Факультет чудовищ. Вызов для ректора - Ольга Валентеева

– Даже так? – я свернул на следующую лестницу.

– Да. Приехала туда за Гарденом, его отец назначил ректором, чтобы услать подальше с глаз моих. А уехала по уши влюбленная в Дагеора. Конечно, ничего особого не было, – заметила принцесса мой взгляд. – Аль вообще человек непростой, а я этого не понимала. Вообще, только со временем начала осознавать, что он из себя представляет.

Я кивнул. Помню, сам удивлялся ректору на турнире академий. Потому что под маской смеха так легко скрыть свои способности, сомнения, стремления.

– А когда осознала, перестала на него злиться. – Мия казалась совершенно спокойной, но я понимал, что это не так. – Только было уже поздно. Он меня ненавидел. Я сама виновата – чуть не лишила его любимой. Но, честно говоря, даже не помню, что тогда произошло. Только обрывки воспоминаний, словно мной руководила чужая воля. Нет, я желала ей смерти! Но не стала бы убивать.

– Ментальный контроль, – откликнулся я.

– Что?

– Говорю, ваш сын постарался. Чувствуя вашу ненависть к Алю и Милли, он попытался избавить тебя от страданий. Милли достался яд, Алю – проклятие.

– Какое проклятие? – Мия уже ничего не понимала.

– «Холодное сердце», кажется. В общем, именно оно было причиной, почему Аль и Милли долгое время не могли пожениться.

– Звучит как безумие, – королева тряхнула головой. – Как еще не рожденный ребенок мог сделать такое?

– Так же, как будущий ребенок Кэрри неплохо бил меня молниями, стоило приблизиться к его матери. Это аномалия, так что объяснению не поддается.

Мия замолчала. Наверное, задумалась о том, что ее сын чуть не стал убийцей еще до рождения. Что ж, некоторые открытия вовсе не приятны.

– Вы по-прежнему любите Аля? – спросил я.

– Нет, конечно, – ответила Зимия. – Но это чувство осталось самым светлым за мои годы. В чем-то я ему даже благодарна. Иначе так бы и не узнала, что такое настоящая любовь. Гарден был моим увлечением, а ради Аля я была готова пожертвовать всем, что у меня было. И пожертвовала, согласившись на брак с Райнером.

Все в прошлом? Как бы не так! Может, Мия и не любит больше Аля, но снова и снова мысленно возвращается в те дни, загоняя себя в ловушку. Не так ли поступал я сам, отгородившись от знакомых, почти что друзей, и погрузившись в мысли о Кэрри? Нет, этому надо положить конец. И для начала – выполнить обещание, вернув Зимии ее ребенка.

– Сюда, – указал на поворот коридора. Мы очутились у небольшой дверцы, за которой должен быть коридор между комнатами Райнера и детской, отведенной его сыну. Толкнул дверь и вышел. Странно… Здесь царила тишина. Ни звука голосов, ни шагов. И стражи не видно.

– Влад, что тут? – выглянула из двери Мия. – И куда нам теперь?

Я свернул к двери, за которой должна находиться детская. Открыл ее, приготовившись оглушить заклинанием того, кто очутится за ней, – но замер на пороге. Райнер лежал на полу. Его глаза были широко распахнуты и глядели в потолок, в левой руке был крепко зажат кинжал. Но в том, что король мертв, не оставалось сомнений. Чуть поодаль, возле детской кроватки, лежала молоденькая служанка – скорее всего, гувернантка принца.

– Где мой сын, Влад? – тихо спросила Мия. – Где мое дитя?

Вот только мальчика в комнате не было. Что делать? Доложить Дару? Позвать стражу, чтобы все здесь обыскали и перекрыли выходы из замка? И пусть потом придется объяснять, что вообще здесь делаю. Может, так бы я и поступил, если бы в эту минуту не раздался истошный женский крик. Этот голос я узнал бы из миллионов других.

– Кэрри! – воскликнул я и бросился прочь.