Невольный брак - Анастасия Маркова

Едва я прочла последнее слово, горько усмехнулась и отправила это письмо вслед за остальными. Просидев в удобном кресле около получаса, понаблюдав за кружащимися в воздухе снежинками, глянула на часы и направилась в столовую. Пришло время обеда.

Когда я вошла в просторное светлое помещение, Ламир стоял у окна, заложив руки за спину. Услышав мои шаги, мужчина тут же обернулся и двинулся к столу, но тень печали, поселившейся в синих глазах, я успела уловить еще до того, как он спрятал ее за маской равнодушия.

Дознаватель, как и полагалось главе рода, занял место Аарона. Ели мы в полной тишине, нарушаемой лишь стуком столовых приборов. И для него, и для меня эти перемены были тягостными, но жизнь, невзирая на беды, продолжалась. Ужин, после которого мы сразу же переместились в гостиную, прошел в точно такой же молчаливой обстановке. К тому времени папка с таинственным содержимым уже лежала на каминной полке.

— Каковы правила? — полюбопытствовала я, ощущая дрожь в кончиках пальцев, пока Ламир расставлял шахматные фигуры.

— Очень просты, — отозвался он, даже не взглянув на меня. — Вы выигрываете партию — получаете несколько листков вон из той папки. Если победа на моей стороне — вы переписываете на мое имя что-нибудь из своего имущества. Многое будет зависеть от того, что поставлено на кон.

— Хотите оставить меня ни с чем? — я сжала руки до боли в костяшках пальцев и судорожно вздохнула.

— Что же вы обо мне, лира Айрис, такого плохого мнения? Нет, я не собираюсь лишать вас ни крова над головой, ни состояния, а всего лишь хочу научить думать головой, когда эмоции будут брать верх над разумом. Не стану обнадеживать, вначале вам придется нелегко, но со временем ситуация изменится.

— Зачем? — озадаченно посмотрела на мужчину, опускаясь в удобное кресло.

— Вы богатая вдова. В скором времени у вас появится много ухажеров. Кто-то на самом деле заинтересуется исключительно вами, однако основную их часть привлекут именно деньги. Они будут заливаться соловьем, говорить вам такие слова, что вы можете не устоять под их давлением и совершить необдуманный поступок.

— Вам-то какое дело? — недовольно фыркнула, наблюдая за каждым движением дознавателя. — Деньги же не ваши.

Ламир подошел к каминной полке, вынул из папки несколько листов бумаги и устроился напротив меня за мраморным столиком, на котором уже были расставлены все шахматные фигуры. Сердце тотчас затрепетало от волнения. Мне хотелось поскорее узнать, что там написано.

— Согласен. Но принадлежали моему отцу. И мне небезразлично: пойдут они по ветру или приумножатся. Итак, чтобы подогреть интерес, я сделаю вам небольшой подарок.

Лэр Тонли положил передо мной один пожелтевший лист, и я торопливо взяла его в руки. К сожалению, ничего нового из него узнать не удалось. В нем говорилось, что моя мама, Лиадна Телания, двадцать два года назад была зачислена в Высшую академию магии на факультет алхимии. Я с толикой разочарования покосилась на стопку бумаг, лежавшую перед мужчиной.

— Сперва на кону будут только кладовые и подобные им комнаты. Если победа за мной, вы отписываете мне приз и лишаетесь возможности узнать что-нибудь о своем прошлом. К тому же игра приостанавливается на неделю.

— Почему так надолго?! — изумленно воскликнула я.

— Чтобы не оставить вас ни с чем и подготовить за эти дни к новой партии. На тренировках я буду учить не только магии, но и концентрации. Лира Айрис, если бы я не видел в вас достойного соперника, не затеял бы все это.

— Зачем вам тратить на меня столько свободного времени?

Ламир медлил с ответом, заставляя мое сердце еще сильнее забиться в тревоге, однако спустя пару секунд все же произнес:

— Я пообещал отцу подготовить вас к будущему. Хватит на сегодня разговоров. Приступим! — он потер в предвкушении победы ладони и позволил мне выбрать цвет фигур.

Получалось, Аарон, уговорив сына дать слово, попытался в очередной раз таким образом нас сблизить. Однако дознаватель был молчалив, погружался после каждого моего хода в долгие раздумья, а я тем временем только и делала, что косилась на стопку бумаг под крепкой мужской рукой. Она отвлекала, мешала сосредоточиться, подталкивая совершать необдуманные поступки. Конечно же. тем вечером я проиграла и ужасно расстроилась. Не столько из-за потерянной кладовой, сколько из-за шанса приоткрыть хоть маленькую тайну своего прошлого. Но сдаваться было не в моих правилах…

Спустя три недели…

Дни перестали проноситься незаметно, они начали тянуться мучительно долго, оттягивая момент истины. И хоть я знала, что время вспять не повернуть, умоляла его ускорить бег. Во-первых, супруг по сравнению с Памиром оказался очень терпеливым и щадящим преподавателем. Дознаватель же не давал мне ни поблажек, ни продыху. Он учил атаковать огненными шарами и стрелами, ставить защитные барьеры, быстро реагировать на выпады противника. Моя радость, что мы будем проводить бок о бок много времени, быстро сменилась желанием взмолиться о пощаде.

Уже после второй тренировки я весь вечер пластом лежала на животе. Икры, спина полыхали жгучим пламенем. И не только они. Дознаватель, в случае промедления, подгонял меня небольшими разрядами, которые каждый раз почему-то попадали в одно и то же место, на котором сидеть стало не очень-то приятно. Но спустя неделю я научилась уворачиваться и от них.

Однако совместные занятия, казалось, нас не сближали, а, наоборот, отдаляли. Памир все время был чем-то озадачен, а я обижалась на дознавателя за его жесткие методы обучения, пусть и приносящие плоды.

Этим вечером победа впервые замаячила на горизонте. Прошлые две партии остались за молодым мужчиной, обладавшим завидной выдержкой и умом. Едва мой ферзь побил его короля, я вскочила с места и радостно воскликнула «ура!». На губах дознавателя на мгновение возникла улыбка, явившая на свет очаровательные ямочки, и он без промедления протянул мне несколько пожелтевших листов.

Я опустилась на диванчик и стала жадно вчитываться в неровные строчки. Однако моя радость быстро померкла. На втором документе я на мгновение оторвала взгляд от текста и озадаченно посмотрела на Памира. На его лице отразилось сожаление. Он знал, что эта информация не принесет мне счастья. Зачем тогда показал? Я была не просто удивлена внезапно открывшимися сведениями, а ошарашена и возмущена до глубины души. Как выяснилось, мой дед до сих пор находился в прекрасном здравии. А дядя со своей женой и несколькими детьми жили всего в пяти-шести часах езды от Дельтауна.

Так и оставив на мягкой обивке потрепанные временем листы, я подошла к окну и обхватила себя руками. Держалась в шатком спокойствии до тех пор, пока не подошел Памир и не положил горячие ладони на мои опущенные плечи. Он постоянно так делал, когда хотел меня поддержать. От него всегда исходило приятное тепло, которое мое тело жадно вбирало в себя.

— Почему они так с ней поступили?! Что она такого могла сделать, что ее имя навсегда было вычеркнуто из их жизни? — негодуя воскликнула я и резко обернулась. Пришлось почти запрокинуть голову, чтобы взглянуть мужчине в лицо.