Констебль с Третьего участка - Сэй Алек

Кроме меня и старшего инспектора, в кабинете которого происходило дознание, присутствовали также коммандер Спок, инспектор О’Ларри, всё ещё носящий руку на перевязи, дабы не тревожить рану, и доктор Уоткинс. Последний выглядел довольно понуро – он опоздал спасти Хайтауэра всего на минуту.

– Что рассказывать? Не знаю я, что рассказывать… – Из моей груди вырвался тяжёлый вздох. – Прибыл на место несения дежурства, принял смену, заступил, происшествий не было.

– Припомните, мистер Вильк, – обратился ко мне мистер Уоткинс. – Вы говорили, что констеблю Хайтауэру преподнесли сигару. Не знаете – кто?

– Увы, сэр, – ответил я. – Он не говорил, а я и не поинтересовался. Просто сказал он мне, что курить всё дежурство хотелось, а отойти он не мог, да и в палате задержанного не решился…

– А?! – воскликнул старший инспектор. – Что скажете, доктор? Может быть, ядовитым дымом хотели нашего клиента убрать?

– Нет. – Уоткинс поморщился. – Дым цианида токсичен, но не многим более, чем дым фабричной трубы. Яд под действием температуры разлагается. Убрать хотели именно охранника.

– Выходит, убийца находился в гошпитале Святой Маргариты, – резюмировал мистер Спок. – И не просто находился, но был там по праву, раз убитый принял презент. Это либо врач, либо пациент.

– Безусловно, – кивнул инспектор О’Ларри и обратился ко мне: – Констебль, скажите, а вас не пытались отравить? Ну, положим, предлагали еду или питьё? Может, кто-то в палату пытался попасть?

– В палату, сэр, да, пыталась одна из сестёр. Я сказал ей, что без доктора пустить не могу, и она ушла. Потом так и не вернулась.

– Это стоит проверить… – пробормотал мистер Ланиган.

– И покормить, сэр, да, пытались.

– Вот как? Это интересно, – заметил мистер Спок. – И кто же?

– Пациент гошпиталя, некто Оэн О’Ширли, галантерейщик, как он мне представился, – доложил я. – Лечит бытовую рану ноги. Если позволите мне высказать своё мнение, то изряднейший лисован и продувная бестия, но человек беззлобный, как мне показалось.

– Берём? – спросил мистер О’Ларри.

– Спугнём, – отрицательно помотал головой инспектор Ланиган. – Да и какое мы ему предъявим обвинение? Надобно про него разузнать, если не смылся ещё.

– Гошпиталь оцеплен моими людьми, не мог он уйти, – сказал коммандер.

– И всё же торопиться не стоит, – произнёс доктор Уоткинс. – Я верю в редкую наблюдательность констебля Вилька, он наверняка почувствовал бы фальшь в словах этого галантерейщика. Порасспросить о нём можно и нужно, потом стоит поговорить с ним… Не выдавая своих подозрений, разумеется. Но ведь его могли и использовать, причём исподволь, так, что он этого даже не заметил.

– Резонно, – ответил старший инспектор. – Надо навести об этом О’Ширли справки.

– Если позволите, сэр. – Я кашлянул. – Он упоминал, что мансарду в его доме снимает гвардии лейтенант Шон Бац-Кастлмур, эсквайр. Возможно, он будет предвзят, мне показалось, будто они не ладят, но кто же ещё смог бы рассказать лучше, помимо его покойной жены, что мистер О’Ширли собой представляет, кроме как постоялец?

– Гвардеец… – Инспектор Ланиган сморщился, как от зубной боли. – Нам он наговорит… Коммандер, вы не сочтёте за труд?

– Это и в моих интересах, – улыбнулся мистер Спок. – Навещу его вечером, он как раз сменится с караула. А мистер О’Ларри пусть с таинственным видом поприсутствует – я не стану его представлять. Хм… Однако мне знакомо это имя. Бац-Кастлмур… Не тот ли, что был замешан в деле с подвесками её величества?..

– Простите? – удивлённо изогнул бровь старший инспектор.

– Вам не положено об этом знать, джентльмены, прошу меня простить, – ответил коммандер и вполголоса добавил: – Да, однозначно тот…

Затем мне задали ещё несколько незначительных вопросов и отпустили восвояси. Смена моя почти закончилась к тому времени, на посту у ложа Дэнгё-дайси уже находился сдвоенный пост, и удерживать меня в участке никто не стал.

Как и планировал, после смены я отправился в «Цветок вишни», дабы малость заморить червячка. К удивлению моему, на полпути я был настигнут коммандером Споком, лицо которого выражало всё что угодно, вплоть до смущения, но только не начальственное превосходство.

– Констебль, – он начал без обиняков, – я прошу вас оказать мне одну услугу.

– Разумеется, сэр. – Я мысленно распрощался с обедом. – Чем могу вам помочь?

– Понимаете ли… – Контрразведчик малость стушевался, но тут же взял себя в руки. – В этом году я должен получить повышение с переводом в Киото, а вы, я слыхал, большой знаток ниппонской кухни, чего о себе я сказать не могу. У людей своего круга, поймите, я спрашивать совета не решаюсь, но не хотелось бы в колонии выглядеть невеждой, не знакомым ни с местными реалиями, ни с церемониями ниппонцев, включая застольные, – этак ведь и конфуз выйти может. Не могли бы вы мне порекомендовать место, где я смогу всё это изучить?

Ну это да. Подсуропят свои, как пить дать. Повышения-то всем хочется.

– Сказать по чести, сэр, ниппонских церемоний я и сам не знаю, но, убеждён, мне известно, кто может ввести вас в курс, – ответил я. – Разумеется, мистер Сабурами. Он и ниппонец, и самурай, как они называют эсквайров, сэр. Я как раз к нему и следовал, так что прошу, если угодно, со мной. Палочками пользоваться научу, если желаете, и сам, это не сложно.

Итак, обед мой спасён. Ура! Ну и оказать любезность этому джентльмену я вовсе не против. Мне не сложно, а ему и короне только на пользу.

В такое время в «Цветке вишни» обыкновенно достаточно многолюдно, и этот день не стал исключением. Посетители, в основе своей люди богемы или светские эпатиры, к визитам констеблей привыкли давно и на моё появление не отреагировали (ну, за исключением мистера О’Хара, который обедал за дальним столиком в обществе двух девиц своего возраста, дружелюбно помахавшего мне рукой в знак приветствия), а вот форма коммандера вызвала неподдельный интерес. Не каждый день в ниппонскую ресторацию высокопоставленные офицеры заглядывают.

Мистер Спок, впрочем, чего-то подобного, видимо, ожидал, а потому не обратил ровным счётом никакого внимания на заинтересованные взгляды.

Я сразу провёл его к мистеру Сабурами, представил их одного другому, кратко изложил суть дела и, оставив их договариваться, прошёл за один из немногочисленных свободных столиков. Договорились ниппонец и моряк довольно быстро, после чего в руки мистера Сабурами перекочевало несколько ассигнаций, и его сын, Хэйхатиро, удалился с коммандером в отдельный кабинет. Оно и правильно: показывать перед окружающими своё неумение пользоваться приборами мистеру Споку было бы неловко. Да и ученичество – дело такое, что праздных зевак не терпит.

Отправив контрразведчика обучаться ниппонской премудрости есть не ложкой, а двумя палочками, содержатель заведения присел за мой столик, который как раз закончили сервировать две молодые ниппонки-подавалыцицы.