Магический универ. Книга 3. Корни зла - Галина Гончарова

Я не знаю ничего. Ни – где. Ни – как. Ни – зачем. Не знаю, кто послужил жертвой. Ни кто ее принес. Ничего не знаю.

– Так можно расспросить местных жителей.

– А ведь еще есть некромант. Где-то там. Живой – или мертвый?

– Если и живой – мы его быстро мертвым сделаем. – Тёрн ободряюще похлопал меня по руке. – Самое главное, что пока эта нечисть не слишком сильна. Она не трогает тех, кто ходит вдвоем-втроем.

– А мы?

– А в нас оно почувствовало угрозу. И ударило первым. Оно как-то опознает магов.

Печально. А еще хуже другое. У меня ни одного накопителя. Никаких толковых ингредиентов. Кое-что удалось прикупить в Элварионе, только мало и плохо. И что теперь делать?

– Работать. Мы справимся, – подбодрил меня Тёрн. – Пойду-ка я послушаю, что люди думают о местном чудовище.

– Подожди! Я с тобой!

Тёрн замешкался у двери.

– Может, лучше полежишь?

– Еще чего! Лучше я на воздух пойду!

– Хорошо. Сама оденешься – или тебе помочь?

Оденешься?! А раздевал меня кто?!

– Догадайся с трех попыток. Жду тебя внизу!

Подушка шлепнулась в захлопнутую дверь. И из-за нее донесся смешок:

– Вот и не угадала. Я Элю попросил.

Я запустила туда же сапог.

– Не расстраивайся, я за ней приглядывал, чтобы у тебя ничего не оторвали.

Когда я подлетела к двери, вооруженная вторым сапогом и желанием пересчитать слишком наглому элвару ребра и уши, – там уже никого не было. Только снизу, от лестницы, доносилось ехидное хихиканье.

Нет, этот элвар точно у меня дождется. Вот возьму – и не разведусь с ним через семь лет! Будет знать!!!

* * *

Вообще Болотники мне нравились. Хорошая, крепкая деревня, крыши, крашенные синим – считалось, что этот цвет приманивает синюю птицу счастья, резные наличники, здоровые дети, играющие на улице.

Но над всем этим благополучием сейчас витал словно бы аромат безнадежности. Два мага. И когда будет третий? И будет ли вообще? Справится ли он с нечистью? А если нет? Что-то случится с несчастной деревней?

Старосту мы нашли почти сразу. Мужчина колол дрова. Взмывал над головой колун, играли мышцы на спине, с треском и хрустом разлетались полешки…

– Уважаемый Велер, поговорите-ка с нами минут десять.

Староста послушно отложил колун в сторону.

– Чего надо, госпожа ведьма?

– Была я на болоте. Дело там серьезное.

Судя по тоскливому взгляду, Велер и без меня это знал.

– Уехать хотите? – выдохнул он.

Я покачала головой.

– Не хочу. А вот узнать кое-что не отказалась бы.

Староста явственно расслабился. А рано.

– Расскажите мне, до того как бутнячка появилась, люди у вас в селе не пропадали?

– Да нет…

Староста почесал затылок. Подумал. И уверенно покачал головой:

– Не пропадали.

– Никто не умирал? Не уезжал? Вообще никто? – допытывалась я. – Дело в том, что такую пакость, как ваша бутнячка, без жертвы не вызвать. Подумайте, кто мог так поступить? Что вообще происходило странного где-то за год до ее появления.

– Ёлка, год?!

– Может, хоть что вспомнит! Сам видишь, пока по нулям! И вообще, ты не ко мне в голову лезь, а к нему!

Элвар послушно опустил ресницы. Эх, хорошо иметь телепата на посылках…

– Дождешься, я тебя так пошлю… упаковкой в Универ!

– Эх, туда мне и самой хочется…

Молчание затягивалось. Велер чесал затылок. Тёрн сканировал его память. Я от нечего делать считала полешки во дворе. Пока выходило пятьдесят шесть… семь, восемь…

А потом лицо Велера прояснилось.

– Была у нас буча той осенью, – решил он.

– Буча, бутнячка… какой богатый словарь!

– Не отвлекайся, филолух!

– Сама ведьма!

– Элвар!

– Принцесса!

Мы бы еще поругались, но тут Велер опять заговорил:

– Это еще в тот летень началось. Есть у нас один мужик Петрас. А у него сын Тиварис. Тиварис еще безусым был, когда в солдаты подался. Но отслужил десятку честь по чести. И домой целехонек одвуконь воротился. Вояка хороший, морда в шрамах, два ордена за мужество от самого короля, все при нем, да и в кошельке не пусто. Слово за слово – и вышло тут, что он домой насовсем вернулся, такбо надоело ему махаться да обжелезяченным мотаться…

Слово за слово, мы вытянули из старосты всю историю. Хотя без Тёрна я бы и половины не поняла.