Констебль с Третьего участка - Сэй Алек

Ну что же, ему виднее, конечно. Хотя, может, думал: буду подозревать, что они о чём-то сговариваются.

Так или иначе, но я доел свой завтрак, позволил мистеру Сабурами уговорить себя выпить ещё чашечку ниппонского виски, тепло с ним попрощался и отправился домой, где сразу же уснул без задних ног.

Снилась мне склонившаяся над столиком в чайном домике монахиня, разделяющая пирожные пополам и вакидзасей намазывающая на нижние бисквиты коричневую массу, как масло на бутерброд. На груди у неё, отчего-то вместо креста, висела тихо позванивающая «музыка ветра», вимпл и корнет были не белоснежными, а кроваво-красными, лицо же и вовсе скрывала чёрная повязка, наподобие тех платков, что кавалеристы натягивают на лицо, защищая дыхание от пыли.

Вот ведь до чего уработался.

Несмотря на довольно сумбурные и неприятные сновидения, проспал я до двух часов дня и продолжил бы это занятие и дальше, если бы не настойчивый стук в дверь. Недоумевая, кому и что от меня могло понадобиться (ведь все соседи знали, что я вернулся после суточного дежурства и сегодня у меня отсыпной день), я поднялся с постели, чтобы поинтересоваться, кого же это по мою душу принесло.

За порогом обнаружился мальчик лет двенадцати, облачённый в форму почтмейстера.

– Мистер Айвен Вильк? – важно поинтересовался он, глядя на меня, и, дождавшись утвердительного ответа, протянул мне сложенный лист коричневой бумаги. – Вам телеграмма, распишитесь в получении.

Поставив автограф и вручив посыльному полпенни на чай, я вернулся в свою комнату, чтобы ознакомиться с содержимым послания. Телеграфировал мне, как оказалось, доктор Уоткинс, с просьбой как можно скорее навестить его у него дома, на улице Архитектора Бейкера.

Послание это меня изрядно озадачило – определённо не могу понять, зачем это я ему понадобился. Так, теряясь в догадках, я немедленно собрался, сел в кеб и уже спустя полчаса был у дома номер 2216.

Дверь открыла миссис Кристи, которая проводила меня в знакомый уже мне заставленный стеллажами с книгами кабинет, угостила чашечкой чая и удалилась. Минуту спустя в кабинет вошёл и мистер Уоткинс.

– Здравствуйте, сэр. – Я поднялся из кресла, приветствуя хозяина.

– Добрый день, констебль, – кивнул мне доктор. – Понимаю, вы удивлены моей просьбой о визите, к тому же я, верно, вытащил вас из постели. Вы ведь отдыхали после дежурства, верно?

– Ничего страшного, мистер Уоткинс, – поспешил успокоить его я. – К трём я всё равно обыкновенно встаю, иначе не смогу уснуть ночью, так что недоспал я буквально самую малость. Наверстаю вечером, сэр.

– Если примете моё предложение, то сильно в этом сомневаюсь.

– Прошу прощения? – не понял его слов я.

– Не буду ходить вокруг да около, констебль. Вы показались мне человеком весьма решительным и сообразительным, к тому же вы очень развиты физически, и по этим причинам я решил просить вас составить мне компанию в одном предприятии, – решительным тоном произнёс доктор. – По своим каналам мне стало известно, что сегодня в Дубровлин утренним поездом прибыл некий мистер Джон Доу, крупный криминальный специалист в области несгораемых шкафов. С учётом того, что за его голову негласно объявлено довольно солидное вознаграждение сразу в нескольких дубровлинских бандах, вернуться в столицу его могло заставить лишь обещание очень и очень солидного вознаграждения, и у меня нет ни малейших сомнений в том, что вознаграждение это ему назначено за вскрытие тайника матери Лукреции.

– Но позвольте, сэр, – удивился я, – ни один даже самый умелый взломщик не вскроет дверь, которая в принципе не открывается снаружи, а обитель и институт на ночь запираются на засов – мне сестра Епифания об этом как-то говорила. Как же он доберётся до кабинета настоятельницы?

– Ах, мистер Вильк, мистер Вильк, – покачал головой доктор Уоткинс. – Ну неужто вы ещё не поняли, что у злоумышленников есть свой человек внутри? Ведь всё на это указывает. Двери, безусловно, будут отперты, и он войдёт внутрь совершенно невозбранно. Я решил устроить засаду на негодяя и арестовать его, но, поскольку он может оказаться и не один, я прошу вас составить мне компанию в этом предприятии.

– Сэр… Но имею ли я право на такие действия без разрешения начальства?

– Вам не о чем беспокоиться, констебль… – начал было говорить доктор, но в это время дверь отворилась, и миссис Кристи доложила:

– К вам мистер Ланиган, сэр.

Вслед за этим в кабинет стремительным шагом проследовал и сам инспектор.

– А, Вильк, вы уже здесь? Превосходно, – сказал он.