Форс-мажор - Алексей Калугин

– А это кто? – кивнул в их сторону Шутов.

Кира Алексеевна улыбнулась. Впервые с момента их встречи.

Сидевший на руках у Шутова малыш недовольно заворчал и принялся требовательно дергать майора за нагрудный карман.

– В чем дело? – строго посмотрел на него Шутов.

Малыш что-то проверещал в ответ и снова дернул майора за карман. Хорошо дернул, так, что край оторвал.

– Вы его когда последний раз кормили? – спросил Шутов у специалистов.

Рыжеволосый гений – именно он показался Шутову наиболее здравомыслящим из всех – посмотрел на настенные часы.

– Два часа двенадцать минут тому назад. В полном соответствии с установленным для объекта… – Рыжий запнулся, но быстро нашел выход из показавшейся ему поначалу безвыходной ситуации: – В соответствии с установленным для малыша режимом дня. Кира Алексеевна может подтвердить.

– Кормили, – кивнула Кира Алексеевна. – Уж за этим-то я слежу строго.

– Как зовут? – спросил Шутов у глянувшегося ему специалиста.

– Меня? – растерянно переспросил рыжий гений.

– Нет, маму мою, – усмехнулся Шутов.

– Братислав, – наклонив голову, изобразил поклон рыжий. – Братислав Синичкин.

– Значит, так, Братислав. – Шутов потрепал льнущего к нему малыша по жесткой волосяной щеточке на затылке. – Назначаю тебя старшим в группе. Ежели что случится, отвечать будешь ты.

– Почему я? – удивленно вытаращился на майора Братислав.

– Потому что я так решил, – вполне резонно с точки зрения военного человека объяснил Шутов. – Ясно?

Братислав поскреб ногтями затылок. Судя по всему, у него имелась масса возражений. Но гений благоразумно решил оставить их при себе.

– Ясно, Анатолий Николаевич.

– Ну, а раз так, организуй-ка мне, Братислав, быстренько банку сгущенки.

Братиславу трудно было вот так сразу избавиться от старых привычек, поэтому он вновь повторил последние слова майора, добавив вопросительные интонации:

– Банку сгущенки? – Ну, что твой психоаналитик.

– А в чем проблема? – удивился Шутов.

– Я не знаю, – Братислав пожал плечами, – есть ли на станции сгущенка.

– Ну так выясни.

– Хорошо.

Братислав направился было к выходу, но его остановил окрик Шутова:

– Стой!

– Что? – обернулся Братислав.

– Ты куда?

– За сгущенкой.

– Я тебе что сказал?

– Найти сгущенку.

– А до этого?

Братислав сосредоточенно наморщил лоб, но, так ничего и не вспомнив, с надеждой посмотрел на коллег.

– Я назначил тебя старшим, – напомнил Шутов.

– Ну да, – кивнул Братислав.

– А это значит…

Не закончив фразу, Шутов сделал легкое движение рукой с открытой ладонью – вверх-вниз, – призывая гения к более активному участию в мыслительном процессе.

У Братислава от напряжения покраснели кончики ушей. Затем он вдруг улыбнулся, так счастливо, будто наконец понял, что единая теория поля – это полный бред, о котором и вспоминать не стоит. А Шутов, глядя на него, понял, что не ошибся в выборе.

– Юрик, – Братислав указал пальцем на одного из коллег, – дуй за сгущенкой.

– Почему я? – удивился Юрик, пока еще не уловивший ту тонкость происходящего процесса, которую наконец-то прочувствовал Братислав.

– Потому что я так сказал, – таков был ответ Братислава.

Юрик удрученно покачал головой и направился к выходу.

– Зачем вам сгущенка? – поинтересовалась Кира Алексеевна.

– Малыша хочу угостить, – широким взмахом руки Шутов смахнул с большого лабораторного стола ворох каких-то графиков и таблиц, пару пластиковых посудин заодно с ними и посадил на стол малыша. – Он страсть как сгущенку любит.

– Для него подобрано сбалансированное меню…

– Братислав, – не слушая Киру Алексеевну, обратился к старшему гению Шутов. – Почему в помещении такой бардак?

– Разве? – Братислав оценивающе посмотрел по сторонам. – Ну, вообще-то, мы тут работаем…

– Вот именно, – ткнул Братислава пальцем в грудь Шутов. – А на рабочем месте должен быть идеальный порядок. К тому же своей расхлябанностью вы подаете плохой пример ребенку. Понятно?

– Понятно, – особо не задумываясь, ответил Братислав.

– Ну, вот и славно. – Шутов взял со стеллажа какой-то небольшой, приятно поблескивающий приборчик и дал его малышу. Тот, усевшись поудобнее, с сосредоточенным видом принялся изучать незнакомую вещь. – Что же вы ребенку даже игрушек не даете?

– Игрушки есть в детской комнате, – ответила Кира Алексеевна.

– И то хорошо, – кивнул Шутов. – Ну, а теперь, – он обвел взглядом всех присутствующих, включая свою помощницу по воспитательной части, – расскажите, каких успехов вы достигли в изучении малыша?.. Кстати, как его зовут?

Гении растерянно переглянулись, затем с надеждой посмотрели на Киру Алексеевну.

– Понятно, – усмехнулся Шутов. – Выяснить его имя вам не удалось. Но как-то ведь вы его называете?.. Он же для вас не просто объект исследований?

Специалисты пристыженно опустили голову.

– Я называю его Сусликом, – сказала Кира Алексеевна.

– Сусликом? – Шутов посмотрел на малыша, деловито ковыряющего научный прибор.

Собственно, почему бы и нет? Ничуть не хуже, чем Пчелка, Зайчик или Птенчик.

– Он на имя отзывается?

– Когда как…

– Суслик, – позвал малыша Шутов.

Малыш никак не отреагировал.

– Ладно, – Шутов легонько стукнул ладонью по краю стола. – Что еще хорошего вы мне скажете?.. Я к вам обращаюсь, господа ученые!

– Ну, мы провели ряд стандартных текстов, – не поднимая взгляда, забубнил Братислав. – Сделали ряд любопытных наблюдений… Конечно, пока еще рано делать выводы…

– Понятно, – сделал вывод Шутов. – Вы так ничего о нем и не узнали.

– Мы установили, что это существо мужского пола, – вспомнил неожиданно коллега Братислава.

– Да? – Шутов сделал вид, что страшно удивлен. – Любопытно, каким же образом?

– По уровню мужских гормонов в крови, – объяснил ученый.

И улыбнулся.

– Замечательно, – Шутов дважды хлопнул в ладоши. – Это еще Володя Ильин установил…

– Кто?

– Человек, обнаруживший Суслика на корабле. Между прочим, он пришел к тому же выводу, что и вы, не прибегая к методам научного анализа.