Песнь златовласой сирены. Дыхание ветра - Франциска Вудворт

«Значит, не зря я тогда оказалась в спальне, – дошло до меня. – Если бы ему всё удалось, то он бы насиловал меня на той постели, пока девушки истекали кровью».

– Сейчас совпало несколько фактов: полнолуние, когда ритуал наиболее силён, и твоё физическое и магическое истощение. Он оставил игры и перешёл к самому ритуалу. И всё равно не смог тебя принудить пересечь мост, хотя все нити силы находились в его руках, – взгляд Тени стал задумчивым, приобретя исследовательский интерес.

– Господин, – неуверенно произнёс Гасс. Это заставило Тень отойти от меня и обернуться к нему.

– Принёс?

Я была рада недолгой передышке. Обилие информации сбивало с толку. Получается, девушки живы?! Мне очень хотелось поверить в это и заглушить муки совести. Теперь я не испытывала такой жгучей вины за то, что проснулась, обрекая их на смерть. Если верить словам Тени, то этим я их спасла, это снимало камень с моей души.

– Пей! – перед моим лицом появился стакан. Я подняла вопросительный взгляд. – Успокоительное, – правильно понял меня Тень и ответил на ещё не заданный вопрос.

Что ж, оно мне сейчас не повредит. В голове всё смешалось и перевернулось с ног на голову после разъяснений происходящего Тенью. Не знаю, как дальше, но морально намного легче чувствовать себя спасительницей, а не убийцей. В душе появилось мрачное удовлетворение от того, что невольно удалось смешать планы мага и избежать уготованной мне ловушки. Я залпом выпила жидкость, даже не почувствовав вкуса.

– Гаярда? – неожиданно дотронулся до моей шеи мужчина, и я сглотнула. Я отдала ему пустой стакан, моя рука тут же легла в защитном жесте на то место, где он коснулся, потерев.

– Она молодец. Угроза жизни помогла тебе очнуться и не наделать глупостей.

Неужели Гаю помянули добрым словом? И она теперь не «пиявка»? Я даже ушам своим не поверила. Сама я на змейку не обижалась за попытку удушения. Не испугайся, что из-за меня погибнут люди, сразу бы поблагодарила…

– Гасс, попроси у целителей что-нибудь от синяков, – обратился к брейду Тень и тот удалился, предварительно оставив второй стакан, который так и держал в руках.

Я посмотрела на него, а потом перевела вопросительный взгляд на Тень. Зачем-то же он просил принести снотворное.

Мужчина смерил меня взглядом, как будто что-то решая, а потом заговорил:

– У тебя несколько вариантов, но по сути, всего лишь два. Сейчас тебе лучше не засыпать, но ты ослаблена, и в твоём состоянии отдых нужен. Так что этот вариант отпадает. Сон тебе жизненно необходим для скорейшего восстановления сил. Вариант первый – ты зовёшь своего опекуна и признаёшься ему, кто ты есть. Засыпаешь в его объятиях, так как чтобы перекрыть твою ауру, требуется постоянный плотный физический контакт. Не думаю, что Его Высочество согласится всю ночь не выпускать из объятий мужчину, – язвительно усмехнулся он, предотвращая мои возражения. – Вариант второй – здесь остаюсь я. Спать в моих объятиях нужды нет, но должна будешь лежать рядом. Моих щитов хватит на нас двоих. Я прикрою.

От удивления моя челюсть отвисла. Стоит ли говорить, что ни один из предложенных вариантов меня категорически не устраивал?

Признаться Харну? В данный момент я была не в том состоянии, чтобы вынести предстоящие объяснения, а потом спать в его объятиях. Это изменит наши отношения и неизвестно куда заведёт. С меня и внимания Корнелиуса достаточно, а если Харн начнёт смотреть на меня как на девушку, я же не вынесу этого и с ума сойду. Второй вариант? Тень более-менее в курсе всей ситуации, и спать в его объятиях не обязательно, но оказаться с ним в одной постели… Это же ТЕНЬ! Одним этим словом всё сказано.

Я старалась судорожно найти иной выход. Ведь должен же он быть! Обязательно должен. Я вскинула глаза на стоящего напротив меня мужчину, который не торопил меня с решением.

«Почему или вы, или Харн? А другие магистры или Гасс?» – мысленно спросила его.

Губы Тени растянулись в нехорошей улыбке, и с издёвкой он поинтересовался:

– И кого позвать в твою постель? Кироса? Рисая? Или ректора? – вопросы прозвучали с двойным подтекстом, отчего мои щёки загорелись. – Что же ты молчишь? Назови имя. Пойдём. Разбудим. Объясним ситуацию… О брейде забудь, он не закроет твою ауру.

Его слова звучали как гвозди в крышку моего гроба. Я поняла, насколько это немыслимо, и плечи мои поникли.

– Принца будить? – холодно поинтересовался мужчина. Сжавшись и опустив глаза в пол, я лишь отрицательно покачала головой. – Тогда пей снотворное – и в постель. Ночь небесконечна, а у меня, знаешь ли, завтра много дел.

Заставив себя отлипнуть от стены, я понуро побрела к стакану со снотворным, старательно отводя от Тени глаза.

– Адептка Лоран, правильно ли я понимаю, что вы опасаетесь, что я покушусь на ваши прелести? – полетел мне в спину вопрос, заданный с убийственным сарказмом.

Я как будто споткнулась на полпути и замерла на месте. Оценила его переход к официальному обращению и подчёркивание разницы в наших статусах. Его вопрос заставил меня спросить об этом себя. Боюсь ли я его предполагаемых посягательств? Нет, внутренне я почему-то была уверена, что мы будем действительно просто спать и он никоим образом не воспользуется ситуацией. Разве что не упустит возможности меня уколоть.

Чувство собственного достоинства заставило меня распрямить плечи, повернуться к нему лицом и, глядя в его стальные глаза, откровенно признаться: «Нет, этого не опасаюсь. Я вас просто боюсь».

При этом я испытывала печаль и смирение. Могла бы ещё добавить, что невыносимо засыпать рядом с тем, кто вызывает такой панический страх одним своим присутствием, но умолчала. Я приняла неизбежность того, что спать придётся рядом с ним. Можно было бы даже постараться вызвать у себя чувство благодарности за его помощь, но я не обольщалась. Не стоит быть наивной. Он же сам говорил, что или будет контролировать и использовать мои предполагаемые способности на благо короны, или уничтожит, чтобы я не перешла к врагам. Так что его поступки продиктованы заботой о будущих активах. Корнелиуса интересует лишь моё тело, а Тень – мои способности. Ясное дело, что интерес Тени предпочтительней, я его точно в интимном плане не привлекаю.

После моих слов лицо мужчины неуловимо смягчилось. Затем, как бы опровергая мои мысли, его взгляд спустился ниже. Опустив глаза, я смутилась и поспешила отвернуться. Сегодня я впервые не утягивала вечером грудь. Брейды знали о моём поле, теперь перед ними можно было не притворяться. С достоинством выпрямившись и распрямив плечи, я заставила натянуться на груди ткань пижамы, подчёркивая ничем не удерживаемые холмики.

Стараясь справиться со смущением, быстро выпила снотворное и, не глядя на Тень, юркнула в постель, натянув до самого горла одеяло.