Земля обреченная - Игорь Шенгальц

— О! Вот это по-нашему! А для начала пойдем-ка ко мне, будем тебя одевать! А то выглядишь как претендент-первогодок.

Я хотел ему напомнить, что именно им и являюсь, но промолчал. Дворяне должны быть гордыми и самовлюбленными! Вот только как с этим сочетается чужая одежда, которую мне пообещали выдать?..

Мак повел меня в свою комнату, в которой я прежде ни разу не был. Кира, кстати, тоже меня к себе за все это время так и не пригласила…

— Прошу, — Мак широко распахнул дверь. — Чувствуй себя, как дома! Желаешь что-нибудь выпить? Вино? Или хочешь сигару? Сигарету? Сигареты, кстати, ты ни в одном городе не купишь, их тут не производят. А тс немногие запасы, что мы покупаем в твоем мире, постоянно заканчиваются. Удобная штука — сигареты! Не такие крепкие, как сигары, и не надо так долго с ними мучиться, как с трубкой!

Я Мака почти не слушал, с любопытством оглядывая его комнату. Собственно, комнатой это можно было назвать с большой натяжкой. Скорее помещение напоминало апартаменты отеля класса люкс: широкий зал с диваном посередине и несколькими креслами, расставленными как придется, пара столиков с кипой журналов и очень мягкий ковер на полу, картины на стенах эротического, или, скорее, порнографического, содержания. Стены были отделаны мрамором, над головой висела шикарная хрустальная люстра, а книжные полки красного дерева вдоль одной из стен были заставлены от пола до потолка. Такая гостиная была у Мака. Я разглядел еще пару дверей, очевидно в ванную комнату и спальню. Удобно он устроился, особенно если вспомнить ту комнату, в которой проживал я.

— Красиво у тебя! — похвалил я.

Мак расплылся в улыбке.

— Тебе нравится? Эти картины я сам заказывал. Рисовали с натуры. Мои достижения!

Только тут я разглядел, что мужчина на всех картинах был изображен один и тот же и при этом чрезвычайно напоминал моего нового приятеля.

— Силен, — улыбнулся я, разглядев устрашающего вида мужское достоинство героя на портретах. — Тебе есть чем гордиться!

Мак иронию уловил и снисходительно улыбнулся.

— Зато меня девки любят! — парировал он мгновенно и, очень довольный своей остротой, потащил меня в соседнюю комнату.

Это, как я и предположил, была именно спальня. Но какая спальня! Большую ее часть занимала гигантская кровать под пурпурным балдахином, который по желанию можно было полностью снять и наслаждаться своим собственным отражением из множества зеркал, установленных везде, где было место, в том числе и на потолке. Помимо кровати в комнате был лишь один предмет обстановки — огромный шкаф во всю стену, к которому Мак меня и приволок. Он распахнул его створки и предложил:

— Выбирай, что душе угодно!

Шкаф был хитрый. За ним скрывалась целая комната-гардероб, сплошь заставленная вешалками с вещами. Выбирать было из чего. На вешалках висело столько вещей, сколько я не встречал в гардеробах самых привередливых девушек: десятки камзолов самого разного стиля, пошива и цвета, от обычных серых до аляписто-пестрых, некоторые расшитые золотом или серебром, некоторые простого покроя, но очень элегантные; к каждому камзолу имелись Подходящие штаны, а внизу, на специальных подставках, стояло множество пар обуви: от кавалерийских сапог до бальных туфель; и, конечно, аксессуары — этому был посвящен целый отсек: банты, перчатки, береты — чего там только не было…

— Пойми, друг-стажер, — заявил Мак, роясь в ворохе вещей. — Это у вас в мире одежда не так важна, а тут — дело иное. Одежда — это ведь не просто облачение. Она имеет и социальное значение. По тому, как ты одет, сразу видно, кто ты есть: беден ты или богат, скуп или расточителен, к какому сословию принадлежишь, — костюм расскажет о тебе все! Поэтому мы будем одевать тебя очень тщательно. Жаль, что рост у нас разный, а так телосложение вроде бы схожее, Берг здорово над тобой поработал! Ничего, придумаем, как выкрутиться… Так… вот это подойдет… еще вот это…

Когда Мак закончил меня наряжать, я был похож на героя исторического фильма с заоблачным бюджетом.

Мягкая льняная рубашка на теле, скрытая под вычурным камзолом, украшенным серебряной каймой, приятно прилегала к телу; удобные, но достаточно плотно облегающие тело кожаные штаны, которые Мак тут же безжалостно подрезал снизу, заявив, что все равно вот в этих высоких, почти до колен, сапогах ничего не будет видно, сидели на мне как влитые; перчатки, шляпа с пером и подбитый серебристым мехом плащ прекрасно дополняли картину; а напоследок он вручил мне перевязь под меч и небольшой кожаный мешочек.

— Деньги в него переложи, так лучше будет! — посоветовал он. — А в целом — красавец! Хоть портрет пиши!

Мне мой вид, отраженный десятками зеркал вокруг, очень понравился.

— Спасибо, Мак!

— Сочтемся, — отмахнулся он. — Побродишь как-нибудь по магазинам да навестишь пару портных, соберешь себе приличный гардероб — потом вернешь! А хочешь, оставь себе, у меня, видишь, много всего!

В таком виде я и явился на вечернюю планерку.

Эффект был впечатляющим.

Китана зааплодировала, Кира широко распахнула глаза, будто увидела меня в первый раз, мастер Шмыга одобрительно кивнул головой, лишь только граф Жерар скептически приподнял левую бровь и, оглядев меня с ног до головы, отвернулся и больше внимания на меня не обращал.

Барон Верона поинтересовался:

— Собрались куда?

И лишь на Берга мой новый облик не произвел никакого впечатления. Явись я голый, он бы и тогда столь же равнодушно потягивал свой напиток. Железный человек.

— Я хотел бы пригласить всех здесь присутствующих, — начал я, старательно подбирая слова. — Отметить сегодня знаменательное для меня событие!

— Уже растрепали? — спросил Верона, косясь одним глазом в сторону совершенно невинного с виду Мака. — Так и знал. А если бы я не утвердил пожалование вам титула? Не следует торопиться раньше необходимого. А вообще — никогда не дадут сюрприз сделать! Поздравляю вас, Яр, точнее, уже аль-Яр. С этого дня и до самой смерти вы получаете дворянский титул и все права и обязанности, которые к нему прилагаются. А также император жалует вам поместье неподалеку от городка Нарье. Поместье не слишком крупное, но достаточное, чтобы прокормить вас. Точное число крестьян, к нему приписанных, я не знаю, но вы в любой момент можете навести справки у вашего управляющего. Мой личный совет: в поместье пока что не ездить, пусть все дела ведет управляющий, а вы оставьте для себя проверку его ежегодных отчетов и, конечно, трату прибыли. Вот, вручаю вам верительные грамоты, подписанные лично императором, а также дарственную. Владейте! И, кстати, с этого момента — вы личность вполне самостоятельная, ни в каких приватных вопросах я в дальнейшем не имею права вам приказывать, разве что вы сами решите попросить совета. Можете свободно перемещаться по всему миру или, если хочется, мирам и жить где желаете. Но это вовсе не значит, что ваши обязанности будут переданы другим сотрудникам.