Линкор «Дасоку» - Алексей Калугин

Банкет удался на славу. И в том была несомненная заслуга как старшего повара «Дасоку» Маруи Хатиро, руководствовавшегося основополагающим правилом японских кулинаров «не сотвори, но найди и открой», а потому сумевшего из самых простых имевшихся на борту продуктов соорудить стол, совершенно фантастический по разнообразию и эстетическому наполнению, так и криогенщика Сергея Горбатова, успевшего смотаться на ближайший рынок и, бог знает на что, выменять достаточное количество спиртного, без которого, понятное дело, разговор за столом не идет, а если и идет, то вовсе не тот, что нужен.

Как известно, за японским столом не существует такой традиции, как перемена блюд; на стол подается одновременно великое множество яств, которые дегустируются в строго определенной, освященной веками последовательности. Отдельные блюда могут готовиться прямо тут же, за столом, на установленной рядом жаровенке, но и это не нарушает общего ритуала. Поэтому, когда процессом руководит опытный мастер – а как раз таковым и являлся Хатиро-сан, – беседа за столом течет плавно, неторопливо и почти непрерывно, а темы незаметно переливаются одна в другую.

За время дегустации двенадцати сортов суши – на изготовление которых пошли одни и те же продукты, о чем знал, разумеется, только Хатиро-сан, – сопровождавшейся распитием отнюдь не традиционного саке, а закупленных Горбатовым исконно староодесских напитков, старший мастер гильдии ремонтников выслушал правдивую и трагическую историю о гибели восьмой эскадры императорского флота, о чудесном спасении линкора «Дасоку» и героическом рейде пары камикадзе на брандере, в результате которого был выведен из строя сайтенский флагман, ныне безымянный, а некогда носивший гордое имя «Туркменбаши».

После того как Хатиро-сан установил на столе электрическую плитку, водрузил на нее огромную чугунную сковороду, натертую говяжьим жиром, влил в сковороду смесь соевого соуса и саке, поставил перед каждым миску с вареным рисом и яичным желтком и занялся приготовлением сукияки, одессит Лева Стотник, старший мастер гильдии ремонтников и владелец дока «восемнадцать-эм», обратился к капитану «Дасоку» с ответной речью. Отдав должное героизму и мужеству японцев, а также не забыв упомянуть о находчивости и предприимчивости – при чем тут это, никто не понял – русских криогенщиков, Стотник сказал следующее:

– Дорогой Рюичи, – он успел перейти на «ты» с нито кайса, – ни одна нога сайтена – тут он явно допустил стилистическую неточность – не ступала на землю Старой Одессы. И я уверен, – Лева гр-р-рохнул кулаком по столу, так что Хатиро-сан едва успел поймать за ручку подпрыгнувшую сковородку, – никогда и не ступит. Ну не люблю я их, – Лева поморщился и зажал рубаху на груди в кулак. – Противные они… Понимаешь?

– Да-да, конечно, понимаю, – поспешил согласиться Сакамото.

– Так вот, друг мой Рюичи, – Стотник возложил руку японцу на плечо. – Поскольку ты решил продолжать бить сайтенов, я для тебя все сделаю. Все! – Одессит широко махнул рукой, едва не снеся со стола мисочки с рисом и приправами. – Корабль твой будет как новенький! – Старший мастер гильдии ремонтников наклонился к Сакамото и произнес полушепотом: – И все по минимальным расценкам. Только об этом… – Лева дернул нито кайса за плечо и, когда тот повернулся к нему, приложил палец к губам. – Шшшш! Никому! Все только между мной и тобой. Понятно?

– Понятно, – кивнул Сакамото.

Стотник наклонился над столом, подцепил на вилку пару ломтиков говядины, что жарил на раскаленной сковороде Хатиро-сан, обмакнул их сначала в желток, затем в рис, после чего отправил в рот. И тут же, не успев прожевать, опрокинул туда же чашечку горилки.

Довольно крякнув, Лева провел согнутым пальцем по усам и подмигнул повару. Хатиро растерянно улыбнулся в ответ.

– Слушай, Рюичи, – снова обратился одессит к нито кайса. – Отдай мне своего повара!

– Как это «отдай»? – не понял Сакамото.

– Да очень просто! – хлопнул в ладоши Стотник. – Ты мне уступаешь своего повара, а я тебе скидку делаю.

Сакамото посмотрел на повара.

Хатиро в ответ испуганно затряс головой и кинул очередной ломтик говядины мимо сковородки.

– Да ты не волнуйся, – успокаивающе улыбнулся Стотник. – Ему у нас понравится. На Старой Одессе уважают профессионалов. Твой повар такие штуки готовит… – Стотник подцепил со сковородки кусочек мяса и показал его Хатиро. – Как, ты говорил, это называется?

– Сукияки, – робко произнес повар.

– Точно! – Одессит зубами стянул мясо с вилки. – У нас на Старой Одессе таких сукияк никто не пробовал. Я ресторан у себя в доке открою, буду людей сукияками кормить… Что, красавец? – снова подмигнул он повару. – Пойдешь ко мне на работу? Хорошо платить буду, не пожалеешь. Внеочередное вступление в гильдию поваров организую, хочешь?

– Дорогой Лева-сан, – кончиками пальцев Сакамото коснулся локтя одессита. – Я думаю, Хатиро-сан с восторгом принял бы твое предложение, – при этих словах повар побледнел и вместо того, чтобы кинуть очередной ломтик сырой говядины на сковородку, сунул его себе в рот. – В любое другое время, но не сейчас, – закончил нито кайса.

– Почему? – удивился Лева.

– Потому что война, Лева, – мягко улыбнулся Сакамото.

– Понимаю, – Стотник грустно качнул головой, глянул на Хатиро, тяжело вздохнул, повторил: – Понимаю, – и беспомощно развел руками.