Из рук врага - Сергей Плотников

— …при столь скудной свите — всего три корвета. Это дипмиссия. Посольство. — Вывод был очевиден.

— Как ты и предсказывал, мастер Алессо, — констатировал в первый раз за весь разговор довольным тоном Стерх. Словечко «мастер», употребимое как обращение к натурфилософам, он произнёс даже с некоторой ностальгией, видно, тоже вспомнил «весёлые времена» наших приключений, когда за спиной осталось пепелище, а впереди — открытое море и полная свобода, она же — неизвестность. Мужчина согнал мечтательное выражение со своего лица и серьёзно посмотрел мне в глаза. — Алессо, я не могу приказать… но ради нашей дружбы — прошу: отправляйся туда. Там должен быть кто-то из наших, но, кроме тебя, никто не сможет оценить, насколько и в чём продвинулась империя за эти годы. Ты рассказывал о своём мире, и мы уже неоднократно ощутили на себе результаты, как ты говорил, «профессорства». Только ты видел, к чему это привело потом, и сможешь понять по одному взгляду… или из разговоров, на каком они этапе, и сделать достаточно полный анализ. Нам нужно знать, к чему быть готовыми.

— На борту может быть кто-то из моих бывших земляков, — задумчиво проговорил я. — Могут запросто узнать.

— В двадцатипятилетнем парне? — ухмыльнулся знакомой гримасой Рокс — «имперская угроза» будто возвращала его «в старые добрые времена». — Побойся Великого Бога, Алессо. Да и «подправил» ты кое-что в лице с тех пор, как мы встретились впервые. Зачем-то.

— Лиме так больше нравится, — пришла моя очередь пожимать плечами. — Я давно зазываю вас на процедуры в нормальном режиме, а не «пусть твой доктор всё сделает за полчаса, пока я думаю о Республике». Вот Жаза и Ирос твои на остров Арк как по расписанию каждую неделю тримараны гоняют. А Лайла вообще…

— Да, я в курсе, Плуг уже жаловался мне раз пятьдесят! — рассмеялся друг и плавно так переключился в «политик-мод». — Так что, пойдёшь?

— Пойду, разумеется. — Я поставил мысленную галочку хорошенько рассмотреть себя через внутренние «глаза» в рубке на «Драконе»: неужели моё лицо и впрямь так изменилось за все эти годы? — Только под каким соусом я попаду на борт «Победителя»? Сомневаюсь, что имперцы устроят экскурсию для желающих.

— Будешь представителем одного из самых сильных участников конфедерации, разумеется, — даже удивился Мора. — Мы же не можем просто лоцманов посылать для перемещения корабля чужой страны по нашим внутренним водам, это будет крайнее неуважение к лицу императорской крови! А ты — действительно один из девяти представителей Совета Арка, выше которого только избранный лидер. То есть как раз тот же статус, что и у принцессы.

— Принцессы? — по-настоящему удивился я: вот уж кого-кого, но только не Святослава я был готов признать ревнителем равноправия полов.

— Да. Принц Егор — десятилетний мальчик, а её высочеству принцессе Марине как раз исполнилось пятнадцать лет — совершеннолетие. Заодно император так показывает всем, как он «ценит» статус конфедерации: послал едва повзрослевшего ребёнка, да ещё и девочку. Но формально не прикопаться — протокол соблюдается. Не иначе кто-то оценил наш асимметричный ответ… и поставку лекарств против лихорадки. Кстати, Алессо, ты не в курсе, что означают эти имена?

— Егор — не знаю, никогда не интересовался, а Марина — вроде бы «морская»… хм.

— Символично, — покивал сам себе Стерх.

— Так мы пустим «Победителя» во внутренние воды конфедерации? Только для того, чтобы я мог попасть на борт?

— Не только, — довольно прищурился политик. — Император сделал такой шаг… Мы просто не можем не ответить. Я уже как председатель Совета конфедерации разослал приглашение на сбор Девятнадцати на острове Рум: пусть полюбуются на нашу политическую систему, в шпионов попробуют поиграть… Но это уже не твоя забота. Проведи нам техническую разведку.

— Буду во Внешней Гавани уже к вечеру. — Я встал из-за стола.

— Не гони, ещё как минимум три дня. Может, возьмёшь нормальный парусник вместо твоего, как его там… «экраноплана»? А то взорвёшься ещё на этой летающей цистерне с газом! Или перевернёшься.

— Потому кабина выносная и взрывостойкая и заполняется амортизирующим гелем, — отмахнулся я.

Рокса аж передёрнуло: однажды ему пришлось лететь на первой версии самолётокорабля, тогда гель был ещё гидрофобный (смачивал и стягивал кожу) и без клеточной суспензии. И ещё сплошные дыхательные маски-шлемы… А что поделать, техника безопасности, четыреста с копейками километров в час — это уже заявка на самоубийство даже улучшенного симбионтом организма. А так — круглая кабина штатно отстреливается от штока-крепления и рикошетит о воду нужное число раз, сбрасывая скорость. Главное, в большое волнение не летать. Короче, несмотря на удачный итог, впечатления у Стерха остались, похоже, на всю жизнь.

— Жди вестей. А я пока наведу шорох в Гавани. Визит принцессы — это не краба сожрать.