Ключ от Шестимирья - Екатерина Елизарова

Сзади что-то шаркнуло, и я повернулась на звук.

– Я никому не скажу, – прошептал неказистого вида паренек, поднимаясь из-за стола. – Обещаю.

– Чего не скажешь? – не поняла я.

– О твоем даре, конечно. Переходящие – большая редкость, за такое… Клянусь, никто не узнает. Не говори наставнику.

– Погоди. Переходящая? Что это значит?

– Возможно, этот термин уже устарел, – смутился парень и в поисках поддержки заглянул в раскрытую на столе книгу. – Ты по своему желанию перемещаешься в любой уголок Энфейна, в котором когда-либо бывала. – Я приподняла бровь. – Или даже ориентируешься на хорошо знакомые субъекты? – совсем уж благоговейно посмотрел он на меня.

– Нет, ты ошибаешься, этого я не умею. Я всего лишь ключница. Так мне сказали.

– О, но ты же…

Что он сказал дальше, я уже не услышала. Удивленная странной беседой, я вовремя не поняла, что меня утягивает обратно к сунтурам. Как и не поняла, куда вообще попала.

– Варг меня задери! – воскликнул Рен. – В движущийся объект! Да кто же ты такая, девочка?

– Рен, не пугай меня. Я-то надеялась, ты подскажешь.

– Такого я никогда не видел. Увы. Как тебе удалось? И где ты была? А главное – как вернулась? Прямо на борт!

– Нет уж. Возможно, я бы пооткровенничала с тобой, не будь у тебя одного существенного недостатка.

– Это какого же? Дорогуша, я состою сплошь из одних достоинств! – провозгласил Рен.

– О, не знаю, есть ли у тебя другие, но этот твой недостаток бросается в глаза сразу. Крупный, крылатый и весьма неуравновешенный. Нам еще долго лететь?

– Об этом лучше осведомлен мой единственный и буквально бросающийся в глаза «недостаток», – передразнил Рен.

– Ясно.

– Мы будем на месте только к рассвету, – подала голос Ильнира, до того незаметно сидевшая поблизости. – Не исчезай больше, пожалуйста. Если Аран узнает…

– И чего же не должен знать твой тар, Ильнира? – грозно спросил Аран, словно из ниоткуда появившись рядом.

Девушка сжалась и как-то разом сделалась еще незаметнее.

– Не трогай ее, – неожиданно для самой себя заступилась я.

– Твоя эйни-тар исчезла и появилась вновь. После того как я разозлила ее, – тихо и как-то обреченно ответила Ильнира.

– Его кто? – опешила я и испугалась вспыхнувшей на лице Арана ярости. – Только все было не так, – пихнув его плечом в грудь, сказала я. – Надо поговорить. Наедине.

Неподвижный словно каменная глыба Аран вдруг шевельнулся и удивленно посмотрел на меня.

– Поговорим? – как ни в чем не бывало похлопала я глазами.

– Хорошо, – послушно кивнул Аран и, еще раз зло взглянув на сунтурку, подал мне руку. Я вложила в нее свою ладонь и пошла за ним к длинному, но при этом достаточно широкому иллюминатору, тянущемуся почти вдоль всей стены.

– Я выкину ее из флайта, не снижая скорости, если она потревожила тебя. Зачем ты перемещалась?

– Не надо, – шепнула я, имея в виду и расправу над Ильнирой, и расспросы о моих перемещениях. – Рен сказал, сунтуры наделяют магией оружие, но я не поняла, при чем тут флайты.

– Ладно, Кристи, – не отпуская моей руки, тихо произнес Аран, – но пока вопрос не решен, он будет всплывать снова и снова.

– Я все решила, просто ты не хочешь признать мое право решать.

Аран ухмыльнулся и, приподняв мою ладонь, скрестил наши пальцы.

– Мы одна команда, Кристи.

– Что значит «эйни-тар»? – вспомнила я.

– Та, что под защитой тара. – Вторая его рука дотронулась до ложбинки у меня под грудью, где висел кулон. – Сила, питающая флайт или придающая магические особенности оружию, не истощается так быстро, как та, что уходит на полную трансформацию. Мы не часто используем технические приспособления. Тарэйя дает все необходимое, но кровь крылатых предков безвозвратно выветривается из наших жил, и со временем таких аппаратов станет куда больше. А в столице ты и сейчас увидишь немало интересного. Отец хочет познакомиться с тобой.