Ключ от Шестимирья - Екатерина Елизарова

– Ар, там что, в самом деле дракон?

– Нечто вроде. По крайней мере, оно похоже внешне и изрыгает пламя.

– Ты хочешь, чтобы я помогла тушить?

– Нет. Даже не вздумай! И вообще… Тебе лучше было бы остаться здесь, но… такой ошибки я больше не совершу.

* * *

Ключник из светлого Эквалена переместил сначала Рена, а потом и меня с Араном. Дверь вывела нас на пустынную городскую улицу.

Наверное, оглядывалась я чересчур подозрительно, потому что фейн пояснил:

– И дворец, и здание Совета закрыты от перемещений. Отсюда вам придется идти пешком.

– Спасибо, Минель, – отозвался Рен, и ключник, поклонившись, ушел. – Может, стоило его задержать?

– В ближайшее время он нам не понадобится. Рейнода видели в городе?

– Да. Так что готовь меч, и…

Он не успел договорить. Аран чуть тряхнул головой и спросил:

– Так?

Длинные золотистые волосы исчезли, их заменили коротко стриженные темно-русые. Овал лица смягчился и стал уже, как и весь Ар. А еще появились слегка оттопыренные и заостренные уши. Я замерла от удивления и поймала себя на почти нестерпимом желании их потрогать.

– Ну что ж, идем портить гениальный план Ордена? – усмехнулся Рен.

Мы прошли всего каких-то пару домов, когда я совершенно неожиданно увидела Клайса и Мари. Опасливо озираясь, они выскочили из двери одного из зданий и тут же завернули за угол.

– Клайс! – выкрикнула я и кинулась вперед, оставив позади замешкавшихся мужчин.

В тот самый момент, когда я пробегала мимо нужной двери, из нее вышел кто-то еще. Я не посмотрела кто. Взгляд приковал отвратительный ящер размером с крупную собаку. Весь покрытый огненными язычками, он шипел и напирал на замерших у стены Клайса и Мари.

– Бегите! – хотела прокричать я, но лишь сипло выдохнула, заметив смыкающуюся вокруг них огненную нить.

Ладони завибрировали и покрылись инеем, а за спиной прозвучал громкий, до боли знакомый голос:

– Ну надо же, какая встреча! Удача явно мне сегодня благоволит.

Я повернулась и в темноте отчетливо увидела, как с пальцев Тени срывается огненная змейка, бегущая за дом, к друзьям. Как быстро подходят к нам серьезные, нахмуренные Аран с Реном.

И остановила их вытянутой рукой.

– Я отбыл из нашей вновь испеченной академии с официальным приглашением экваленцам обучаться в Обители, а любимая адептка уже здесь, – сказал Тень и шагнул ко мне, отчего с моих ладоней сорвался поток снежных искр. – Да еще и сумела так быстро восстановить столь ценную для нашего Ордена силу. Браво, Кристина! – воскликнул он и в мгновение ока прижал меня к себе.

– Магистр… – выдохнула я с ужасом.

И, только услышав отчетливый скрип зубов Ара, поняла, что одним этим словом невольно подтвердила все сказанное Тенью. Едва не плача, я посмотрела на любимого, и в жестких ледяных глазах увидела, как разбивается на осколки его доверие.

– Что же ты наделала, Кристи, – прошептал Рен. – Ты знаешь, кто это?

– Как же ей не знать, – с хрипотцой произнес магистр, склонившись к самому моему уху, заставив задрожать от отвращения. – Кристина – одно из самых ценных сокровищ Обители. С такой вкусной силой, – добавил он, едва не мурлыча.

Рен скривился и твердо сказал:

– Кристи, отойди от него. Этого мерзавца не скроет никакая маска. Ведь так, Конрад?

– О! Да мы никак знакомы, – произнес Тень насмешливо, крепко держа меня. – Люблю неожиданные встречи со старыми знакомыми!

– Не смей! – прорычал Рен. – Отпусти девушку.

– Да разве же я ее держу? – рассмеялся он и взглядом указал мне за дом. Туда, где все еще жались к стене мои друзья. – Эта малышка умеет принимать правильные решения. Верно, Кристина?

Я содрогнулась, не представляя, что делать, но, заметив, как подскочила на месте Мари, обожженная пламенем ящера, тут же кивнула. И посмотрела на замершего в оцепенении Ара. Его лицо – и без того чужое, незнакомое – превратилось в пустую безжизненную маску. Холодный презрительный взгляд острее лезвия полоснул меня по сердцу. Не верит. Думает, что предала.

– Аран…

– Иногда ошибаются даже богини, – произнес он. – Такой как ты не место в лесах Энсунтура. И рядом со мной.

И, развернувшись, он ушел. Рен бросил на меня последний взгляд и, скрываясь во тьме, поспешил за Аром. Боль и отчаяние ураганом закружились внутри, вылившись потоком морозной силы. Отрезая меня от ненавистного магистра, а моих друзей – от его пламенеющего ящера. Я смогла, я освободилась из цепких объятий и спасла вмиг сделавшихся невидимыми друзей. Но какой ценой?

Меня схватили за руку и громко зашептали:

– Кристи! Кристи, ты смогла! Бежим!

А вслед донеслось насмешливое:

– Скоро увидимся, моя птичка.

Тень не пытался преследовать нас, но это не обрадовало. Сердце сжимала тоска, а перед внутренним взором стояли разочарованные, холодные глаза Ара.

– Аран. Он считает, что я предала его.

– Кто это? Один из тех двоих? Почему же они не помогли? – спросила Мари.

– Куда мы теперь? – ответила вопросом на вопрос. Не потому, что хотела знать. Просто чтобы не говорить о нем. – Это был отель?

– Да. Но уже неважно! – воскликнул Клайс подозрительно радостно. – Даже не представляешь, какой мы припасли для тебя сюрприз!

– Да уж, не представляю, – согласилась я безразлично.

Мы куда-то шли, и друзья больше не пытались заговорить. Только переглядывались, думая, что я не вижу. Мне было все равно. Я не понимала, что делать дальше, не могла поверить, что он… ушел. Просто ушел, не позволив ничего объяснить. Так легко поверил паре брошенных магистром фраз. Конрад! Тот самый, зловещий… Но ведь я не помогала ему! Я сбежала!

– У-у-у, – завыла я, мечтая снова стать маленькой и крепко обнять маму. Которая обязательно поможет и все объяснит.

– Кристи, что случилось? – забеспокоилась Мари. – Тень что-то сделал тебе? Где болит?

– Сделал. Болит. Ненавижу! – выкрикнула я и вдруг заметила, что на улице давно рассвело. – Мне нужно найти его, попытаться объяснить! Он должен понять! Рен ведь знал, что я учусь!

Я метнулась было назад, но Клайс остановил меня:

– Кристи, мы пришли.

Небольшой светло-коричневый домик, увитый плющом, зеленая обшарпанная дверь, которая отворилась почти сразу после того, как Клайс постучал. И навстречу нам вышла…

– Мама?..

Горло сдавил ком, и я кинулась к ней. Обняла и вдохнула родной цветочный аромат ее удивительно белой гладкой кожи.

– Мама…