Наемник - Алекс Орлов

Старик тяжело плюхнулся в кресло, а Джатс остался стоять справа от отца. Он заложил руки за спину и уставился на Фармера немигающим взглядом.

— Садитесь и вы, инспектор, — разрешил дон Эрнандо.

Фармер сел. На лице инспектора чередовались то горькая усмешка, то каменная надменность, то снисходительная улыбка. Он никак не мог избрать линию поведения, которой следует придерживаться.

— Я слышал, что ваш пилот куда-то исчез, инспектор? — спросил хозяин.

— К чему этот маскарад, мистер Эрнандо. Мы оба знаем, что его похитили ваши люди. Еще они прострелили в самолете радио, чтобы я не смог связаться с местным бюро.

— Ну едва ли мои люди такие невоспитанные, инспектор. Наверное, ваш пилот напился и утонул в болоте. Такое случается часто, поверьте старому человеку.

Дон Эрнандо помолчал и добавил:

— Не удивлюсь, если его вскоре выловят где-то неподалеку.

— Меня будут искать, учтите. Это беззаконие вам дорого обойдется, — попытался перейти в атаку Фармер, однако дон Эрнандо только улыбнулся инспектору, как маленькому мальчику, и сказал:

— Может, и будут искать, да только не здесь. Я представлю три десятка свидетелей, которые скажут, что вы благополучно взлетели. А что было с вами потом, неизвестно, — дон Эрнандо развел руками и вздохнул. — До Грандвиллидж путь неблизкий и болота от горизонта до горизонта. Тут невозможно найти даже самый большой самолет, а уж ваш «доусон» и подавно.

Гипнотизируемый неподвижным взглядом Джатса, Филипп Фармер наконец понял, что пора договариваться.

— Что вы от меня хотите? — спросил он, ненавидя себя за трусость.

— Я хочу, мистер Фармер, чтобы мы остались с вами друзьями.

— Как вы это себе представляете?

— Как представляю? Очень просто. Какой штраф я должен заплатить?

— Три миллиона пятьсот двадцать четыре тысячи двести тридцать семь кредитов, — сообщил инспектор.

— Это очень много, мистер Фармер. У меня нет таких денег — я же пенсионер. Войдите в мое положение: большая семья, большие расходы. Вон внучка из города приехала, опять же подарочек ей нужно, она привыкла к комфорту.

— Я не в состояний вам помочь, мистер Эрнандо.

Вся информация уже в бюро.

— Так исправь ее, кретин! — вышел из себя дон. Он встал из-за стола и, обойдя его вокруг, остановился возле Джатса. — Вот он — мой сын — найдет и убьет всю твою семью. Всех до единого. У тебя ведь есть семья, придурок?! Я хоть и старый, а колечко на твоей руке разглядел. Ты, наверное, хороший отец и детки тебя любят — так не будь же дураком, и я заплачу тебе двадцать тысяч,

— Но, сэр! — воскликнул сломленный Фармер.

— Что, мало двадцати тысяч?! — брызгая слюной, закричал дон Эрнандо. — Так я дам пятьдесят! Хватит тебе пятидесяти кусков?!

Не в силах говорить, Фармер молча кивнул.

— Ну вот и договорились. Скинешь штраф до полумиллиона. — Тут дон Эрнандо замолчал, поскольку и эта сумма казалась ему неслыханной, — Твоего пилота мы вернем, радио починим, и завтра можете лететь домой. Однако учти — мы будем за тобой следить. Ты нас не увидишь, а мы будем поблизости, и как только ты…

— Я понял, сэр.

— Ты думаешь, он понял, Джатс? — спросил дон Эрнандо.

— Думаю, да.

— Ну ладно, иди, Фармер, охранники отведут тебя в твою комнату.

Инспектор тяжело поднялся и поплелся вон из кабинета. Когда дверь за ним закрылась, дон Эрнандо покачал головой и сказал:

— Думаю, он нас продаст.

— Я тоже так думаю, папа, — рискнул сказать Джатс.

— Что такое, Джи? Я разве тебя спросил о чем-то? Я что, сказал тебе, чтобы ты думал?

— Простите, отец.

— Отправляйся в Грандвиллидж прямо сейчас. У этого Фармера наверняка есть какой-нибудь загородный домишко. Именно туда он переправит семью, когда решит нас предать. Заминируй дом заранее, чтобы потом не нужно было разбираться с охраной. Понял?

— Понял, папа.

— Все, иди.