Пожизненно. Цитадель в огне - Юрий Валин

Утром начал накрапывать дождь. И раньше такое бывало, но пока по Стезе шагаешь, так и не мешает. А здесь глина размокнет, и как на стены врываться по скользкому? Это если ворота захватить не удастся, и… и…

Нет, такие мысли гнать нужно. Уверенность — залог успеха. К сожалению, этим утром от Дашиной уверенности-неуверенности мало что зависит. В арьергарде идем. Ну, пока вообще лежим.

Фальшивые покойники залегли среди багажа, не так уж далеко от зарытых пустых могил. Бедняге Эмнему, конечно, скучновато здесь в одиночестве будет, но он поймет. Помоги боги, чтобы ямы могил снова разгребать не пришлось.

— Вот воет, — с некоторым даже восторгом заметил Костя.

— Нравится, что ли? — мрачно поинтересовалась Даша.

Громогласные рыдания Бочечки нервировали. До чего ж баба горластая.

— Бочечка у нас — леди с талантами. Жаль, с башкой у нее худо. Боится сейчас, вот и воет искренне, — вздохнул Крючок. Лежа на спине, достойный моряк и разведчик туже затягивал ремень с ножнами. Атаковать арьергарду придется на максимальной скорости, дабы вообще не опоздать к сражению.

Даша покосилась на собственный щит. Может, ну его? Только мешать будет, тяжесть такая.

— И не думай, — пробормотал, не глядя, Костя. — Берешь, и шлем надеваешь.

— Да помню я, — пробурчала Даша.

— Вы, видать, вооружение уже мерили. Если не секрет, это где ж юные писарши в рубку со щитами хаживают? — поинтересовался Герт-Голыш.

— Ну уж в рубку, скажешь тоже. Мы больше так, по мелочам. То с грабителями стыкнемся, то с йиеной, — пояснил Костяк. — То вообще с бандой биться пришлось. Времена-то какие…

— Со временами понятно. Ты лучше скажи, где тебя Ашка в плен забрала? В банде или у грабителей? На йиену ты рожей точно не тянешь, — поддел Крючок.

Флотские мерзопакостно захихикали, Костяк тоже ухмылялся. Вот же, ни стыда ни совести. Другой бы обиделся. Хотя правильно, конечно, нечего на подначки поддаваться.

— Вот командирша ваша, в смысле целительница, рисковая баба, — сказал Герт-Голыш. — Это ж надо такое удумать. Глянь, двинулись…

Женщины и мальчик шли к воротам. Бочечка, переваливаясь на своих слоновьих ходульках, продолжала в голос реветь. Женщина повыше пыталась сутулиться, но это у нее выходило плохо — когда-то будущей Перчатке надежно «поставили» правильную осанку. Мальчик, несущий крышку от бочонка, нагруженную мешочками, должными изображать пошлинное серебро, злился из-за того, что надежное копьецо с собой взять ну никак не получилось.

Лампус сложил ладони рупором и что-то заорал в сторону форта. Моросящий дождь прибивал звуки к постепенно размокающей земле. На стенах укрепления по-прежнему не было видно никого живого.

— Не дергайся, Аша, все путем идет… — прошептал Крючок.

Оба флотских так же тянули шеи, как и «лекарские».

Не выйдет ничего. Болотники все разгадали, подпустят поближе и копьями закидают. Насчет луков Даша ничего вразумительного выяснить так и не смогла. Ну не было у здешних уродов мыслей об оружии. Живоглоты-задолбыши, мать их задрючь…

Не выйдет. Дождь вроде усиливается, тетивы у арбалетов отсыреют. Их ведь как ни укрывай… Или вообще форт ворота не откроет. Тогда пойдет второй вариант штурма, а он еще хуже…

Когда в форте загудел-заухал торжествующий барабан, Даша выдохнула в превеликом облегчении. Костя и моряки тоже запыхтели.

— Говорю, все путем, — пробубнил, украдкой разминая ноги, Крючок.

— Только сейчас болотников не спугните, — обеспокоилась Даша.

Трое обреченных брели к воротам. Мальчуган в низко надвинутом нелепом моряцком колпаке тоже принялся всхлипывать-поскуливать и встряхивать подношениями. По правде говоря, мешочков на подносе было многовато. Не иначе как путники все медные «щитки» выгребли, дабы пошлину набрать.

Ворота форта, с виду такие же глинобитные, как и стены, но, наверное, просто обляпанные болотным илом, приоткрылись. Вышел болотник, сделал повелительный знак рукой. Местный разбойник-мытарь казался еще более кривоногим и плоским, чем его покойный сородич. Возможно, Даша была склонна относиться к живым врагам вообще без всякого снисхождения. Тем более у этого мерзавца еще и довольно длинный меч у пояса имелся.

Болотник приказывал бабам и пошлине внутрь идти, только глупые женщины и сопляк от страха на месте застыли. Вернее, Бочечка зарыдала громче и напрочь забыла, что, собственно, ей делать надлежит, а Эле и Мин ждали, когда дура опомнится. Потом Эле ухватила толстуху за загривок и заставила в поклоне согнуться. Рука у бывшей Перчатки была тяжелой — Бочечка не только поклонилась, но и на колени пала, как, собственно, и было условлено. Мин, тщательно претворяющий в жизнь намеченный боевой план, плюхнулся сам. Эле унижаться не пожелала, лишь на миг замерла на корточках. Щелкнули арбалеты флотских стрелков. Болотник покачнулся, инстинктивно сделал шаг вперед и начал падать — кто-то из арбалетчиков малость смазал, угодив ближе к плечу, зато второй «болт» пронзил грудину разбойника…

…Болотник еще падал, а Эле неслась к воротам, одной рукой поддерживая мешающий подол платья, другой вырывая из-под одежды спрятанный на спине меч. Мин прыгал следом, разевая пасть для боевого клича и придерживая на подносе кошели-снаряды. Бочечка, понятно, никуда не бежала: лежала на влажной траве, прикрыв голову растопыренными пальцами, унизанными дешевыми медными кольцами…

— Урр-рррру-раууууу!

Вопил и второй эшелон атакующих: размахивая алебардой, мчался к воротам гигант Маяк, бежали док с Лампусом, несся вооруженный до зубов Фресли, спешно взводили арбалеты стрелки… Все это Даша видела не особенно четко, поскольку третий эшелон тоже наступал, а бежать, держа щит «по-боевому» и ожидая стрел со стены, само по себе занятие не из простых…

Подробности штурма Даша узнала со слов и из головы Мина, зато в мельчайших подробностях и неоднократно.

…сбитый арбалетными «болтами» болотник валялся на земле уже дохлый. Меч у него (судя по рукояти) был ничего себе, хотя и великоват. К этому вопросу необходимо было вернуться попозже, а пока догнать Эле…