Книжный Дозор - Аркадий Шушпанов

– Я могла бы помочь, – сказала Анна.

– Ты? – покосился на нее Александр, сидевший рядом, по левую руку. По правую, конечно же, расположился Маугли.

– Я джинн. Я смогу выполнить это как желание.

– Сейчас не можешь, – напомнил Александр. – Твоя бутылка в схроне Инквизиции, дорогая джинна.

– Мы достанем! – вскинулся Джонни.

– Дети… – Александр впервые произнес это слово настолько презрительно. – Это вам не библиотека Бюро. Туда вас, можно сказать, вежливо пригласили. А схрон, да еще под личным контролем Дункеля… Даже если вы пробьетесь через все защиты, а это невозможно, там не один Яров старался… Даже если унесете. Все артефакты под «фризом». Их ядерным взрывом не возьмешь. Просто и надежно. Снять этот «фриз» может лишь тот, кто наложил. А чтобы сам пропал – нужно сотню-другую лет подождать, заряда хватит.

– У меня есть право обжаловать приговор, – твердо сказала Анна. – Я помогла Инквизиции. Мальчик не пострадал и не попал в руки сумеречных тварей. Я имею право требовать вновь сделать меня Иной. Пусть наложат еще хоть десять печатей!

– Не хотелось бы тебя расстраивать… – Александр в последнее время полюбил многозначительные паузы. – Только Маугли, с юридической точки зрения, тоже артефакт. По крайней мере такова официальная точка зрения Инквизиции. Вот она тебе, из первых рук.

– Ты… вы… не говорил, – Анна залилась краской.

– Сначала не было времени, потом необходимости, – пожал плечами Александр. – Инквизиция, когда нужно, пользуется современными моделями, а когда и средневековыми. Малыш не имеет собственного ясного рассудка. Извини, но в пятнадцатом веке он считался бы умалишенным, а не… альтернативно одаренным. Его воля, его интересы никак не будут приняты во внимание.

– Что-то мне подсказывает, будь он совершенно адекватен, это ничего бы не меняло, – как бы между прочим произнес Дреер.

– Они его не получат, – резко высказала Анна.

– А если бы получили, – продолжил, как бы размышляя вслух, Александр, – то вместе с еще четырьмя. Каждый из которых помешался на своем… Истеричка, юный психопат, старый маразматик и еще один, с маниакально-депрессивным психозом… Пожалуй, этим мы и воспользуемся.

– Чем? – спросили одновременно Дреер и Анна. Спросили и переглянулись.

– Где бы ни оказался наш малыш, его нельзя изолировать от Сумрака насовсем. Таким, как сейчас, им нельзя управлять. Значит, рано или поздно за ним придут. Кармадон очень не любит что-то отдавать. И не отдать тоже не сможет, эти ребята не отстанут, сколько Сумрак ни выжигай.

– Они его не получат, – повторила Анна.

– Не перебивай Старших. – Александр вдруг глянул на нее так, что девушка съежилась. На полсекунды за столом опять возник тот самый Великий Инквизитор, каким она видела его в питерской водонапорной башне десять лет назад.

Но потом он вернулся к прежней чуть ироничной манере.

– Сейчас Маугли – не актив, а убыток. Но если он станет хотя бы вменяемым и с ним можно будет разговаривать… Разговаривать и договариваться… Представьте себе союзника Инквизиции, с которым вынужден считаться Сумрак. А если он будет Сумраком другого мира – то и возможное убежище. Наш-то родной в последние годы чудит, да и реальный мир не особо стабилен. Думаю, Кармадон это купит. Возвращение тебе статуса джинна, прямо скажем, не слишком дорогая цена за такие возможности.

– Что им помешает прибрать мальчика к рукам сразу же? – осторожно поинтересовался Дмитрий.

– Только то, что мальчик останется здесь, – сказал Александр. – На переговоры отправимся мы с тобой, наставник Дреер.

– А если не вернетесь? – вдруг спросила Хильда.

– Вернемся. Со щитом или на щите, – улыбнулся Инквизитор. – До вас наши доблестные серые братья не доберутся в любом случае. А Маугли слишком ценен. Так что… начинайте свой Обмен, наставник. – Он кивнул Дмитрию, а потом развернулся к Заку. – Кто сможет переправить нас в Прагу?

– Я сам, – ответил Зак. – Но прямо в библиотеку Бюро опасно.

– Не нужно в Бюро. Своими ногами дойдем. Отправьте нас в музей пана Яноша Чапека. Заодно я посмотрю в его честные глаза двойного агента.