Последний Намсара: Боги света и тьмы - Кристен Сиккарелли

Огненные искры запрыгали по песку и постепенно погасли. Аша повернулась к дракону. Он пригнул голову и зашипел. Из игривого проказника Тень превратился в хищника. Аша стянула шлем и бросила его на песок.

– Тень, – громко сказала она, – это я!

Дракон зарычал и ударил хвостом о землю. Аша начала снимать доспехи и швырять их подальше.

– Ты знаешь меня.

По притихшей толпе на трибунах прошлась волна изумленного ропота, а следом резко прозвучала команда открыть ворота, чтобы Искари вышла. Приказ отдал ее отец. В его грозном окрике послышалось недовольство, но хуже всего был его ледяной взгляд, пронизывающий Ашу насквозь. Она чувствовала его даже на расстоянии.

Дрожащими пальцами Аша принялась расшнуровывать ботинки – ей нужно было убедить Тень, что она не враг.

– Он узнал тебя, – негромко произнес за ее спиной Торвин.

Аша подняла голову. Тень перестал бить хвостом и шипеть. Он нерешительно переступил с ноги на ногу, склонил голову набок и издал тихий звук, похожий на скулеж щенка.

У Аши возникло странное желание: обнять его за шею. Она скинула ботинки и медленно двинулась к дракону раскинув руки. Тень, дрожа всем телом, ткнулся носом в ее ладонь. Нужно выпустить его отсюда.

У входа в клетку загремели тяжелые шаги. Аша и дракон одновременно повернули головы. За воротами выстроились солдаты – это была ловушка. Аша могла помешать Торвину и Тени убить друг друга, но она была не в силах защитить их от армии отца.

– Аша! – откуда-то раздался громкий крик Сафиры. – Улетай!

Вслед за этим раздался скрежет металла. Аша глянула наверх. Железные решетки над ее головой начали раздвигаться. Сафира пробралась в помещение, где находился механизм, опускающий и поднимающий решетки.

Тут же сверху раздался чей-то свист. Аша и Торвин обернулись на трибуны. Дакс просунул руку между прутьями и бросил на арену два предмета, один за другим. Торвин шагнул к решеткам и ловко поймал колчан, полный стрел, и лук.

У Аши не осталось времени поинтересоваться, почему у Дакса оказался наготове лук со стрелами. Она шарила взглядом по песку, пытаясь отыскать ножны с серпами, которые скинула вместе с доспехами. Торвин тем временем вынул стрелу из колчана. Знает ли он вообще, как пользоваться луком?

Словно прочитав ее мысли, скралл посмотрел на нее в упор. Аша заметила его разбитые и опухшие губы, красноватый след от плетки на щеке, расплывшийся фиолетово-черный синяк на скуле. Его били, и не раз. Слепая ярость захлестнула Ашу.

– Встань за мной.

Она нашла серпы в груде доспехов и выхватила их из ножен. Священные клинки со свистом рассекли воздух, словно истомились взаперти и теперь жаждали крови врагов.

– Я задержу их, пока Тень не улетит.

Торвин послушался и натянул тетиву. Ворота распахнулись, солдаты хлынули на арену. Аша почувствовала вкус охоты. Серпы слились с ее пальцами, все тело наполнилось гудящим предвкушением боя.

Аша сделала шаг вперед, встав впереди дракона и невольника.

– Слева! – крикнула она ему, указав серпом на первого бегущего к ним солдата.

Но тот рухнул со стрелой в груди, едва она успела произнести предупреждение. Аша в изумлении открыла рот, а Торвин послал вторую стрелу прямо в сердце еще одному подбегавшему солдату. Тень взмахнул хвостом и вывел из строя сразу троих, со всей силой швырнув их на стену.

– Где ты научился так метко стрелять?

Очередной солдат упал, сраженный стрелой.

– А что? Ты удивлена?

Издалека, из комнаты с механизмом, донесся крик Сафиры: солдаты пытались выломать дверь, которую она заперла.

– Меня научила Грета, – Торвин пустил еще стрелу, просвистевшую возле уха Аши. – А я научил твоего брата.

«Моего брата?»

Аша вспомнила мозоли на пальцах, одинаковые у Торвина и у Дакса. Но времени на дальнейшие расспросы не осталось.

– Как только решетки раздвинутся, садись на Тень и улетай.

Солдаты, загородившие ворота, расступились, пропуская кого-то вперед: кого-то в белом с золотым одеянии. Сжимая меч, на арену вышел командующий и направился прямо к ним.

Аша крепче сжала рукоятки серпов. В ее голове пронеслись слова Сафиры – все, что та говорила о битве с более крупным и сильным противником. Нападай быстро. Бей по ногам. Успевай уворачиваться. Не мешкай.

Но не пройдя и половины пути, Джарек остановился как вкопанный. Солдаты вокруг него опустили оружие, бросая настороженные взгляды за спину Аши. Не понимая, что их остановило, она оглянулась.

Торвин держал наготове последнюю стрелу. Тетива была натянута, а стрела – направлена прямо в грудь Аши. Ни один солдат не посмел приблизиться к тому, кто держал под прицелом дочь короля драконов.

– Сначала улетишь ты.

– Что?

– Аша…

Он ни разу до этого не произносил ее имя. Оно прозвучало как удар в колокол, и отголоски этого звона заполнили все ее существо.

– Делай, как я сказал.

– Ты с ума сошел, – прошептала Аша, глядя на него округлившимися глазами.

Решетки над ними нещадно скрипели. Еще чуть-чуть – и путь для Тени будет свободным.

– Неужели?

Не убирая стрелы, он мотнул подбородком в сторону зрителей, безмолвно прильнувших к прутьям решеток и не сводивших взглядов с Искари, которую они боялись и ненавидели.

– Интересно, сколько из них хочет, чтобы я пустил стрелу тебе в сердце?

Аша сглотнула: этого хотели все.

– А твой отец?

Вопрос заставил ее вспомнить о короле под ярко-красным навесом и похолодеть. Ее отец все видел. Он наверняка понял: его дочь так и осталась испорченной, злобной предательницей. Эта мысль заставила ее отшатнуться от невольника.

– Пожалуйста, – произнесла она. – Улетай.

– Никто не простит тебе этого, – взгляд Торвина блуждал по ее лицу.

Поначалу, конечно, не простят. Но отец хочет, чтобы она убила Кодзу. Как только Аша принесет его голову, ее простит кто угодно. Соверши она одно-единственное действие – и все прошлые ее прегрешения будут перечеркнуты.

– Мне нужно все исправить, – сказала она. – Ты должен позаботиться о Тени. Таков был уговор.

Решетки жалобно взвизгнули и остановились. Из комнаты с механизмом послышался крик Сафиры, и тут же решетки начали закрываться снова.

Ашу захлестнули паника и страх. Если они закроются полностью, а Торвин и Тень останутся на арене, шанса спасти их у нее больше не будет.

– Только посмей погибнуть здесь после того, как я спасла твою жизнь, и я настигну тебя у ворот смерти и убью еще раз!

– Ты можешь убить меня сотни раз, – ответил он, направляя стрелу на своего хозяина. – Если я не могу освободить тебя от его власти, я не оставлю его в живых.