Песнь златовласой сирены. Дыхание ветра - Франциска Вудворт

– Вижу, вы запамятовали, что сегодня я обещал научить вас ставить щиты, – едко заметил Тень.

«Тьма-а-а!» – в который раз простонала я.

Тень невыносим. Раздражённый невыносим вдвойне. Нет, втройне. Это было не занятие, а форменное издевательство. Я пребывала в полной уверенности, что он меня наказывает. Как ещё это воспринимать, когда голова раскалывается так, что хочется кричать от боли?

Он учил меня ставить щит. В спальне. Хорошо хоть возле кровати, а не на ней, но одно это лишало меня самообладания. Заставил сесть на свёрнутом покрывале в позе для медитации. Предварительно шли дыхательные упражнения, что мне показывал магистр Рисай, а затем он предложил мысленно воздвигнуть между нами стену, отчётливо представляя её. Я была бы счастлива и в реальности её воздвигнуть!

У меня не было цензурных слов, чтобы описать происходящее. Требовалось держать мыслеобраз стены, в то время как он лениво развалился в кресле напротив меня, чуть вытянув ноги, и лез ко мне в голову. Боль в висках появилась сразу и с течением времени только усиливалась. Вскоре у меня сложилось впечатление, что я вот-вот развалюсь на куски под его пронзительным взглядом.

Может, я бы в какой-то момент и сдалась, запросив пощады, но после замечания Тени о том, что у него появилась возможность узнать всё, что я скрываю, сопротивлялась его давлению на пределе сил.

Не знаю, сколько это длилось по времени, для меня боль в висках уже давно затмила боль в мышцах тела. Неожиданно я ощутила прикосновение прохладных пальцев к своим вискам и несколько событий произошли одновременно. Вздрогнув, распахнула глаза и увидела присевшего возле меня мужчину. Я даже не слышала, как он подошёл! Его пальцы, помимо прохлады, принесли неожиданную сильную боль. Она молнией прострелила моё тело, заставив выгнуться, как натянутый лук, и из носа полилось что-то тёплое. Потом тьма.

С беззвучным стоном я пришла в себя. Голова болела. Этому способствовали раздражённые голоса рядом со мной. Злые, отрывистые слова, смысла которых я не понимала, иглами вонзались в мои виски. Попыталась открыть глаза, но что-то мешало. Протянув руку, нащупала влажное полотенце на лбу и глазах, которое убрала.

– Лоран пришёл в себя! – услышала я облегчённый возглас Гасса.

Открыв глаза, обнаружила себя лежащей в своей постели. Потом увидела раздражённого Харна и Тень, замерших друг напротив друга. Бросила недовольный взгляд на лорда, он тут же подошёл ко мне.

– Лоран, ты как? – немного странный вопрос. Откуда я знаю «как я», когда голова не соображает?! Видимо, оценив моё состояние, он задал иной вопрос: – Скажи, это правда, что всё происходило с твоего согласия?

Невольно бросила взгляд на Тень. Вот на его прикосновения и ту боль, что за этим последовала, я никакого согласия не давала!

– Неужели ты сам попросил лорда Хэйдеса с тобой заниматься?! – напряжённо настаивал на ответе Харн. Преодолевая головокружение, я утвердительно кивнула. Принц нахмурился: – Лоран, не беспокойся, после случившегося он и близко к тебе не подойдёт.

Ничего не смогла с собой поделать и бросила испуганный взгляд на Тень, который спокойно стоял и наблюдал за нами с непроницаемым лицом. Лишь губы кривились в чуть ироничной улыбке. Конечно, он-то знает, что неизвестно как в остальные дни, но сегодня ночью он мне необходим. Затем посмотрела на опекуна и отрицательно покачала головой. От таких телодвижений я разве что не позеленела от накатившего головокружения.

– Лоран?! – изумился Харн, и лишь смотря в его глаза, я задалась вопросом: «А как он вообще здесь очутился?!»

– Адепт Лоран, сработала защита браслета и вашего опекуна перенесло сюда. Объясните ему, наконец, что всё это было с вашего согласия и мы отрабатывали элементарные приёмы ментальной защиты, – спокойно произнёс Тень, не терявший спокойствия.

– Ночью? В его спальне?! – раздражённо оглянулся на того Харн, а потом опять посмотрел на меня.

– Знаете ли, не мог отказать личной просьбе вашего подопечного. А насчёт времени… вам ли не знать, сколько государственных дел на мне. Чтобы удовлетворить просьбу адепта, мне пришлось пожертвовать личным временем.

– Лоран, это так? – я утвердительно кивнула, но это не убедило Харна. Встав, он опять подошёл к Тени и требовательно сказал: – Потрудитесь объяснить, как так получилось, что обычные занятия закончились обмороком моего подопечного?

– Обнаружилось, что у адепта Лорана или хорошая защита, или внутренняя особенность организма – при попытке ментального взлома сознания, оно выключается. Я раньше думал, что первое, но теперь склоняюсь ко второму. Есть люди, которых тяжело читать. Лоран относится к ним. При должной тренировке, он научится держать щиты, защищая себя ментально, и перестанет терять сознание.

– И всё же я не понимаю, почему он обратился именно к вам?

– Я лучший, – без лишней скромности произнёс Тень.

– Это не объясняет, почему вы проигнорировали моё требование встречаться с моим подопечным лишь в моём присутствии.

– Я не думал, что это требование относится к занятиям. Тем более, что я не сделал ничего такого, о чём бы ваш подопечный не просил меня сам.

– Лоран, это так? – обернулся ко мне Харн и я опять кивнула. – Тебе целителя позвать?

Я отказалась, и тогда он опять посмотрел на Тень:

– Что ж, думаю, вы понимаете, что на сегодня занятие окончено. Не будем тратить ваше драгоценное личное время. О дате и времени следующего вашего занятия предварительно сообщите мне.

– Лоран, доброй ночи.

Лишь когда Тень пошёл к двери, до меня дошло, что Харн его выпроводил. С отчаянием я наблюдала за его уходом. Как же так?! А он даже не обернулся!

Взгляд Гасса заметался между мной и ним. Он как бы спрашивал, ему остаться или последовать за хозяином. Наше переглядывание не осталось без внимания Харна.

– Брейд, проявись! – последовал чёткий приказ. Растерянный взгляд на меня, но я сама не знала, зачем моему опекуну это понадобилось. Гасс подчинился. – В следующий раз, как только лорд Хэйдес постучится в двери, немедленно сообщать мне! Проводи гостя.

Получив инструкции, Гасс поспешил на выход.

– Какой-то молодой он у тебя, – задумчиво смотря в спину брейду, произнёс принц, но тут же потерял к нему интерес, сосредоточив всё своё внимание на мне. Подойдя к кровати и присев на край, спросил меня: – И как это понимать?

Ответа у меня не было.

– Лоран, он тебя шантажирует? – от такого предположения я сделала большие глаза. – Перестань! Я никогда не поверю, что ты добровольно согласился на занятия с ним. Ты же его боишься.

Я лишь пожала плечами. Харн был прав во всём и, если бы не пугающие визиты во сне Корнелиуса, я бы никогда по своей воле не общалась с Тенью.

Видя, что на контакт я не иду, он спросил:

– Ты хоть понимаешь, что произошло? – взгляд на меня выражал смесь жалости и раздражения. – Скорее всего, он расшатывал всё время твои предполагаемые блоки, а потом предпринял попытку взлома. Это из-за этого у тебя опять пошла носом кровь и ты потерял сознание.