Моя темная «половина» - Кристина Зимняя

– Зачем я здесь? И зачем здесь они?

– Просто закрой глаза, сейлин, и ты поймешь.

Он снова исказил мое имя, но я не придала этому особого значения.

Глубоко вздохнула, положив ладони поверх его рук, а затем послушно смежила веки. Большей частью, чтобы не видеть эту разномастную стаю, но чувствовать живого и дружелюбно настроенного мужчину, стоящего рядом. Птицы, глядевшие на меня, как на мешок с зерном, и словно ждавшие команду «Взять!», пугали не на шутку. А Карури, несмотря на некоторое недоверие, продиктованное амнезией, казался мне достаточно надежным, сильным и, на мою беду, изобретательным. Вот зачем он притащил меня в этот полуразрушенный питомник? Попугать или…

Придумать другие варианты я не успела. Виска коснулись теплые губы дракона, а тихий голос начал отдавать команды.

– Умница, девочка! Так и стой, не открывай глаз, всматривайся в темноту, внимательней, вот так… – А потом, сделав продолжительную паузу, спросил: – Ты видишь свет?

Отрицательно мотнула головой. Какой может быть свет, если глаза закрыты? Я хотела уже сказать ему, что шутка не удалась, как вдруг… он появился. Во тьме словно начали зажигаться волшебные светлячки. Ближе, дальше – везде! Мерцающие облачка постепенно видоизменялись, приобретая силуэты каких-то веточек. Что это? Цветы, кусты… или, может, светящиеся скелетики?

– Вижу! – воскликнула радостно, но глаз не открыла, повинуясь тихому предупреждению своего… наставника?

– Тебе же нравится этот свет, верно?

Его шепот обжег мое ухо, и я инстинктивно отклонилась, не желая отвлекаться от созерцания. В нежностях дракона мне чудилось что-то неправильное и даже опасное, а в окружающем световом шоу, напротив, все было просто замечательно, интересно и… аппетитно.

– Красиво очень! – не стала скрывать своего восхищения.

– Нра-а-а-авится, – его голос звучал завораживающе, – знаю, что тебе это нравится. Так и должно быть! Хочется прикоснуться к свету, да?

– Да! – словно под гипнозом повторила я.

– Так прикоснись! – не то убеждал, не то искушал меня Ий. – Попробуй! Выпей его, ну же, сейли-и-ин.

Я мысленно потянулась к таинственным «веточкам», будто пытаясь сорвать их. И было во всем этом что-то знакомое, привычное, пробуждающее аппетит. Мужские руки, обнимающие меня, темнота и такой заманчивый, такой вкусный свет!

«Знакомо – значит правильно? – мелькнула робкая мысль, намекая на то, что есть и возможность обратного. – Свет и тьма, тьма и свет – все закономерно. Или нет?»

Самая близкая ко мне «веточка» погасла, словно слизанная гигантским черным языком. Это было забавно и привычно. Затем пропала еще одна, и еще… Они исчезали, как замазанные чернилами звезды в астрономическом атласе. Меня же постепенно наполняло странное чувство сродни эйфории. А вместе с ним приходило насыщение, которое не могли дать никакие фрукты, овощи и прочие продукты.

Наконец «светлячки» закончились. Я постояла минутку в темноте, прислушиваясь к собственным ощущениям, после чего медленно открыла глаза. Тишину каменного зала разрезал дикий крик. И лишь секунду спустя я поняла, что мой собственный. На меня никто больше не смотрел. Некому было смотреть! Потому что все до единой птицы были мертвы. Птицы… не дракон.

В одном из миров Тайлаари…

Скрывать истинную внешность под чужой личиной для любого мага жизни было делом привычным. Дар видоизменять свое тело, выплавляя из него что-то отличное от оригинала, истинные аше-ары получали при рождении вместе с цветом силы. Во время испытаний огнем и водой вышеупомянутая способность лишь закреплялась, становясь для белокожих чем-то само собой разумеющимся. Наемники – а большинство представителей расы выбирали именно эту профессию – легко меняли облик, поддерживая внешнюю иллюзию с помощью магии, но не были способны скрыть свою родную ауру. Впрочем, прочитать ее и уж тем паче заметить несоответствия в Тайлаари мало кто мог. Обычные граждане и вовсе не заморачивались подобными изысканиями.

Вопреки возможности менять внешность как перчатки, каждый аше-ар нет-нет да и возвращался к списку любимых образов. Изученные до мелочей, естественные, привычные… Они позволяли магам жизни чувствовать себя под выбранной личиной, как в своей тарелке. Одной из таких иллюзий для Кир-Кули был чернобородый маг-наемник средней руки. Несмотря на обычное, даже в чем-то простоватое человеческое лицо, одежда из черной кожи и внушительный набор холодного оружия, часть которого намеренно выставлялась напоказ, заставляли прохожих огибать по широкой дуге идущего по улице мужчину. Единственным, кто не гнушался близкого контакта с ним, был зеленоглазый ворон. Птица то кружила над головой наемника, то садилась на его плечо и нагло заглядывала в лицо видоизмененного аше-ара.

– У меня скоро плечо отвалится, – кривя губы в некоем подобии кислой улыбки, ворчал он. – Посланник ты или кто? Мог бы вспомнить свои особенности фантома и… сбросить вес для начала.

– Кар-р-р! – Ответ ворона подозрительно смахивал на хриплый смешок, а свиток, материализовавшийся в когтистой лапе, – на предложение пообщаться.

Развернув послание, Кир-Кули хмыкнул. На желтоватом листе красовалось всего одно предложение: