Квест Академия. Магические ребусы - Марина Ефиминюк

Через час мы усаживались в наемный экипаж до столицы, который оплатили вскладчину. Не успели разместиться и пристроить дорожные саквояжи, как дверцу резко дернули. Тяжело дыша морозным воздухом и выпуская облачка сизого пара, нас нагнал Дин с покрасневшими от холода ушами и носом.

– Форстад сказал, что вы в столицу. Возьмете?

– Нет! – точно хористы на выступлении, слаженно ответили мы.

– Мы же команда! – возмутился Дживс. В его устах слово «команда» прозвучало секретным паролем, позволяющим комфортно добраться до места и не потратить ни сорима на междугородний экипаж.

– Ты собирался ехать с Остадом, – припомнил Илай.

– За ним карету пришлют только завтра утром, – пропыхтел Дживс и закинул дорожную сумку. – Неохота терять время.

– Потеряй, – велел Форстад и выразительно подвинул подброшенный багаж к краю.

– Да ладно, мужик, что в общаге перед выходными делать? Все равно едете. – С поразительным нахальством он запрыгнул на ступеньку, неловко поскользнулся и только чудом не разбил подбородок.

– Клоун, – вздохнула Тильда, глядя на то, как он забирается, а когда он подвинул нас на скамье, недовольно буркнула под нос: – Упитанный клоун.

Экипаж покачивался на неровной, заледеневшей после внезапной оттепели дороге. Сначала задремала Тильда, потом срубило Дживса, и он очень трогательно пристроил голову на плечо непримиримой противницы. У первой сползли на нос очки и скособочилась шляпка, у второго открылся рот.

С непроницаемым видом Бади наблюдал, как парочка мирно, сладко посапывала. Неожиданно в тишине он шаркнул ногой и, будто совершенно случайно, ударил ботинок Дина. Спящий парень даже подскочил на лавке, немедленно разбудив Матильду.

– Мы приехали? – поправив очки, подруга сощурилась в окно. Зимний пейзаж, после внезапного потепления утерявший хрупкое снежное очарование, не радовал. Серое низкое небо приминало землю, угрюмое фермерское поле было покрыто пористой снежной коркой с торчащими из нее голыми прутиками.

– Еще едем, – оповестил Джер и спокойно отвернулся к окну.

Через пару часов дневной свет потускнел, экипаж обступили сумерки, а пустынные деревенские виды сменились столичными предместьями. Замелькали дорожные таверны и большие гостевые дома, появились встречные экипажи. В город мы въезжали, когда на улицах загорелись фонари.

На оживленном бульваре Илай попросил извозчика остановиться возле пешеходной мостовой и кивнул лучшему другу:

– Твоя остановка.

– Да брось, Форстад, доедем до особняка вместе, – заныл тот, не желая выбираться из теплого уютного салона, подогретого живым теплом, в толпу народа.

– Я не планировал навещать родителей.

– Хотите прогуляться парочками, – подмигнул он.

– Да, – спокойно согласился Илай. – Эден хочет сходить в цирк, ей мало того, что она видит в академии.

Думала, что паж возмутится, я бы точно не промолчала и высказала пару ласковых, что настоящий друг, если уж не предложит влиться в компанию, то по крайней мере не выставит сонного человека на мороз и довезет до дома, но Дин, как ни странно, послушно подхватил сумку.

– Развлекайтесь, ребятки.

Когда он сошел на мостовую и поежился от холода, Илай попросил:

– Передавай наилучшие пожелания госпоже Дживс.

Извозчик закрыл дверь. Карета тронулась. В окно я видела, как Дин, крепко сжимая ручку кожаной дорожной сумки и прячась от холода в поднятый воротник пальто, уверенным шагом идет в толпе закутанных в теплые одежды людей.