянно находясь на прямой связи, они мыслили как единый организм. Это позволяло держать руку на пульсе и одновременно находиться в самых разных местах: заключать пакты, договоры, союзы с различными государствами. Никто из других правящих династий не мог похвастать подобной оперативностью и осведомленностью, которую обеспечивала разветвленная кровная связь, позволяющая собирать сведения и анализировать их не одним-единственным правителем и его наследником, а целой сетью.

Но это все политика, и лично мне не было бы до нее никакого дела. Но второй принц, находя свою избранницу, мало того что околдовывал ее, это тоже полбеды, в конце концов, совет им да любовь. Но, во-первых, это происходило ежегодно! То есть у него, прямо как у заморских богачей, в этом «монастыре» был настоящий гарем. А во-вторых, дальнейшая схема слишком напоминала то, что еще вчера ожидало Надию. Если «избранная» не понесет в определенный срок, то будет принесена в жертву. Если малыши окажутся обделены даром – тоже.

Чего-чего, а подобной участи я никому, а уж тем более своей подруге не желала. Вот только что это за обряд и как может помочь в ее спасении яд, хоть убейте, не понимаю. Если единственным избавлением является смерть, то, может, стоит оставить все как есть? Вдруг Милании повезет, и она сможет родить двух одаренных мальчиков? А будучи влюбленной, она, так же как и я, наверняка смирится с необходимостью делить возлюбленного с другими женщинами. Грустно, что при этом она будет абсолютно изолирована от всего окружающего мира. Даже родных обработают магией, заставив смириться с потерей дочери.

Все это кажется дикостью, а особенно то, как можно ту, с кем делил постель отправить на жертвенный алтарь? Все эти знания и мысли лишь добавили поленьев в костер моей ненависти к принцу и всему его роду. А еще возникает мысль: судя по словам ведьмы, я неслучайно оказалась вовлечена во все эти события. Их спровоцировал артефакт. И с той поры, как он попал в мои руки, я оказалась вовлечена во всю эту историю. Герцог хоть и был всего лишь провокатором моих дальнейших действий, но также играл какую-то роль, хотя в последнее время и пропал из поля зрения. Принц и король тоже заинтересованы в получении гарнитура. Зачем он им? Якобы желание предотвратить проявление «драконьего гнева»? Не-е-ет. После того что я узнала, подобные объяснения потеряли смысл, ими кормили явно неосведомленную королеву. Если бы король и принц действительно были единственными оставшимися в живых представителями рода по мужской линии, тогда да, но сколько их в том «монастыре»?

Но это все пустые думы, а нужен план действий. С этой мыслью я и окунулась в изучение брошюры о ядах. Ну что сказать? Многие из них были весьма соблазнительны тем, что ничем и никак не обнаруживались и имели противоядие, которое давалось сразу после отравления. При этом отравленный умирал со всеми симптомами какого-либо неизлечимого заболевания. На самом же деле все процессы в организме замедлялись, и спустя определенное время после наступления «смерти» человек оживал. Однако после употребления большинства ядов не исключались негативные последствия для здоровья. Жутко. Прямо как в тех страшилках про восставших мертвецов, коими любила меня пугать наша кухарка из замка.