Украденная служанка - Стелла Вайнштейн

Я долго не могла заснуть, несмотря на усталость после дня, полного перемен. Навалилась тяжесть от случившегося. За последние дни появилась привычка засыпать под горячим мужским боком. Новая кровать казалась большой и холодной.

Я отчаянно скучала по Энтони.

Сама сбежала от него. Как он сказал?

«Я свидетель, согласие получено добровольно.»

Холодная фраза. Будто засвидетельствовал купчую на рогатый скот.

Я не жалела о содеянном. Наши отношения с Энтони зашли в тупик. Я стала для него камнем преткновения, причиной ссор с братом. Он спрятал меня в свои покои как драгоценную вещь.

Нечего чувствовать себя виноватой. Он подлил мне приворотного зелья в вино, затем утолил страсть. Его чувства казались настоящими? Может, я просто люблю обманываться.

В любом случае, ему будет лучше без меня. Особенно в компании знойной красавицы-невесты.

Я не буду о нем думать. Лучше запланирую завтрашнюю встречу с модисткой. Нужно неназойливо перевести разговор на Миранду и выяснить о ней как можно больше. Начать со внешности — Мэй мелкого роста, хрупкая и кучерявая. Интересно, какова пропавшая белошвейка?

А еще подумаю о просьбе к мужу. Уроки этикета, танцев и всего, что нужно знать аристократке в первую очередь. Но кроме этого во мне начала зреть еще одна идея.

* * *

Лорд Бестерн решил соблазнить меня. С чего бы еще я проснулась от плеска воды, и обнаружила в своей комнате полуголого молодого мужчину, в самом рассвете сил, принимающего ванну.

Не знаю как ему удалось внести бадью и наполнить ее водой, не разбудив меня, но сейчас он насвистывал что-то под нос и с удовольствием поливал себя, давая струям стекать по мускулистой и волосатой груди.

Я спрятала саркастическую усмешку, искоса наблюдая за утренним туалетом мужа. Хорош, не классической смазливой красотой, а внешностью уверенного в себе спортивного мужчины. Черты лица резкие, скулы заострены, подбородок тяжел и выдается вперед чуть больше обычного. На щеках щетина, черные волосы струятся по плечам, кучерявая поросль покрывает грудь и спускается по кубикам пресса к паху. Туда я не смотрела.

— Поможешь? — сказал лорд Бестерн, протягивая губку.

Я заколебалась. Решила не перечить зря, потереть спину не так уж и тяжело.

Накинула расшитый халат, приготовленный заранее на спинке стула подле кровати. Закатала рукава и взяла в руки намыленную губку.

Терла старательно, размеренными механическими движениями. Бестерн подставлялся под прикосновения как млеющий под ласками кот. Его глаза хитро блестели.

— Прислуживать при купании входит в мои обязанности? — ровным голосом едко спросила его.

— Скорей в привилегии, — самодовольно протянул лорд, и, оперившись руками в стенки бадьи принялся вставать.

Я спешно отвернулась и протянула ему лежащее рядом полотенце, отгораживаясь раскрытым полотном от неприличной картины. Закрыть полностью мужское тело не получилось. Мой муж рослый мужчина.

Я прикусила щеку изнутри и отвернулась. Уильям широко улыбался. Ему удалось что-то там прочитать в моем лице и он упивался осознанием собственной неотразимости.

Милый, тебе меня не видать, пока я полностью не разберусь с вашим пророчеством или с другой причиной, по которой ты подлизываешься к бывшей служанке. А пока подыграю, мне не трудно. Тем более, что в этом мире мне везет на мужчин.

— Кстати, я подумала о нашем вчерашнем разговоре. Если он все еще в силе, то хотела бы попросить тебя исполнить мою давнюю мечту.

— Конечно, дорогая.

Лорд Бестерн использовал обширное полотенце для того, чтобы вытереть голову, оставив все остальное на виду. Сложен внушительно, ничего не скажешь, словно лесоруб, а не аристократ.

— Я хочу свою лабораторию, — сказала я, пряча улыбку. — У меня появилось несколько задумок для лекарств. В вашем мире для богатых есть целители, бедные же обходятся своими силами. Мои знания могут принести пользу.

— Расскажи подробней, — Бестерн нахмурился, в замешательстве перестав красоваться. Вышел из бадьи, обернул полотенце вокруг бедер, и деловито поинтересовался. — Какие знания?

Полуголый лорд Бестерн уселся подле меня с кипой писчей бумаги и первосортными ручками, прижался горячим плечом к моему плечу и углубился в объяснения.