Королева ничего - Холли Блэк

Он растерян, подавлен, но ему не скрыть ни своих пылающих щек, ни блеска глаз.

– Да, – выдыхает он охрипшим от желания голосом.

– Так что мне сделать? – низким, севшим голосом спрашиваю я.

Протягиваю руку и прижимаю ее к его – бедру.

В глазах Кардана вспыхивает пламя. Однако лицо его насторожено, и я догадываюсь, что он опасается, будто все это я делаю и говорю только потому, что злюсь на него. Потому что хочу видеть его униженным. Но тем не менее он находит в себе силы заговорить.

– Мне представлялось, будто ты разрешаешь мне делать с тобой все, что мне нравится.

– В самом деле? – удивленно смеюсь я, и это заставляет Кардана встретиться со мной взглядом.

– И чтобы ты меня умоляла, стелилась передо мной. Одним словом, мои фантазии были замешаны на чрезмерном самомнении с моей стороны и легком пресмыкательстве с твоей, – смущенно улыбается он.

Я ложусь спиной на холодный пол, вскидываю, как молящая, руки над головой:

– Делай со мной все, что захочешь! Прошу тебя! Я хочу только тебя!

Кардан глубоко втягивает ноздрями воздух, опускается на колени, а затем опирается на руки, склонившись надо мной. Он прижимается губами к тому месту на моем запястье, где бьется пульс, отсчитывая бешеные удары моего сердца.

– Издевайся надо мной, сколько хочешь. Неважно, что я там фантазировал, теперь моя очередь просить и умолять тебя, и пресмыкаться перед тобой ради одного ласкового слова, слетевшего с твоих губ. – Его темные глаза стали бездонными от желания. – Из-за тебя я погиб, погиб навеки.

Мне кажутся невероятными и сами эти слова, и то, что они – правда. Но затем он наклоняется и вновь целует меня, и моя мысль гаснет, растворяется в тумане. Кардан наклоняется ближе, его тело бьет крупная дрожь. Я начинаю расстегивать пуговицы на его дублете. Затем он срывает через голову рубашку.

– Я не издеваюсь над тобой, – шепчу я.

Кардан смотрит на меня сверху вниз, и на его лице отражается тревога.

– Мы так долго жили каждый в своих доспехах, ты и я. И теперь я не уверен, знает ли кто из нас, как их снять.

– Это новая загадка? – спрашиваю я. – А если я разгадаю ее, ты будешь снова целовать меня?

– Если это то, чего ты хочешь, – дрожащим голосом хрипит он, а затем опускается так, чтобы лечь рядом со мной.

– Я сказала тебе, чего я хочу, – с вызовом говорю я. – Что ты можешь делать со мной все, что…

– Нет, – прерывает он меня. – Только то, что ты хочешь.

Я сажусь так, чтобы оседлать его. Глядя на Кардана сверху вниз, изучаю каждый изгиб его груди, упавшие ему на лоб густые влажные локоны, смотрю на его слегка приоткрытые губы, меховую кисточку его хвоста.

– Я хочу… – начинаю я, но замолкаю, стыдясь произнести эти слова вслух.

Вместо этого я целую его. Целую до тех пор, пока он не понимает, что я хотела сказать.

Он стягивает с себя штаны, все время глядя на меня так, словно проверяет, не изменила ли я своего намерения. Я чувствую, как мягкая кисточка его хвоста касается моей лодыжки, обвивается вокруг моей щиколотки. Затем нерешительно принимаю позу, которая кажется мне правильной. Ахаю, когда наши тела скользят, сливаясь друг с другом. Кардан крепко держит меня, осторожно ведя сквозь острую, яркую вспышку боли. Я прикусываю его ладонь. Все происходит быстро и жарко, я целиком нахожусь под контролем Кардана, и в то же время вообще вне всякого контроля.

Его лицо сейчас кажется таким незащищенным…

Когда мы заканчиваем, он целует меня – нежно и страстно.

– Я скучала по тебе, – шепчу я ему на ухо, от этого, такого интимного, признания у меня кружится голова, и я чувствую себя еще более обнаженной, чем тогда, когда он мог видеть каждый сантиметр моего тела. – В мире смертных, когда ты казался мне врагом, я все равно скучала по тебе.

– Сладкая моя мстительница, как же я рад, что ты вернулась. – Он притягивает меня к себе, прижимает мою голову к своей груди. Мы все еще лежим на полу, хотя рядом с нами находится роскошная кровать.

Я думаю над его загадкой. Как такие люди, как мы, снимают свои доспехи?

Постепенно. По одному предмету за раз.