Треба - Сергей Малицкий

Небо продолжало сиять над ущельем узкой желтой полосой, но почти сомкнувшиеся стены наполняли тропу сумраком. Выход из ущелья обозначился в четверти лиги.

— Тихо, — повторил Кай.

— Клекот, — потянул с плеча лук Тару. — Мне клекот послышался. Неужели мы эту птичку не добили?

— Это его летучие псы, — процедил сквозь зубы Кай, и в это самое мгновение огромная тень на мгновение накрыла ущелье.

— Что это? — вскричал охотник. — Никак пустотная мерзость?

— Из пустотной мерзости, старый, здесь только я, Тиджа и Вериджа, — отчеканила Илалиджа. — Эх, мне бы мои настоящие стрелы!

— Обойдемся тем, что есть, — отрезал Кай. — Вперед.

Пока отряд добрался до выхода из ущелья, тень еще четырежды промелькнула над головой. Перед равниной скалы сходились до десяти шагов, и сразу за ними расстилалась каменистая, покрытая бедной травой поверхность, собирающаяся погрузиться в сумрак. В половине лиги чернела раскидистая, почему-то безлистная роща, дорога вела к ней, а потом терялась в невысоких холмах, верно уходя в долину текущей в отдалении реки.

— Придется бежать, — сказал Кай. — В том лесу наше спасение, летучие псы не смогут приблизиться, кроны помешают им, а мы сможем стрелять. Здесь же это невозможно. Из ущелья не высунешься, а летучие твари способны ждать добычи много дней. Но бежать мало, надо еще и удерживать их в отдалении. Луки на изготовку. Лучники и я прикрываем бегущих.

— Эх, — вздохнул Тару. — Староват я уже бегать, но надо — значит надо.

— Многовато приключений для одного дня, — заметил Эша, затягивая шнуровку на сапогах. — Мне уже кажется, что Мекиш погиб не сегодня с утра, а неделю назад.

— Первым Шувай, следом остальные, лучники в хвосте, — приказал Кай. — Я последним.

Арма приготовила самострел, но даже сам взгляд на шутейное оружие заставил ее скривить губы — если тень, накрывающая ущелье, и впрямь принадлежала живому существу, короткие стрелки значили бы для него не больше чем иглы гиенской колючки.

— Ну, — смахнул пот со лба зеленоглазый, — уже вечереет, вырвемся из этой ловушки — устроим привал. Главное — добраться до рощи. А теперь что было сил. Пошли!

Арма выбежала из теснины перед Каем, глянув направо и налево, холодея от ужаса, осознала, что видит и в самом деле прилипшие к скалам огромные, ужасные создания, напоминающие ящериц с орлиными клювами, только каждая из них была размером с тяжелую повозку, запряженную парой лошадей, да еще имела перепонки между передними лапами и омерзительным коричневым туловищем. Создания словно ждали последнюю жертву и сразу после появления Кая начали одно за другим с громким клекотом отрываться от скал и набирать высоту.

— Быстрее! — выкрикнул Кай и взметнул ружье. — Сейчас будут падать!

Грохот выстрела ударился о скальную стену, разлетелся в стороны, погас в дальних холмах, но сам выстрел не помог путникам, разве только заставил кувыркнуться в воздухе одно из чудовищ и разразиться вместо клекота хриплым воем.

«Пять, — подумала Арма на бегу. — Их пять. Сейчас они пойдут вниз, и даже если не унесут пятерых за собой, то, пока мы доберемся до леса, успеют уйти еще на один заход».

