Я, мой убийца и Джек-потрошитель - Нина Кавалли

– Эй, Лея, ты тут? – Леха пощелкал пальцами перед моим носом. – Земля вызывает Лею.

– Земле большой привет с Марса, – ответила я, не отрываясь глядя в одну точку. Даже щелчки пальцев не сразу привели в чувство. – Извини, задумалась, – я перевела взгляд на Ярыгина. – О чем это мы?

– О том, куда бы ты предпочла пойти.

– Ах, да! В театре ты на что целился?

– В «Современнике» спектакль Филатова идет. Обожаю его! – вдохновился Леха, его глаза загорелись восторгом.

Попался!

Лешенька, а своим ли ты делом занят? Тебе же прямая дорога из недонекромантов в ГИТИС, ВГИК, Щукинское и куда там еще актеров берут. Не стала озвучивать мысли, дабы не обижать приятеля.

– Его это кого? – въедливо уточнила я. – Филатова, спектакль или театр «Современник»?

– Филатова. Спектакля пока не видел. «Еще раз о голом короле» называется.

– Ну, раз хочешь сходить, и тебе нужна компания… – дипломатично начала я, давая понять, что Леха от похода выигрывает, а я лишь согласна по-дружески разделить бремя просмотра.

– Не вижу энтузиазма, подруга! – насторожился Ярыгин.

– Сознаю свою вину. Меру. Степень. Глубину. И прошу меня направить на текущую войну. Нет войны – я все приму. Ссылку. Каторгу. Тюрьму. Но желательно – в июле, и желательно – в Крыму, – к месту процитировала отрывок из «Федота-стрельца» Филатова. – Не в обиду, всегда считала его работы несколько пошловатыми, извини. Но ради тебя – только скажи.

Леха сник, недовольно поджал губы.

Не без удовольствия наблюдала, как приятель теряет ниточки управления ситуацией одну за другой. А придумать, как вновь завладеть ими, не хватает времени. Что ж, общение с Государем пошло мне на пользу и оказалось весьма плодотворным. Его величество мне по-прежнему не обставить, но других… почему бы и нет?

– Но у нас свидание, ты же понимаешь? – решился Леха на последний рывок.

– Конечно, Леша, понимаю, – положила руку ему на плечо. – Думаю, нам будет весело и мы отлично проведем время. Ты уже взял билеты? Когда спектакль?

– Нет, но возьму на воскресенье.

– Отлично.

Мы подробно обсудили, во сколько и где встречаемся, договорились созвониться за пару часов до свидания. Леха протянул руку к моим волосам, нерешительно поглаживая пряди.

– Ну, мне пора. А то тиран хватится.

– Да-да, иди, – во всю ширь улыбалась я.

Ярыгин подошел вплотную – и я не успела опомниться, как ощутила тепло его губ на своих губах.

Инстинктивно попыталась отстраниться – не тут-то было. Ярыгин крепко обнял меня. «А он сильный», – пронеслось в голове. Первый порыв – оттолкнуть парня, а лучше дать отрезвляющую пощечину. Но я почувствовала, как кто-то без спроса и разрешения, вопреки договоренности пробрался в мою голову и читал мысли уже не первую минуту. Поразительно, что я не ощутила вторжения раньше! Отлично, так даже интересней.

Я обхватила Леху за шею и с энтузиазмом ответила на поцелуй.

– Ко мне в кабинет! Быстро! – жахнул громовой рык по барабанным перепонкам, едва я отстранилась от Ярыгина.

Леха не мог видеть взгляд Государя, а я – да. Взгляд зверя: опасный, хищный, жгучий. Что ж, меня будут убивать.

Предвосхищая вопросы, скажу, что в университете целоваться не запрещено. Поэтому умирать придется не за это. А за что? Государь придумает, я в него верю.

Леху профессор уже отчитывает. Мол, в рабочее время найти невозможно, а дело срочное.

– Теперь ты… – продолжал Государь распекать Ярыгина.

Дальше я не слышала. Свернула за угол. Поднялась по лестнице. Миновала коридор и секретарскую и нырнула в кабинет некроманта.

Посмотрела на статуэтку с дельфинами, выныривающими из моря, что по-прежнему стояла на подоконнике, игриво подмигнула морским млекопитающим и повернулась к раковине. Она – все, что мне сейчас нужно.

Подняла ручку смесителя, дождалась, пока вода станет теплой, и прополоскала рот. Чему вы удивляетесь? Терпеть не могу быть обслюнявленной. И что люди находят в поцелуях? Мне, наверное, никогда не понять. У кого-то – земля из-под ног, кто-то улетает. Понаплетут всякого, понапридумывают себе, а на деле отмыться хочется.

Даже вокруг рта намылила. Смыла, достала из кармашка новую упаковку одноразовых бумажных платков, вытащила один и стала промокать губы. А что, я брезгливая.

Опустила ручку смесителя, продолжая промокать воду у рта, повернулась и вздрогнула. Сколько Государь тут стоял и наблюдал за мной?

Ярость, граничащая с ненавистью и желанием убивать, сменилась на его лице недоумением.

– Как интересно ты относишься к Ярыгину.

Я смяла намокший от воды платок и кинула в мусорное ведро.

– Ярыгин тут вообще ни при чем. Это мое отношение к поцелуям. Ну, не люблю. Имею право.

При этих словах глаза некроманта блеснули, на губах расплылась хищная улыбка. О чем он подумал?

Я молча указала пальцем на дверь: мол, где секретарь.

Не дождавшись ответа, спросила прямо:

– Леха жив?

Государь недобро усмехнулся.

– В ссылке.

– То есть?

– Тебе не кажется… – грозно начал Государь, давая понять, что вопросами я испытываю его терпение.

– Мне кажется, мы разговариваем довольно громко. Нас могут услышать в секретарской.

Профессор больно сдавил мое плечо и протащил через весь кабинет, к окну.

Леха Ярыгин выходил из университета с документами под мышкой.

– Вы что, выперли его с работы? – испуганно пролепетала я.

И услышала презрительный смешок.

– Курьер болеет. Документы повезет секретарь.

Я облегченно выдохнула. Но тут же взвилась.

– Что за несанкционированное проникновение в мои мысли? Вы же обещали.

Государя обвинение нисколько не смутило.

– Да за тобой глаз да глаз нужен. И даже под присмотром идиотские идеи появляются.

Фыркнула и вывернулась из вцепившейся в плечо руки.

«Идиотские идеи»? Понятно. Значит, про мой страх и желание избавиться от оного не самый благопристойным способом некромант знает.

Я пошла ва-банк.

– Вы что, всерьез решили примерить на себя роль моего отца? Раз своей дочери не было.

Казалось, Государь удивился этому выпаду не меньше, чем моим водным процедурам после поцелуя.

– Как тебе в голову пришла такая мысль?

Занервничала. Отошла от окна, сделала несколько шагов по кабинету, остановилась ближе к столу и развернулась лицом к Государю.