Фрейлина специального назначения - Молка Лазарева

Правители, чьи уши не выносят правды, усерднее всего пекутся о самих себе.

Али Апшерони

В ночь с субботы на воскресенье уснуть нашей тройке не удалось.

С вечера мы с девчонками готовились, обсуждали, отшучивались, пытались привести себя и мысли в порядок. Потом, перед сном, злобствуя, перемыли все кости Глебу, лежали по кроватям, пытались уснуть и злословили насчет отношений с мужиками. В итоге я и Анфиса пришли к выводу, что лучше вообще никаких отношений, чем фиговые и выносящие мозг, а Кристина включила «романтичную особу» и заняла такую позицию: из любого «козла» при должном воспитании можно сделать принца. Затем тема разговора плавно ушла в сторону королевских особ. Еще бы, ни одна из нас раньше настоящих королей не видела, а принцев тем более.

— Интересно, а у него есть белый конь?

— Конечно, у каждого уважающего себя принца должны быть кони, утки и страусы.

— А страусы зачем?

— У них яйца большие…

В общем, часов до трех ночи мы ржали и хихикали, а потом нас начал накрывать мандраж перед предстоящим мероприятием. Как бы мы ни хорохорились и ни храбрились, страх подкрадывался коварно и незаметно. В чем-то это было сродни предстоящему экзамену, я сразу вспомнила студенческие годы, когда перед любым зачетом не могла уснуть из-за бешено колотящегося сердца.

Так мы провалялись до пяти утра. Примерно в это время наш блок начал оживать. То ли все остальные фрейлины не ложились спать, то ли решили встать пораньше, но уже к половине шестого утра общий коридор и гостиная напоминали копошащийся муравейник. Однокашницы суетились, бегали, заглядывали без спроса в чужие комнаты, спрашивали то плойку, то магический фен, то синие тени и люминесцентную тушь. В общем, наш первый курс решил предстать перед королевой во всей красе, а еще мы с удивлением обнаружили, что в тряпках Терции на присягу никто не собирался. Девушки приготовились щеголять перед королевой в своих лучших нарядах, и ни одна не собиралась падать в грязь лицом. А по поводу платьев, полученных от преподавательницы этикета, все выразились единодушно.

— При ближайшей возможности — СЖЕЧЬ!

Но как бы однокурсницы ни пытались вырядиться, когда из тринадцатой комнаты вышла наша тройка, челюсти вывалились у всех. Дружный «ох» прокатился по девичьим рядам, а лица некоторых дворянок украсили неприкрытая зависть и злоба. Я даже приготовилась услышать какую-нибудь гадость про «низших», но они промолчали.

«Вот и прекрасно. Кажется, эти стервы научились завидовать молча!»

Победное дефиле нашей тройки нарушило появление Арвенариуса.

Вообще, за месяц обучения я поняла, что декан факультета из него никакой, все свое время старичок проводил где угодно, но только не с родными фрейлинами. Он мог бегать по коридорам с блокнотом, заниматься инвентаризацией картин, отчитывать проштрафившихся поварят за пересоленный суп, проверять, не сбились ли чары в магических прачечных — в общем, занимался наш декан бумажной и хозяйственной работой. По факту же его должностные обязанности выполнял кто угодно, начиная от Терции, заканчивая Эриданом. И вот теперь Арвенариус решил наконец-то поучаствовать в нашей общественной жизни — явился раздавать маски.

Образец советского академика внимательно оглядел фрейлинские ряды, прошелся взглядом по каждой, довольно хмыкнул себе что-то под нос и огласил:

— Здравствуйте, мои дорогие!

«Уцененные!» — вторило ему мое хамоватое подсознание.

— Верность королеве — это великая ответственность, возложенная на каждую из вас. Ваша жизнь после присяги уже никогда не будет прежней. Это словно песочные часы — два хрупких сосуда, связанных невидимой нитью времени. Эта нить свяжет ваши судьбы с Ее Величеством Ризеллой Сирской! — Он глубоко вздохнул и в самых пафосных выражениях продолжил: — Сегодня ваши души приносят присягу верности, заключают неразрывный союз с королевой на последующие десять лет. Перед тем как официально отправить вас к королеве, я хотел бы услышать, является ли желание служить ей свободным, искренним? С открытым ли сердцем, по собственному ли желанию и доброй воле вы принимаете эту присягу? Прошу ответить вас!

Пока я слушала столь пламенную и пылкую речь, офигела окончательно, да я поклясться готова, что с такими словами у нас в загсах в браки вступают. Правда, ни на одной свадьбе в своем мире мне побывать не удалось, но фильмов по этой тематике я пересмотрела массу, и сейчас по тексту жених и невеста должны отвечать регистратору согласием.

Судя по недоуменным выражениям лиц Кристины и Анфисы, их посещали такие же мысли, брюнетка даже пробурчала:

— Интересно, а кольцами мы с Ризеллой тоже обмениваться будем?

Забавно было то, что по факту мы могли отказаться от присяги, но вот что будет потом — тайна, покрытая мраком… Отправят обратно во Внешний мир? Или отпустят гулять на все четыре стороны в этом? Проверять никому не хотелось, поэтому невероятно дружное «Согласны!» раскатисто отразилось эхом от стен коридора.

— Вот и славненько, мои хорошие! — радовался декан. — Значит, сейчас я выдам каждой из вас маску. Чары на них очень сложные, но, к сожалению, хрупкие, поэтому относитесь к артефакту с осторожностью. В воде не мочить, краску не сдирать, ничем не бить…

— Как прививка Манту, что уж тут непонятного, — шепнула на ухо Фиса.

Декан тем временем продолжал:

— Чары масок полностью скрывают лицо от узнавания, а также примерно каждые полчаса зрительно изменяют цвет волос. Вид вашей одежды останется неизменным. Из всех присутствующих на балу узнать вас смогут лишь те, кто видел без масок, — я, королевская семья и герцог Эридан. Он, как начальник службы безопасности, будет наблюдать за ходом проведения мероприятия. Его родовой артефакт позволяет отличить своих учениц от дамочек из королевской свиты. Вам все понятно?

На этот раз «да-а-а» было вялым. Кларентина вскинула пухлую руку вверх.

— Какие-то вопросы?

— Да, а герцог Эридан тоже будет в маске? Просто, если что-то случится, к кому нам обращаться? Как мы опознаем среди всей толпы наших преподавателей?

— Все преподаватели будут в масках. Это регламент официального маскарада, и его нельзя нарушать. — Декан равнодушно повел плечами. — Но если что-то вдруг случится — кричите, к вам подбегут и спасут. Как правило, на таких мероприятиях никто не умирает.