Звери падали вниз со свистом. Кай стрелял беспрерывно, и свист одного из чудовищ все-таки обратился визгом, когда крылья хлопали уже над головой Армы. Она взметнула самострел, прицелилась в желтое, покрытое неровными бляхами брони брюхо и, прежде чем подстреленная зеленоглазым тварь все-таки рухнула рядом с дорогой, успела разглядеть, что ее стрелка отскочила от роговых пластин как щепка. Огромное крыло ударило рядом, едва не сбив Арму с ног, а впереди вздымали пыль еще два крылатых силуэта, и две твари разворачивались уже над рощей, чтобы пойти на второй заход. Прямо перед Армой одно из чудовищ стало бить крыльями, чтобы подняться в воздух. Арма еще разглядела дергающего ногами Шувая в огромных когтях, когда зеленоглазый обогнал ее, на ходу перезаряжая ружье, и один за другим загнал пять зарядов в коричневую тушу похитителя. Шувай грохнулся с высоты десяти локтей, а тварь влила истошный визг в хрип первого летуна. Арму захлестнуло ужасом, но впереди происходило еще более страшное. На дороге лежала, пытаясь отползти в сторону, Теша. К ней двигалось, ковыляя на сложенных крыльях, чудовище. Кровь стекала с его морды, из одного глаза торчала стрела Илалиджи, дротик Усанувы застрял в глотке, но Илалиджа и Усанува пятились прочь, и почему — Арма поняла тут же. Очередная стрела Илалиджи вонзилась твари в ноздрю, и в следующее мгновение язык пламени вырвался из черного клюва, пронесся над Тешей, опалив ей волосы, и едва не превратил в факел метнувшуюся назад Илалиджу, заставил упасть ничком Усануву.

— Не подходи к ней! — выкрикнул Кай Арме, продолжая стрелять вверх, отгоняя двух оставшихся созданий.

И тут под брюхом у твари мелькнул силуэт Лилая. Он двигался на четвереньках, сжимая в руке обнаженный меч. Двигался, всматриваясь в извивающееся над головой брюхо, и почти уже добравшись до клюва, сел и погрузил в горло чудовища меч.

— Лилай! — закричала Теша, перекрикивая и визг умирающих тварей, свист и недовольный клекот парящих, и крик Шувая, который, прихрамывая, уже несся с поднятой кувалдой вперед, и даже выстрелы Кая, который не мог опустить ружье, удерживая опасность над головой, когда из нанесенной сыном клана Хара раны упал ослепительный огнепад, и воин в мгновение превратился в раскаленный уголь.

— Вот куда надо, — услышала в странной, накатившей на нее тишине Арма голос Кая, и вслед за этим два выстрела оборвали и клекот и свист. Обливаясь пламенем, чудовища упали в стороне от дороги.

Когда усилиями Шувая и остальных удалось сдвинуть исходящую дымом тушу, от Лилая уже остался только пепел. Спутники встали кругом, только Теша сидела безжизненной куклой в стороне. Старик Тару наклонился, пошевелил ножнами остывающие угли и вытолкнул дымящиеся клинок и рукоять. Каким-то непостижимым образом Лилай успел переломить меч.

— Возьмешь? — посмотрел он на Кая тяжелым взглядом, в котором не было ни осуждения, ни страха, а была только не находящая выхода боль. — Стоит показать его бабке?

— Нет, — твердо сказал Кай. — Она поверит мне на слово. Хотя ей не нужно даже моего слова. Она знает и так. Шувай, — зеленоглазый повернулся к великану, — что с ногой?

— Пятку ушиб, — вздохнул мейкк. — Высоковато прыгать пришлось. Но ничего, уже проходит.

— Возьми Тешу на руки, — сказал Кай. — Идем дальше. Скоро ночь, а нам нужно пройти еще пару лиг. Думаю, что вон у тех холмов — река.

Река действительно текла между холмами, шевелила темные ленты речной травы, закручивалась омутами, распускала круги от рыбьих всплесков. Только вот, помня болотное чудовище, к воде никто подойти не рискнул. Даже воду для умывания и каши набирали с опаской. А уж Шувай, навсегда расставшийся с мечтою летать как птица, вздрагивал не только от плеска воды, но и от любого звука, умудряясь одновременно задирать подбородок и втягивать голову в плечи.