Убить нельзя научить - Ясмина Сапфир

Бывшие владельцы этого оружейного новодела, прикрывая все, что можно прикрыть ладонями, убегали из зала под улюлюканье оставшихся. Тех, кто ухитрился прибиться к стене или занять безопасную позицию в углу.

Драгар попытался повторить все маневры проректора, но не очень успешно.

Сапоги леплеров никак не хотели налезать на голову Вархара. Ремни он рвал легким движением шейных мускулов, а куски ткани расходились на нитки, стоило проректору напрячь руки.

Спустя некоторое время Вархар с Драгаром снесли звуковые колонки. Двое студентов, «сбитые начальником и помощником с ног в процессе эмоционального общения», как выразился потом Езенграс, запутались в проводах.

В последнем, отчаянном порыве попытались вырваться из сетей проводки, но грохнулись на пол, и поползли куда-то, волоча за собой колонки.

— Эй, вы, хвостатые! — окликнул их Вархар, одновременно дубася Драгара то в живот, то в челюсть и тщательно шнуруя у него на голове чей-то сапог. Как всегда Юлий Цезарь перевернулся бы в гробу. — Не выползайте из зала. Музыка еще может понадобиться!

И тут же врезал лбом в лоб Драгара. Звон самых крепких черепов, что я видела, ознаменовался взрывом проводки. От ласкового оклика Вархара, студенты, что ползли с колонками на ногах, истерично дернулись. Раздался оглушительный треск и провода выскочили из стены, припорошив пол каменным крошевом. Техника безопасности в Академии довела бы до инфаркта любого проверяющего. Провода оказались бесстыдно голыми, как и те, за чей счет вооружались скандры. И, конечно же, немедленно закоротились друг о друга.

Фейерверк вышел знатный. Все заискрило, и от стены горизонтально выстрелили лепестки пламени. Несколько студентов на их пути, упали на пол, спасаясь от огня. И, конечно же, угодили прямиком на колонки. Ползуны припустили сильнее — вокруг их ног вьюнами вились провода. С прежним упорством, не унывая, волокли они за собой всю конструкцию, напоминая ездовых черепах.

Стена упорно продолжала пламенеть.

Студенты упорно продолжали ползти.

Те, кто спасся от вынужденного стриптиза и травм продолжали следить за всем, как за цирковым представлением.

Вархар с Драгаром прочно завладели их вниманием, оттеснив на второй план даже Мастгури, который нижним брейком упорно колотил по ногам спутницы. Она прыгала, увиливала, но не всегда успешно.

Попутно, Мастгури сбил с ног двух беженцев от драки Вархара и Драгара, а Лиция наступила им на волосы.

Беженцы распластались на полу и тут же прямо по ним кубарем прокатились проректор с помощником. Их мертвой хватки хватило лишь до ближайшей стены.

Скандры врезались в нее и клубок тел распался.

Теперь отчетливо стало видно, что одежды на обоих кот наплакал. На Вархаре остались знаменитые плавки и кусок штанины. Он трогательно болтался на лодыжке, как браслет. Драгар умудрился сохранить в потасовке только черные плавки… с золотой ракетой на самом интересном месте. Конечно же, острие ракеты смотрело вверх.

Вархар вскочил на ноги мгновенно, и с акульей улыбкой взирал на Драгара, все еще распластанного на полу. Его расфокусированный взгляд бродил по потолку, на лице застыла удивленная гримаса — брови приподняты, рот приоткрыт. Кажется, парень порядочно приложился к стене.

Я надеялась, что битва титанов завершена. Драгар повержен и Вархар уйдет восвояси. Как же я ошибалась!

Проректор резко отлучился в дальний конец зала и вернулся с сапогом и несколькими ремнями в руках.

Не успела сообразить, что происходит, Вархар напялил на голову Драгара сапог и зашнуровал. Руки проректора прямо-таки летали, пока он с улыбкой людоеда, что поджаривает человека на костре, продевал и подтягивал шнурки.

Хлястик Вархар, похоже, засунул внутрь сапога, потому что шнуровка начиналась на лбу Драгара и спускалась по носу, подбородку. С победоносным видом завязал проректор шнурки на шее парня каким-то на диво замысловатым узлом. И затянул посильнее.

Я думала — на этом все. Но Вархар по-одному накрутил на шею Драгара ремни и застегнул их. Те самые тяжеленные ремни леплеров.

С удовлетворением на лице проректор поднялся, глядя на плоды трудов своих.

Я думала — ну вот теперь-то его душенька довольна! Но снова ошиблась.

С криком:

— Хей-я! — Вархар схватил помощника за шкирку и ненавязчивым движением рук выбросил в окно. Все-таки он провел обещанный эксперимент.

Драгар пролетел через весь зал, традиционно взмахнул руками как крыльями, будто бы хотел улететь подальше от собственного позора. На подступах к стеклу, сердобольный Суггурд открыл ему окно и даже проводил широкой улыбкой голодного аллигатора. Правда, слегка приласкал краем рамы по голове. Но кто считает?

Драгара встреча с оконной рамой не смутила нисколько. Еще бы! Голову его надежнейшим образом защищал сапог, с кованой, между прочим, подошвой. Глаза помощника бешено вращались в дырках шнуровки.

Под хлопки и улюлюканье всех вокруг, даже преподов, Драгар со свистом вылетел на свободу, и быстро-быстро замотал руками. Занятный народец, эти скандры! Все, как один, считают себя птицами.

Но чуда не случилось. Драгар с треэтажным криком рухнул вниз. Рухнул как булыжник и ударился о каменные плиты во дворе корпуса с таким же звуком.

Вархар не дал мне выдохнуть, не дал посмотреть — жив ли вообще помощник. Подскочил, схватил на руки и потряс над головой, как охотник добычей.

И, что самое страшное, студенты хором скандировали его имя. А заодно и мое. Из толпы зевак послышались на диво дружные возгласы. Такое чувство, словно они репетировали заранее. И даже не один раз.

«Вархар раздобыл Ольгу, отбив Драгару все, что нужно», «Вархар отбил Драгару все, что нужно, вместе с охотой добиваться его женщины!» «Вархар отбил Драгару желание прикасаться к Ольге и все остальные части тела!» Новоизобретенные фразеологизмы окончательно добили и меня тоже.

Не помню, как спрыгнула с рук проректора. Но помню, что даже не навернулась на шпильках, даже не пошатнулась. Наконец-то настал час моих любимых лодочек! Со всего размаху я наступила каблуком на проректорскую ножищу.

— Ой-оооо! Какая ж ты страстнаяяяя! Ойо! Ойо! — вскрикнул непробиваемый, неунывающий Вархар.

Не глядя под ноги, я бросилась наутек, заскочила в лифт и нажала кнопку своего этажа. Вылетев из лифта, как ужаленная, не оглядываясь, бросилась к своей комнате. И заперлась.

Подумав хорошенько, решила, что для воинственных скандров этого мало. К гадалке не ходи, сочтут — заигрываю, заманиваю.

Я подтащила к двери кресло. Нет, и этого показалось мало. Я подтащила к двери второе кресло. Затем еще стул и еще. Когда баррикада уперлась в потолок, на душе слегка полегчало.

Руки тряслись то ли на нервной почве, то ли от усталости после перестановки мебели. Даже стулья тут весили больше меня.