И черт с нами - Алексей Калугин

– Хайд, Игорь! Хайд! – крикнул Степан так, будто собаку натравливал. – Ату его! Ату! – И, как стартовым флажком, махнул салфеткой.

Раскинув руки в стороны, Игорь побежал вперед. Да так резво, что я своим глазам не поверил, с виду-то увалень, да и только. И при этом присутствовала в беге Игоря, во всей его грузной фигуре такая сила, такая неудержимая мощь, что, казалось, его даже парализующие иглы святош остановить не смогут.

И все же я решил помочь Игорю. Повернувшись набок, я приподнял ствол пистолета и нажал на курок.

Направлявшийся ко мне святоша взвыл, обхватив обеими руками простреленное бедро.

Замечательно.

А тут и Игорь подоспел. И, не замедляя бега, с ходу вдарил святоше кулаком по башке. Вот это, я вам скажу, был удар! Голова святоши мотнулась, как боксерская груша, из стороны в сторону, и ангел красиво, раскинув в стороны руки и, точно лебедиными крыльями, взмахнув полами белого плаща, опрокинулся на спину. Честное слова, мне было искренне жаль его.

А Игорь бежал дальше. И вслед ему летел жизнеутверждающий крик Степана:

– Хайд, Игорек! Хайд!

Я перевернулся на спину и с левой руки принялся палить по райской машине. Первая пуля пробила лобовое стекло. Вторая – распахнутую дверцу. Третья и четвертая продырявили капот. Исидор со своим напарником даже не попытались выглянуть из машины. Не иначе как на полу залегли.

Я был доволен.

Уже у самой машины Игорь догнал тащившего повара святошу и разобрался с ним примерно так же, как и с первым. Святоша остался лежать на простреленном капоте «Парадиза», а повар, бестолково размахивая скованными руками, рванул в сторону гостеприимно распахнутых дверей «Оскара Уайльда».

А что же Игорь? Озверевший вышибала схватил за воротник разлегшегося на капоте святошу и, точно котенка, отшвырнул его в кусты, после чего присел, ухватился обеими руками за бампер и, как мне показалось, даже не напрягаясь особенно, приподнял передние колеса «Парадиза» примерно на метр от земли. А затем бросил.

Кряк! Хряк!

Надорванно взвизгнули рессоры. По диагонали тонированного лобового стекла прошла широкая трещина.

Повар, бежавший к дверям клуба, остановился возле меня.

– С вами все в порядке?

– Правая рука не двигается, башка раскалывается от боли, но в целом все нормально.

Я оперся левой рукой об асфальт и сел. Подхватив меня под руку, святоша помог мне встать на ноги.

Подоспевший Степан поднял с асфальта Гамигина. Оставив меня, повар подбежал к демону с другой стороны и подставил ему плечо. Я видел Анса со спины, и все равно заметил некоторую заминку, возникшую перед тем, как демон положил руку ангелу на плечо.

– Как дела, Ансик? – окликнул я напарника.

Демон обернулся.

Бровь рассечена, губа разбита, из носа кровь течет, под глазом завтра точно будет фингал.

– Их было больше, – сказал, будто извиняясь, Гамигин.

И даже улыбнуться попытался.

– Вы, ребята, молодцы, – похлопал демона по плечу Степан. – Если бы не вы, увезли бы святоши нашего Аавала.

Игорь тем временем снова присел, ухватился за бампер, приподнял передок райской машины. Приподнял – и бросил. И так он проделал четыре раза. Могу себе представить, что чувствовали при этом засевшие в машине святоши.

По-моему, развлечение пришлось Игорю по душе. И он с превеликим удовольствием продолжал бы калечить несчастную машину. Но, обернувшись, на него прикрикнул Степан:

– Джекил, Игорь! Джекил!

Плечи Игоря тут же опустились, руки вытянулись вдоль тела. Он обернулся и с тоской посмотрел на Степана.

– Пошли! – махнул рукой Степан.

И вся наша компания дружно заковыляла по направлению к «Оскару Уайльду».

Готов признать, что выглядели мы не самым лучшим образом. В особенности я и Гамигин. Но тем не менее мы покидали поле боя победителями! А святошам не оставалось ничего иного, как только убраться восвояси.

Интересно, как отобразит сей эпизод в своем отчете Гамигин? То, что пойдет на стол руководству, меня мало интересовало. Но была ведь еще и Лоя Розье, наш с Ансом контролер, в глазах которой мне хотелось быть пусть не героем… Да ладно, я согласен и на героя.

Эх, не подкачал бы напарник!