Непоседа - Сергей Лукьяненко

Джинн задумался. Потом сказал:

— Тут есть некоторое противоречие, господин и повелитель. Силы мои велики, однако же не беспредельны. В пути нам могут встретиться опасности, которые я не сумею предотвратить. Пожалуйста, уточни, что является более важным — скорость доставки в Дахриан или ваша безопасность в пути?

— Безопасность, — твердо сказал Трикс.

Китап ухмыльнулся:

— Тогда пошли!

— Как, опять? — завопил Трикс.

— Ну конечно! Идти пешком — наиболее безопасно. Мы вовремя увидим все опасности и сумеем их избежать. Ни ковер-самолет, ни туфли-скороходы, ни заколдованные кареты не являются абсолютно безопасными.

— А телепортация? — возмутился Трикс.

— Тем более! Знаешь, сколько бывало случаев, когда волшебник телепортировался в опасное место?

— Мы не можем пешком, — сказал Трикс. — Мы умрем от голода, жажды и жары. А ты должен нас защитить от опасностей!

Китап вздохнул:

— Что ж. Я буду нести над вами зонт. А еще — кормить хлебом и поить водой.

— Слишком долго! — покачал головой Трикс.

— Отказываетесь? — ухмыльнулся Китап. — Желание аннулировано! У вас осталось третье, последнее желание.

— Как тебе не стыдно! — возмутилась Тиана. — На вид такой симпатичный парень, а злой!

— Я не парень, я джинн. — Китап развел руками. — Ты пойми, милая девушка! Мы, джинны, настолько могущественны, что наша сила опасна для людей. Именно поэтому наша природа такова, что мы всеми силами пытаемся увильнуть от выполнения желаний… или выполняем их как-нибудь неправильно. А иначе люди, которым в руки попадала лампа с джинном, давно бы уже правили всем миром!

— Но мы вовсе не хотим править всем миром! — воскликнула Тиана. — Мы просто хотим выбраться из пустыни!

— Понимаю, — вздохнул Китап. — Но тут компромиссов быть не может. Вначале «просто выбраться», потом «просто три мешка золота», потом «могучую армию механических солдат»… И пошло-поехало!

— Не надо его упрашивать, — буркнул Трикс. — Никакой он не могучий джинн. Я думаю, он просто слабак, который не может нас доставить в Дахриан!

Китап расхохотался:

— Ну да, ну да! Мы в первом классе этот фокус проходили. Меня на слабо не возьмешь!

— Вас что, учат как людей обманывать? — поразился Трикс.

— Не обманывать, а не дать обмануть себя! — пояснил Китап.

— Хорошо, — сказал Трикс. — Я желаю, Китап, чтобы ты доставил меня и Тиану в столицу Самаршана, причем доставил уже сегодня, до полудня, при этом не причинив никакого вреда явного и неявного, скрытого и открытого, а, напротив, тщательно оберегая от всех возможных опасностей, которые могут произойти в пути и по прибытии в Дахриан!

Китап посмотрел на розовеющий восток. Поразмыслил. Потом улыбнулся.

— Сделано, господин и повелитель! Вы в столице Самаршана!

— Столица Самаршана — город Дахриан!

— А раньше столица была здесь! — продолжал юлить Китап. — Сделано, сделано!

— Нет не сделано! — отрезал Трикс. — Столица — это главный город страны, где живет правитель! Здесь, во-первых, не город, а руины. А во-вторых, тут нет правителя. Значит, это не столица.

Китап понурился. Раздраженно сказал:

— Я сразу понял, что с тобой будет трудно. Не люблю работать с волшебниками…

— Доставишь? — спросил Трикс. — Или ты окажешься первым джинном, который опозорился и не смог выполнить желание?

— Так уж и первым, — фыркнул Китап. — Случается…

Он сунул руку в лампу — и каким-то удивительным образом вытащил оттуда пару мягких войлочных туфель. Печально сказал:

— Туфли-скороходы… Замечательная вещь, когда на умелых ногах! Помню, лет сто назад их попросил у меня один маленький мальчик. То ли он хотел скороходом устроиться к султану, то ли что-то из дворца султана своровать…

— Как сто лет назад? — поразился Трикс. — Ты же сказал, что сидишь в этой лампе три тысячи лет!

— Между прочим, три тысячи шестьсот девяносто, — поправил Китап. — Ну да. И что?

— Как же ты мог сто лет назад…

— А кто тебе сказал, что я сижу только в одной лампе? — ухмыльнулся джинн. — Нет, ты что, всерьез полагаешь, что я превращаюсь в маленькую козявку и забираюсь внутрь лампы, чтобы там грустно дремать невесть сколько лет в ожидании нового повелителя? Качественный квалифицированный джинн обслуживает от полудюжины до сотни ламп! Некоторые ведь фактически выведены из оборота — лежат на дне моря, погребены в песке, замурованы в древних усыпальницах вместе с их хозяевами… Лампа — это вроде двери, маленький волшебник. Дверей в доме может быть много.

— И много ты ламп обслуживаешь?

— Восемнадцать, — неохотно сказал Китап. Посмотрел на туфли. Вздохнул: — Хорошая работа. Нынче так уже не шьют… Слушай, а может, я вас все-таки телепортирую во дворец султана?

— А как же опасности? — усмехнулся Трикс.

— Да ладно… — махнул рукой джинн. — Я очень постараюсь их избежать. Все по-честному, сейчас окажетесь в садах дахрианского султана, живые и здоровые. Зуб даю!

— Туфли жалко? — понял Трикс.

Джинн замялся.

— Тогда телепортируй, только бережно и безопасно! — велел Трикс и крепко взял Тиану за руку.

Китап поднял руку и щелкнул пальцами.

— А тебе не надо выдирать волосы… — сказал Трикс и вдруг сообразил, что стоит не на песке, а на траве, вокруг него не древние руины, а цветущие деревья и в ушах слышен не шум ветра, а журчание воды.

Тиана стояла рядом с ним, а Китап, улыбаясь, парил невысоко в воздухе.

— Ура! — завопил Трикс. — Получилось!

— Желание выполнено, мой господин и повелитель, — сказал Китап и зевнул.

— И еще три моих желания, джинн, не забывай! — напомнила Тиана.

— Конечно-конечно, — кивнул джинн. — Бери в руки лампу и приказывай.

Тиана огляделась.

— А где лампа?

— Ой! Какая жалость! — Китап всплеснул руками. — Ну надо же, лампа осталась в пустыне! Ничего, прелестная госпожа, вы можете в любой момент забрать ее и приказывать. Конечно, если к вечеру лампу не занесет песком.

— Все-таки это нечестно, — вздохнула Тиана.

— Деточка, — сказал джинн. — Не переживай. Мы, джинны, всегда ведем дело так, чтобы лишь одно, последнее желание исполнилось. Если бы я был злым джинном, то я бы отвертелся и от третьего желания Трикса, и от твоих первых двух. Но я добрый и лишний раз над людьми не издеваюсь. Так что… рад был повидаться, всегда готов к услугам…

Джинн начал медленно бледнеть, растворяясь в воздухе. Обиженный Трикс подумал, что такое исчезновение давно уже считается у волшебников дурным тоном и признаком дремучего провинциала.