Волшебство обмана - Юлия Васильева

— Только и всего.

— Я доверял ему!

— Ну, значит, теперь не будете, — рассудительно сказала пожилая дама — она уже давно не доверяла никому. — Я бы с радостью разделила ваш гнев, если бы не была уверена, что этот мошенник нам нужен.

— Полегче с эпитетами! — возмутился Чингис, упорно продолжая строить из себя невинную жертву.

— Встали, оба, и привели себя в порядок! Вольга, оденьтесь, а то простудитесь! — приказала Лукреция, отпуская ухо одного волшебника и предупредительно направляя трость в сторону другого. — И чтобы без сюрпризов! Второй раз буду бить серьезно!

— А это что тогда было, ласковый подзатыльник? — проворчал Чингис, поднимаясь и потирая голову, которая, как и живот, уже успела познакомиться с воспитательными методами баронессы.

Оба драчуна, и без того пострадавшие еще до начала стычки, теперь всклокоченные, в порванной грязной одежде, покрытые ссадинами и кровоподтеками, выглядели хуже любого уличного забияки. Лукреция предусмотрительно встала между мужчинами, пока те отряхивались, бросая убийственные взгляды друг на друга, и начала методично нанизывать события прошедших дней на острый стержень своей логики.

— Чингис, вы, помнится, обмолвились, что ночью на подлете к городу заметили воронку смерча?

— Да кто бы ее не заметил? Тут и летать не надо!

— И, кажется, это были единственные правдивые слова, которые мы от вас услышали за прошедший день.

— Я попрошу…

Снежок, впопыхах слепленный Вольгой, угодил оскорбленному мошеннику прямо в лицо и рассыпался белым крошевом, не нанеся особых повреждений ничему, кроме его гордости.

«Как дети малые», — подумала про себя Лукреция, а вслух перешла к армейской лексике и более психологическому подходу.

— Отставить! — прикрикнула пожилая дама, занесла трость… а потом, внезапно охнув, схватилась рукой за сердце и стала оседать в снег.

Вольга тут же отбросил второй снежок, слепленный до плотности камня, Чингис закрыл рот, готовящийся исторгнуть очередную партию возмущенных слов, — оба волшебника кинулись к баронессе, поддержали под руки, не дали упасть.

— Кольнуло что-то, — слабо и смиренно пожаловалась аристократка, оттолкнула обоих и, воспользовавшись возникшим замешательством, продолжила гнуть свою линию: — Заметив смерч, вы догадались о природе его происхождения. Не удивлюсь даже, если точно узнали артефакт, ставший причиной природного катаклизма.

— Да кто ж его не узнает? Перстень Радогаста — одна из волшебных легенд!

— Вот именно. Поэтому, сообразив, что такой мощный артефакт неспроста оказался вне стен дома, да еще в чьих-то неумелых руках, вы решили разведать обстановку, для чего и явились на Калиновую улицу под видом проверяющего. Так?

— Ну так, — с гордостью, не соответствующей моменту, усмехнулся Чингис. — Не думал, что мне так легко поверят. Баек с десяток заготовил, а не понадобились!

— Обрадовался я за тебя, дурака, — с горечью сказал Вольга, надевая через голову рубаху. — Думал, наконец за ум взялся.

— Может, и взялся… Да как удержаться, когда такая возможность?

— Очень просто удержаться! Вспомнить, кто теперь хозяин дома и на кого падут все шишки!

— Погодите, — вмешалась баронесса, ибо тон разговора снова начал набирать высоту, — я что-то пропустила?

— Думаете, почему я выстроил такой во всех планах замечательный барьер вокруг дома? Да потому что благодаря одному мелкому воришке знал наперечет все каверзы, которые могут устроить дети. — Вольга кивнул в сторону своего заклятого друга. — Мы познакомились еще подростками, когда вместе находились тут на воспитании. И не проходило недели, чтобы Чингис не пытался стянуть что-то из хранилища. Его ловили, возвращали украденное, наказывали, но все повторялось вновь и вновь… И закончилось только тогда, когда его отпустили из дома. С тех пор, как мне казалось, он начал честную жизнь.

— Вот! Вот! — радостно заголосил главный герой этой познавательной истории. — А теперь представь, что я получил последний шанс осуществить детскую мечту. Представь! Да вернул бы я тебе твое барахло через недельку-другую! Тут же главное идея, сама возможность, понимаете?

Баронесса и воспитатель смотрели на идейного вора скептически — оба не верили в его чисто теоретические изыскания.

— Слушайте, я мог слинять с мешком еще на мельнице, но вместо этого отправился спасать друга!

— Ну спасибо, спас так спас! И попутно обчистил меня и моих воспитанников. И все это только по дружбе, я так понимаю?

— А что вы рты разеваете? Ты чему их учишь? К чему готовишь? У вас в доме всего один человек, знакомый с реальностью, и та временно!

— Пусть остается как приманка, — решила баронесса (человек, не просто знакомый с реальностью, но еще и умеющий ее укрощать). — Кто бы ни был злоумышленником, в присутствии проверяющего он начнет запускать артефакты и когда-нибудь себя выдаст.

— А кто поручится, что сам подставной проверяющий не вытащит что-нибудь из хранилища?

— Порукой ваш волшебный талант. Мы же с вами проверяли барьер. Кто бы и каким способом ни протаскивал через него предметы, Чингису этот способ неизвестен. Так что, Вольга, учитесь уже использовать людей, особенно тех, кто собирался подкинуть вам свинью.

— Ничего, что я присутствую при вашем разговоре, — снова вмешался предмет обсуждения, — и могу не согласиться?

— Вольга, — только и произнесла Лукреция тем тоном, которым тренированной собаке дают команду «фас».

— Если ты не останешься, я сообщу совету о том, что ты пытался сделать, — мрачно проговорил воспитатель волшебников, следуя предложенной аристократкой доктрине. — Несколько лет без возможности пользоваться волшебством пойдут тебе на пользу.

— Не-э-эт! — картинно простонал Чингис, прикладывая руку ко лбу. — И это при том, что ты отлично знаешь, как я ненавижу ходить пешком! Уволь старую интриганку, она научит тебя плохому!

Трость «преподавательницы плохого» тут же прошлась по хребтине великого трагика.

— Ладно-ладно, — поднял руки поддельный проверяющий, показывая, что прекращает паясничать. — Я и сам хотел остаться. Мне же теперь покоя не будет, пока не узнаю, как кто-то из ваших паршивцев эти вещи выносит! Сам не додумался, так хоть у других подсмотрю.

— А теперь, может, все же дойдем до лекаря? — предложила Лукреция, пока двое ее спутников не успели разрушить с таким трудом восстановленный мир, и махнула рукой в сторону нужного домика. — Вид у вас обоих, конечно, боевой, но не очень презентабельный. Я бы вам добром ни одну вещь не отдала, хоть волшебную, хоть нет, а уж горожане и подавно.

Вольга мельком взглянул в указанном направлении, хотел доблестно отказаться, дескать, само заживет, а затем взглянул еще раз… и застыл.

— Идем к лекарю, — с неожиданной решимостью сказал волшебник.