Полмира - Джо Аберкромби

– Ты что делаешь?! Вы в постели, что ль? Убей его! – рявкнула Скифр. – В постели еще успеете наваляться!

Они покатились, сцепившись, и она оказалась сверху, оскалившаяся от натуги – пыталась придавить его локтем за шею, а он отжимал ее локоть, пытаясь отвести его в сторону, и оба свирепо рычали.

Их лица настолько сблизились, что два ее глаза слились в один. Он мог рассмотреть каждую бисеринку пота на ее лбу. Ее грудь прижималась к его, и он чувствовал каждый ее жаркий, короткий вздох.

И на мгновение помстилось, что они вовсе не дерутся, а… совсем другим занимаются.

И тут послышался стук открываемой двери, и Колючка дернулась и вскочила на ноги, словно вспугнутая кошка.

– Очередная победа? – съязвил отец Ярви.

Он стоял в дверях, а за его плечом маячил хмурый Ральф.

– Естественно, – пожала плечами Колючка, словно ничего такого и не случилось – просто обычный поединок.

В самом деле, а что в нем было необычного?..

И он тоже вскарабкался на ноги и отряхнулся, делая вид, что все в порядке. Вот только лицо у него полыхало. И уши. И вообще все тело горело, от макушки до пяток. Он изо всех сил делал вид, что согнулся пополам просто потому, что ему локтем в ребра заехали, а не потому, что у него… мгм… внизу все встопорщилось. Бранд изо всех сил делал вид, что ничего такого не произошло, все будет по-прежнему. Но нет. Все изменилось в тот день, когда она вошла во дворик в своей новой красивой одежде, и вроде бы она оставалась той же Колючкой, но нет, она внезапно изменилась, и ее щеку приласкал солнечный луч и отразился в глазах, и он смотрел и молчал, потрясенный. И тогда все рухнуло. Или, наоборот, воздвиглось… И он не мог больше смотреть на нее просто как на члена команды, рядом с которым весло ворочаешь. Нет, она, конечно, оставалась членом команды, но вдруг стала кем-то еще, и от этого вдруг стало и радостно, и страшно до ужаса. Что-то изменилось с того мига, как он ее увидел, и теперь, глядя на нее, он смотрел новыми глазами.

Они спали на полу в одной комнате с ободранными стенами. Ну и что, с другой стороны, в одной и в одной, они месяцами вповалку дрыхли. Только теперь он полночи лежал и молча потел в этой духоте, и думал – вот, она ведь совсем близко. И прислушивался к шуму ночного города. И к ее медленному сонному дыханию. Думал, как это просто – вот так вот протянуть руку и дотронуться до нее…

И тут он понял, что снова искоса поглядывает на ее задницу, и усилием воли отвел взгляд и уставился в пол.

– Боги, – тихо прошептал он.

По правде говоря, он не знал, к какому конкретно богу следует обращаться с такой проблемой.

– Что ж, я невероятно рад, что хоть кому-нибудь сегодня досталась победа, – еще язвительней проговорил Ярви.

– Что, снова не повезло во дворце? – просипел Бранд, все еще не решаясь распрямиться.

Хоть бы на него внимания не обратили…

– Дворец вообще какое-то злополучное место, – хмуро изрек Ральф и важно кивнул.

– Еще один день коту под хвост, – и Ярви плюхнулся на скамью и горестно сгорбился. – Нам очень повезет, если нас снова обольет помоями герцог Микедас или его племянница…

– Да? Ты же вроде как не верил в удачу? – заметила Колючка.

– На данный момент я надеюсь, что удача в меня еще верит. До чего я дошел, подумать только…

Отец Ярви и впрямь смотрелся неважно, Бранд еще не видел его таким. Даже когда на них напали коневоды, отец Ярви знал, что делать. А теперь Бранд вдруг подумал: а что, если это всего лишь маска? И тут же до него дошло: а ведь отец Ярви всего-то на пару лет старше его, и в его руках – судьба Гетланда. И даже рука-то у него всего одна, потому что вторая – сухая.

– Интересно, как там сейчас в Торлбю? – с тоской в голосе пробормотал Колл, тряся ушибленной ногой.

– Скоро урожай будут убирать… – пробормотал Доздувой, задирая рубаху – собственные синяки осмотреть.

– В полях колосится золотой ячмень… – тихо сказала Скифр.

– На рынки съезжаются торговцы, – и Сафрит принялась играть купцовскими гирьками у себя на шее. – В порту тесно от кораблей… Деньги текут рекой.

– Если только урожай не сожгли ванстерцы, – зло заметил Ярви. – А торговцев не задержала в Скегенхаусе праматерь Вексен. И тогда в полях мы увидим лишь горелую стерню, а порты вымрут. А еще она могла натравить на нас нижнеземельцев. И инглингов. Во главе с Йиллингом Ярким. Тысячи врагов она могла отправить на Гетланд.

Бранд сглотнул, подумав о Рин в хлипкой лачуге в предместье.

– Ты… действительно так думаешь?

– Нет. Пока нет. Но скоро это случится. Время уходит, а я ничего не добился. Однако… на все найдется свой способ.

И служитель уставился в пол, теребя большой палец на сухой руке.

– Полвойны – это война слов. Войны выигрывают словами. Правильными словами, которые говоришь нужным людям. Но у меня нет ни тех, ни других.

– Все будет хорошо, – пробормотал Бранд, отчаянно желая помочь.

Знать бы только, как…

– Увы, я не вижу выхода…

И Ярви закрыл бледное лицо руками, и сухая ладонь странно смотрелась рядом со здоровой.

– Нам нужно чудо. Только чертово чудо может нас спасти.

И тут в дверь громко постучали.

Скифр изогнула бровь:

– Мы ждем гостей?

– Мы не слишком обременены друзьями в этом городе, – заметила Колючка.

– Мы вообще не слишком обременены друзьями, – заметил Бранд.

– Может, мать Скейр прислала нам приглашение на праздник? – мрачно предположил Ярви.

– К оружию, – прорычал Ральф.

И бросил Колючке меч. Она поймала его в воздухе.

– Единый Бог, как же я хочу подраться! – обрадовался Доздувой, взвешивая в руке копье. – Только не с ней.

Бранд вытащил из ножен меч, что раньше принадлежал Одде. Сталь казалась до жути легкой после тренировочного меча. От страха, кстати, все проблемы со вздыбленными штанами решились сами собой.

Дверь сотрясалась от ударов, а ведь это была не самая хлипкая дверь.

Колл подкрался к ней и привстал на цыпочки, чтобы заглянуть в глазок.

– Женщина! – свистящим шепотом доложился он. – Судя по виду – богатая!

– Она одна? – спросил Ярви.

– Да, я одна! – глуховато прозвучал из-за двери голос. – И я вам не враг!

– Именно это враг и скажет! – мудро заметила Колючка.

– Друг тоже это скажет! – не менее мудро заметил Бранд.

– Боги знают, как нужен нам друг, – сказал Ральф, мудро накладывая стрелу на тетиву на своего черного лука.

– Открывай, – приказал Ярви.