Непоседа - Сергей Лукьяненко

— Или все вместе, — предложила Тиана.

— Или все вместе… — Трикс просиял. — Я понял! Я знаю, где мы спрячемся и получим мудрый совет!

Схватив девочку за руку, он побежал прочь от дворца. Иногда навстречу попадались стражники, но они, к счастью, не знали, что бегущие дети — опасные государственные преступники, которых просто необходимо схватить во имя добрейшего из султанов, неожиданно взявшего власть в свои руки.

— Я подружился с драконами, — объяснил Трикс. — Вот у них и можно будет спросить совета, они живут долго и потому очень мудрые.

— Наша старшая фрейлина прожила почти сто лет, но всю жизнь была дура дурой! — фыркнула Тиана.

— Может, будь у нее еще лет двести, она бы поумнела?

Самый короткий путь к драконам лежал через главный столичный рынок. Уже на подходах к нему в воздухе начали витать ароматы восточных благовоний, южных пряностей, самаршанской еды и совершенно интернациональной тухлятины. Скрипели арбы и телеги, на которых к рынку свозили товары, гортанно зазывали покупателей торговцы, шумно торговались покупатели, возбужденно блеяли овцы и клекотала в клетках птица.

Трикс с Тианой побежали через фруктовые ряды, где было меньше покупателей. То ли жители Дахриана не любили фрукты, то ли предпочитали выращивать их сами, а не покупать на рынке — во всяком случае, здесь можно было не толкаться.

Зато скучающие торговцы засыпали их предложениями и комплиментами:

— Яблоки, яблоки, самые сладкие яблоки, половина сахар, половина мед, попробуй яблочко!

— Куда спешишь, красавица, на, возьми персик, розовый, как твои щечки!

— Ай, дорогой, инжир скушай, сочный инжир, сам растил, сам продаю!

— О, красавица, радость усталых глаз, позволь познакомить тебя с моим сыном…

— Изюм, изюм, изюм, изюм, изюм…

— Орехи, орехи, орехи!

— Арбузы из пустыни, на песке выращены, слаще в целом мире нет!

Трикс почувствовал, как от обилия впечатлений и выкриков у него начала кружиться голова. Каждый торговец считал обязательным что-нибудь предложить и сделать Тиане комплимент. А еще было очень обидно, что Тиана эти комплименты принимала с явным удовольствием и все порывалась приостановиться и что-нибудь попробовать (а может быть — послушать).

— Какие надоеды! — буркнул Трикс на бегу.

— Это простые трудящиеся востока, бесхитростные и открытые, — возразила Тиана. — Что думают, то и говорят!

— Да врут они все!

— Что врут?

— Арбузы у них не сладкие! Инжир засохший! Яблоки червивые! — кривя душой, заявил Трикс.

— Может, ты еще скажешь, что я… я не симпатичная? — обиделась Тиана.

— Да при чем тут это? — возмутился Трикс.

— Как при чем? — неожиданно обиделась Тиана. — Из-за тебя я вынуждена убегать от стражников, а ты говоришь — ни при чем!

Трикс только вздохнул. Ну что такое с княгиней? Летом они так чудесно ладили, а теперь придирается к каждому слову…

— Ты самая красивая на этом базаре, — сказал Трикс. — И вообще в Самаршане. И даже в целом мире! Но нам надо спасаться! Неужели тебе раньше не говорили, что ты самая чудесная девочка на свете?

Тиана немного смягчилась. Но уже на выходе с рынка все-таки не удержалась и остановилась у прилавка, заваленного свежей клубникой.

— Позволь угостить тебя, милое создание! — оживился продавец. — Только для тебя — самая лучшая клубника на этом базаре, да что там на базаре!.. В Самаршане! В целом мире!

Трикс вздохнул и остановился перевести дух, пока Тиана пробовала клубнику и улыбалась усатому продавцу. Над рынком стоял ровный гомон, сливающийся в успокоительный шум. В конце концов, они уже почти возле городской стены…

— Слушайте, слушайте! И не говорите, что не слышали! — неожиданно тонкий и противный голос разнесся над базаром. С разных концов ему вторили другие голоса, так что каждая фраза повторялась три-четыре раза.

— Наш любимый султан Абнувас…

— …султан Абнувас…

— Абнувас…

— Сильно озабочен!

— …озабочен!

Торговцы притихли и навострили уши. Тиана с удовольствием лакомилась клубникой.

— Ай, даже самая спелая клубника не такая алая, как твои губы, красавица… — привычно сказал торговец, даже не глядя на Тиану.

— Из дворца любимого султана…

— …любимого султана…

— Коварно сбежали!

— …сбежали!

Трикс взял Тиану за руку и потащил от прилавка.

— Юноша и девушка…

— …девушка…

Торговец посмотрел на Тиану, потом на Трикса.

— Родом из королевства…

— …королевства…

— Куда же вы? — окликнул их торговец, выбираясь из-за прилавка. — Нехорошо уходить, не дослушав слова султана!

— Юноша — опасный преступник, могучий волшебник!

— …могучий волшебник! — надрывались глашатаи.

Усатый торговец изменился в лице и ретировался за прилавок, откуда сообщил:

— Впрочем, что это я, где же мое прославленное восточное гостеприимство? Вы же, наверное, торопитесь! Добрый путь! Клубнички, клубнички прихватите!

Если кто-то еще из торговцев и сообразил, что пробежавшие мимо подростки вполне могут быть разыскиваемыми преступниками, то озвучивать свои соображения они не стали. Все-таки молодому султану Абнувасу не хватало пока опыта. Вот визирь наверняка начал бы с описания награды за поимку преступников, а уже потом упомянул, что беглец — волшебник, а беглянка очень больно пинается.

Минут через десять Трикс и Тиана выбежали к городской стене. Сильный запах подсказывал, что где-то совсем рядом — драконы. Большая часть ворот в стене была заперта или наглухо закрыта, хоть и не охранялась. Трикс, пустившись во все тяжкие, не стал мудрить — протянул руку к заколоченной бог весть когда двери и приказал:

— Ржавчина изъела гвозди, превратила их в труху, и старые доски обрушились на землю. Не устояли и дверные петли — рассыпались в прах. Двери, преграждавшие путь к свободе, тяжело и неохотно рухнули…

Двери тяжело и неохотно рухнули. Трикс с гордостью посмотрел на Тиану.

— Ты и впрямь великий волшебник, — сказала девочка. — Я никогда еще не видела, чтобы бронзовые гвозди ржавели!

— Ну… в случае крайней необходимости… — уклончиво ответил Трикс. — Идем…

То ли им улыбнулась удача, то ли стражники, взволнованные резкими перестановками во власти и грозным описанием беглецов, не спешили их искать, но погони не было. Трикс и Тиана, оказавшиеся на самом конце поля, отданного под драконью стоянку, стали пробираться к холму, на котором обосновалось семейство Зуа Хамида.