Брачный реванш - Анна Пожарская

К счастью, дальняя дорога утомляла и, наплакавшись вдоволь, Леката заснула. Снился отец. В то злополучное утро перед казнью. Он смотрел на нее затравленными глазами и, еле шевеля разбитыми вконец губами, повторял: «не бойся девочка, все будет хорошо». А потом она увидела, как палач за волосы держит отцовскую голову на вытянутой руке, а где-то внизу лежит безголовое, уже никому не опасное тело.

Проснулась в холодном поту. Давненько не приходил этот кошмар. Обычно отцовская казнь снилась перед судьбоносными событиями, но сегодня ничего великого не предвиделось. То ли знак запоздал, то ли она чего-то не знала. Посмотрела в окошко кареты: ехать осталось недолго. Сейчас она перекусит и забежит на стройку. Если найдет силы, поговорит с Карлином насчет ключа, выяснит, зачем ему понадобилось брать ее зелья без спросу.

Подъехала к гостевому дому наместника как раз к вечернему чаю. Предвкушая небольшой отдых, Леката вышла из кареты и направилась к двери. На пороге встретила служанка: вручила письмо от дяди Герада и сообщила, что Эпрас Долтон с матушкой ожидают в столовой. Пьют чай. Неловко улыбнулась, поясняя, что гости принесли с собой торт и как-то само собой получилось усадить их за стол. Леката кивнула и отправилась выяснять причину такого любезного визита.

Завидев Лекату, гости прервали неспешную беседу и обрадовано поприветствовали хозяйку дома. Эпрас усадил ее за стол и налил чаю. Заверив, что торт превосходный, отрезал ей кусок с пышной кремовой розой и вручил ложку. Леката отхлебнула горячей жидкости, втянула носом запах мяты и выжидательно уставилась на визитеров. Интуиция подсказывала, зачем они пожаловали, но жутко хотелось услышать их версию.

— Поздравляю вас со свободой, — лучезарно улыбнулся Эпрас. — И прямо жажду ей воспользоваться.

— Каким же образом? — усмехнулась Леката и решилась-таки попробовать торт. Положила кусочек в рот и закрыла глаза от удовольствия. Бисквит казался совершенством, а крем лишний раз показывал: даже совершенство можно улучшить. Прожевала и пристально посмотрела на мужчину. — Изотий успел дать указания насчет меня?

— Нет, не успел, — покачал головой Эпрас, прикладываясь к чашке. — У него много забот перед коронацией. Но я всегда готов проявить инициативу. Особенно когда дело касается красивых и состоятельных женщин.

— Так вот в чем дело… — покачала головой Леката и поспешила добавить: — Но я пока только наследница.

— Когда вы получите свое, вокруг вас будет столько желающих… Не пробиться, — Эпрас отрезал себе очередной кусок торта. — А я надеюсь до этого момента стать вашим другом. Чтобы потом, когда вы созреете для повторного замужества, иметь преимущество перед возможными соперниками.

Леката хихикнула. Откровенность подкупала. Эпрас невозмутимо продолжил:

— Через неделю ужин в честь коронации Изотия, я хотел бы, чтобы вы были моей спутницей там. Клянусь, буду примерным кавалером.

— Соглашайтесь, Леката, — вступила в разговор Мера. — Эпрас великолепно танцует. Да и семьи наши всегда ладили. Вам все равно придется явиться остальным рано или поздно, так лучше сделать это в обществе кавалера, которого побаиваются, чем в обществе ловеласа и кутилы.

Леката пропустила шпильку в сторону бывшего мужа. Положила в рот еще кусочек торта. Прожевала с наслаждением и никуда не торопясь, пусть подождут ответ. В конце концов, коль скоро на нее будет очередь желающих, а собеседники хотят получить привилегии, пусть наберутся терпения.

— Я составлю вам компанию, Эпрас. Но без глупостей. Договорились?

— Конечно, — согласился мужчина. — Вы не только окажете мне большую честь, но и украсите этот прием. Такого великолепного цветка в том саду еще не было.

Леката покачала головой и улыбнулась. Бездна этих мужчин разберет! Он что, действительно думает, что она купится на примитивную лесть? Вздохнула и решила, что с нее хватит.

— Прошу меня простить, я очень устала с дороги и хотела бы отдохнуть.

— Конечно-конечно, — гости заторопились на выход.

— Мы просто привыкли, что дорога не занимает много времени, вокруг полно привратников, — попыталась оправдаться Мера.

— Ничего страшного, — улыбнулась Леката. Усталость и впрямь накатила волной, то ли подействовала еда, то ли просто тело наконец растеряло все силы.

Проводила гостей до дверей. Дождавшись, когда Эпрас отойдет немного, Мера посмотрела Лекате в глаза. Взяла ее ладони в свои и проговорила еле слышно:

— Спасибо, что навели порядок с Солечкой и Тантатой. После смерти Элиора только вы могли заявить, что сын Тантаты не Сотхас. Пока был жив Элиор, эта женщина не высовывалась, а после его смерти она вела себя очень нагло, и тех, кто знал о ней, коробило положение дел. Ее поведение оскорбляло нас всех.

— Я не понимаю… — нахмурилась Леката. — Отец был в курсе?

— Он подозревал, — вздохнула Мера. — Но пока ребенок был маленький, сказать что-то наверняка было невозможно. Элиор не решился. А когда мальчик вырос, Элиора с нами уже не было… Спасибо вам, что поставили эту женщину на место.

— Это не я, это Макс, — Леката почувствовала, что краснеет, — господин Ларой поговорил с Изотием.

— Значит, и ему передайте благодарность от друзей семьи, — улыбнулась Мера и поспешила вслед за сыном.

Леката посмотрела, как Долтоны шагнули в разлом, и собралась было закрыть дверь, но заметила подходящего к дому Карлина и повременила. Погода стояла отличная, может, удастся уговорить наставника прогуляться немного.

— У тебя очередной кавалер? — вместо приветствия проворчал наставник. — С родственницами пожаловал. Хитрый. От одного еле избавилась, зачем тебе еще?

— Карлин, — с упреком протянула Леката. — Он просто наведался попить чаю.

— Я мужчина, ты забыла? — усмехнулся собеседник. — Я знаю, о чем мы думаем, когда приходим пить чай. Я бы и сейчас не отказался от сладенького, хотя еле волочу ноги.

Леката нахмурилась.

— Опять плохо?

— Устал, — старик махнул рукой. — Это ты сегодня не работала, а я по этим лестницам целый день. Туда-сюда, туда-сюда.

— Пойдем, — Леката зашла в дом и поманила за собой наставника. — Там есть вкусный торт и скоро принесут ужин.

— Спасибо! — Карлин подошел и, приобняв ученицу, чмокнул ее в висок. — Даже страшно подумать, что со мной будет, когда кто-нибудь из кавалеров окучит тебя и ты займешься своей семьей.

— Не говори ерунды, я тебя не брошу, — Леката зашагала в столовую.

— Не спорь, — прервал ее старик. — Женщины так устроены, что как только у них появляются дети, они забывают обо всем. Ты же готова была даже прохвоста Лароя принять, только потому что забеременела.

Леката посмотрела на наставника и тяжело проглотила застрявший в горле ком. О ее беременности знали: она, Тюлетта, Максис и Садис. Никто из посторонних не болтал, откуда Карлин знает о ребенке, оставалось только гадать.