Шеф-нож демонолога - Анастасия Левковская

На следующий день во время заседания суда герцог Шайлен сухо сообщил, что так как бывшие демонологи нашли путь, как очистить артефакт, во мне больше нет необходимости. А тяжесть моего преступления не позволяет иных вариантов, кроме смертной казни.

Приговор свой я выслушала с некоторой отстраненностью. Надеялась ли я на другой исход? Конечно, надеялась. Но слова Наставника не оставляли иллюзий: ничего мне не светило. Потому я не стала биться в истерике, рыдать и просить меня помиловать. В этом нет смысла. Уверена, для того, чтобы я не отвертелась, было сделано все возможное.

Ночью со мной случилась настоящая истерика. Я выла в голос и проклинала все и всех. Даже был порыв воспользоваться оставленным ядом, но в последний момент я опомнилась и вылила содержимое пузырька на пол.

К рассвету меня настигло полное отрешение. Как-то стало плевать на казнь, на ненависть людей, на возможное предательство друзей. За последние дни я слишком устала переживать. Можно сказать, смирилась.

Сознание было словно в вате, глаза не фокусировались ни на чем, окружающее сливалось в мутную картинку с мельтешащими пятнами. То, что происходило вокруг, казалось нереальным и до конца не воспринималось.

Меня привели в купальню: за почти две недели заключения без нормальных гигиенических условий я стала выглядеть словно бомж. Но добиться от меня того, чтобы я помылась, не смогли. Я тупо стояла и пялилась перед собой. И даже не вздрогнула, когда тюремщица, плюнув, просто вылила на меня несколько ведер воды. Какая разница? Через несколько часов не будет никакой разницы, насколько я чистая. Потом меня облачили в длинное темное платье и только после этого повели на казнь.

Хорошо, что я настолько ушла в себя. Я не слышала, что мне кричали из толпы. Я не ощущала боли, когда мне в плечо чем-то попали. Я устала. И хотела, чтобы это поскорее закончилось. Хотела покоя…

Палач несколько минут пытался добиться от меня последнего слова — я просто не понимала, что он от меня хочет. Наконец, он махнул рукой на это и приказал готовиться.

А потом… я услышала знакомый звонкий голос и немедленно пришла в себя. Словно очнулась от долгого и тяжелого сна. И потрясенно увидела, что над толпой парит ковер. А на нем стоят Лиля и Рокси. Лицо Роксаны было напряжено — кажется, она управляла полетом, а плетельщица… Говорила.

— Шейлара оплетена моими нитями. Если вы притронетесь к Мире — я подорву весь город. Если вы полезете ко мне — я подорву весь город.

Толпа заволновалась и зашумела. А у меня в груди разлилось тепло. Я знала, что они меня не бросят!

— Вы спасаете убийцу?! — раздраженно рыкнул прокурор, стоящий на помосте.

— Убийцу? — насмешливо сощурилась Лиля. — Кем это доказано?

— Графом Мешреном и маркизами Олбрайтом и Фолхаром! Они видели ее следы там!

— Вот как? — протянула она. — Тогда расскажите мне, как маркиз Фолхар мог увидеть ее следы, если его почти две недели нет в столице, потому что в день, когда это случилось, он срочно отбыл к Синим горам?

Толпа затихла. А я… ощутила надежду! Неужели есть шанс выкрутиться?!

— Но его подпись… — растерялся герцог Шайлен.

— Герцог, что же вы не проверяете информацию? — насмешливо проговорила Рокси. — Не стоило быть таким предвзятым по отношению к девушке, которая вас отшила!

— Я видел результаты осмотра места преступления! — начал защищаться тот. — Подписи настоящие!

— При том, что маркиза Фолхара не было в городе? Вы себя слышите, господин судья? — презрительно процедила Лиля. — Вы не проверили показания! Вы приняли на веру то, что должно было фиксироваться в присутствии свидетелей! Ваш непрофессионализм возмутителен!

Герцог устало прикрыл глаза и глухо произнес:

— Чего вы хотите?

— Нормального расследования, — спокойно сказала Рокси. — Наши друзья отправились за маркизом Фолхаром. Скоро должны быть тут. Мы требуем, чтобы в этот раз все прошло по правилам, а не как-нибудь.

— На это должен дать разрешение наследник, — задумчиво отозвался он. — Но, насколько я знаю, он вчера вечером вылетел в провинцию и вернется только через несколько дней. И…

— Стойте, герцог! — воскликнул кто-то из знати, находящейся, так сказать, в вип-зоне. — Принц вообще-то уехал еще в четверг, и, учитывая его задачи, ждать его стоит не раньше чем послезавтра.

— Быть того не может, — нахмурился судья. — Он вчера лично подписывал приговор. Я видел его собственными глазами!

— Простите, но маркиз прав, — вмешался еще один мужчина. — Мы в четверг возвращались с охоты и встретили наследника со спутниками в доброй сотне километров от столицы. Я бы не сказал, что они намеревались вернуться так рано.

Тишина повисла такая… Мертвая — именно то слово.

— У меня ощущение, что все сговорились сделать из меня идиота, — процедил вдруг герцог и ожег нас всех тяжелым взглядом. — Подпись — фальшивая. Наследник — не настоящий. Кто же подписал приговор?! Принца, кстати, не только я видел!