Неземная - Синтия Хэнд

Он смеется. Затем он наклоняется через стол и берет мою руку, заставляя мои нервы воспламениться.

— Поверь мне, я не совершенство, — говорит он.

С этой точки зрения дела идут неплохо. Кристиан выглядит как модель. Он очаровательный, внимательный, чуткий. Это если не упомянуть его сексуальность. На мгновение я забываю о своем предназначении. Я просто танцую. Позволяю волшебному чувству его близости ко мне заполнить меня, пока все остальное не исчезает. Я в буквальном смысле наслаждаюсь жизнью.

До тех пор пока не появляется Кей. Конечно, она великолепна в этих лавандовых кружевах, обнимающих ее плечи и делающих акцент на тонкой талии. Ее темные волосы заколоты, кудри каскадом спадают до уровня шеи. Что-то в ее волосах ловит свет ламп и сверкает. Ее рука в белой шелковой перчатке длиной до локтя обвивается вокруг талии ее спутника, когда они входят в зал, она смеется, глядя в его лицо, будто чудесно проводит время. Она даже не смотрит в нашем направлении. Она ведет своего партнера на танцпол, где как раз началась следующая медленная мелодия.

Кристиан прижимает меня ближе. Наши тела движутся в унисон. Моя голова идеально устроилась на изгибе его плеча. Я ничего не могу поделать — просто закрываю глаза и вдыхаю его запах. И неожиданно, у меня снова видение, самое сильное из всех.

Я иду по грязной дороге через лес. Машина Кристиана припаркована на обочине. Я чувствую запах дыма. Моя голова как в тумане от него. Я начинаю отходить в сторону от дороги, глубже в лес. Я не беспокоюсь. Точно знаю, где найти его. Ноги сами несут меня в нужное место, и я даже не направляю их. Когда я вижу его, стоящего спиной ко мне в своей черной куртке, держащего руки в карманах, меня наполняет знакомая тоска. Сила этой печали такова, что мне трудно дышать. Я настолько хрупка в этот момент, словно могу разбиться на миллион осколков.

— Кристиан, — зову я.

Он поворачивается. Он смотрит на меня со смесью печали и облегчения.

— Это ты, — говорит он. Он идет в мою сторону. Позади него пламя вздымается над холмом. Оно бушует вокруг нас, но я не чувствую страха. Мы с Кристианом идем друг к другу, пока не оказываемся лицом к лицу.

— Это я, — отвечаю. — Я здесь, — наклоняюсь вперед и беру его за руку, что кажется настолько простым, будто я была с ним всю мою жизнь. Он поднимает другую руку, чтобы прикоснуться к моей щеке. Его кожа горяча, будто горит в огне, но я не отстраняюсь. Несколько мгновений мы стоим так, будто время остановилось, будто пожар не настигает нас. И потом мы внезапно оказываемся в объятиях друг друга, обнимая друг друга крепко, наши тела прижаты друг к другу, словно мы превращаемся в единое существо, и земля под нами падает.

И вот я снова на танцах, задыхаюсь в попытке сделать вдох. Я смотрю в зеленые расширенные глаза Кристиана. Мы больше не танцуем, остановились в центре танцпола и смотрим друг на друга. Мое сердце сейчас, кажется, выскочит из груди. Волна головокружения проходит сквозь меня, и я покачиваюсь, мои колени неожиданно пошатываются. Руки Кристиана поддерживают меня.

— Ты в порядке? — он быстро оглядывается по сторонам, чтобы убедиться смотрят ли на нас. И они смотрят. Через его плечо я вижу Кей, которая смотрит на меня с откровенной ненавистью во взгляде.

— Мне нужно на воздух, — я освобождаюсь из его объятий и выбегаю через дверь, ведущую на балкон, врываясь в холодный воздух. Облокотившись на стену, я закрываю глаза и стараюсь успокоить бешено бьющееся сердце.

— Клара?

Я открываю глаза. Кристиан стоит передо мной, выглядит он таким же потрясенным, как и я, его лицо бледно в свете электрических лампочек.

— Все в порядке, — говорю я, улыбаясь, чтобы доказать это. — Здесь просто немного душно.

— Я принесу тебе чего-нибудь попить, — говорит он, но никуда не уходит.

— Я в норме, — я чувствую себя глупо. Потом вспышка гнева. Я не просила ни о чем этом. Итак, я улечу с Кристианом в моих руках. И что потом? Великолепный Кристиан Прескотт в будущем спасет мир, а моя роль будет сыграна. Я завершу — и принесу себя в жертву — моему предназначению.

Будто бы я массовка в чьей-то еще жизни.

— Я все-таки принесу пунш, — предлагает Кристиан.

Я покачала головой. — Это была плохая идея.

— Что?

— Ты не хочешь быть здесь со мной, — говорю я, встречая его взгляд. — Ты все еще думаешь о Кей.

Он не отвечает.

— Я думала, что чувствую связь между нами, но… Я хотела понравиться тебе, по-настоящему понравиться. Так, как было… как есть у вас с Кей, у меня никогда не было такого. — К моему ужасу, на мои глаза наворачиваются слезы.

— Мне очень жаль, — произносит он, наконец, делая движение, чтобы прислониться к стене рядом со мной. Он серьезно смотрит на меня. — Ты очень нравишься мне, Клара.

Если бы он только знал, насколько это важно. Но прежде чем у меня появляется возможность ответить, дверь на балкон открывается. К нам заходит Бреди Хант.

— Объявляют короля бала, — говорит он, выжидающе глядя на Кристиана.

Кристиан явно колеблется.

— Ты должен идти, — говорю я. Бреди смотрит на меня с любопытством, прежде чем снова уйти внутрь. Кристиан подходит к двери и придерживает ее открытой для меня, но я качаю головой.

— Мне нужна еще минутка, окей? — я закрываю глаза до тех пор, пока не слышу, что дверь закрылась. Воздух неожиданно холоден. По очереди мистер Эриксон оглашает королевскую свиту[43], которая почти полностью представлена школьными спортсменами.

— И королем бала становится… — произносит мистер Эриксон. В зале царит абсолютная тишина. — …Кристиан Прескотт.

Я вхожу в зал как раз в тот момент, когда мисс Колберт, моя учительница французского, вручает Кристиану золотой скипетр. Кристиан мило улыбается. Он отлично справляется с всеобщим вниманием, как кинозвезда или политик. Может быть, он и станет президентом однажды. Мисс Колберт получает немного больше, чем нужно, удовольствия, прося Кристиана преклонить колено, чтобы она могла возложить корону из золотых листьев на его голову. Он благодарит ее, поднимается, чтобы помахать рукой неиствующей толпе.

Затем он отступает в сторону, пока мистер Эриксон объявляет свиту королевы вечера, и вот теперь я начинаю нервничать. Конечно, меня не назовут. Я даже не была номинирована. Я же клоун Бозо. Но каждая девушка в свите — подружка Кей. Что может значить только…

— И королевой бала становится… — говорит мистер Эриксон. — …Кей Паттерсон.

Комната вибрирует от грома аплодисментов учеников, проголосовавших за нее. Кей восходит на сцену с бесконечной грацией и самообладанием. Она берет букет белых роз, и чуть отклоняется назад, пока мистер Эриксон снимает с нее серебристую ленту и на ее место возлагает широкую золотую.