Украденная служанка - Стелла Вайнштейн

У меня появилось нехорошее чувство в животе, будто все это подстроенная ловушка, в которую я влетела что есть мочи, радостно хлопая крыльями. Бестерн крепче схватил меня под локоть.

Кто-то сунул мне в руки букет лилий, на плечи накинули кружевную шаль, усыпанную жемчугом. Застегнули на ходу верхнюю юбку из блестящего атласа. Миг, и я стояла в проходе одетой в сверкающий наряд, подходящий принцессе.

В первом ряду сидела эмбия Уилкокс. Она приветливо подняла руку и подмигнула мне. Рядом с ней сидела дородная женщина в бархатном платье с двойной ниткой крупного жемчуга вокруг шеи. Ее Бестерн приветствовал поклоном. Кто она, мать?

Он привел своих родственников в часовню?

Тогда молодая девушка с синими глазами его сестра. Сухопарый педант в очках — виз.

Энтони занял место в первом ряду, по другую сторону от родни Бестерна. Единственный гость невесты.

Меня шатало, мысли беспорядочно скакали в голове, пытаясь упорядочить происходящее.

Кажется, я стану женой лорда. Настоящей. Достойной уважения. Упереться рогом и отказаться? Во имя мужчины, сидящего со слишком прямой спиной, в первом ряду?

Мысль об Энтони полоснула раскаленным прутом по сердцу. Комната завертелась в калейдоскопе. Я боялась признаться самой себе в чувствах к принцу. Он стал слишком близок, слишком важен. И все же, я считала долг перед Энтони оплаченным сполна. Ради него я отказалась от всего.

Прости, Энтони. Я больше не могу жить в заточении. Скоро придет тот миг, когда ты зайдешь в комнату и виновато отведешь глаза. Когда я наскучу тебе и буду выставлена прочь. Ты сам сказал, что хорошо обеспечишь меня. Но я не имею душевных сил ждать подобной участи.

Лорд Бестерн, каков бы ни был его план, готов женится.

А я готова избавить тебя, Энтони, от столь неудобного присутствия служанки в твоей жизни. Особенно, когда на пороге ждет невеста.

Прости, Энтони, но я простою за алтарем до конца.

Я всегда хотела слишком многого. Понимала, что ты не способен на большее, и именно это останавливало меня перед тем самым днем в западной башне.

Какая ирония, что ты станешь свидетелем моей свадьбы, а не наоборот. И я рада, самолюбиво рада, что мне не придется смотреть, как ты берешь в жены другую.

Косые лучи из круглых окон под потолком золотили сутану священника. Воздух пропитался ладаном, кружил голову, окутывая тяжелым покровом. Водопад цветов ниспадал с двух сторон алтаря, ровно горели свечи. Мои бледные руки сливались с белизной кружева на юбке.

В душе черный водоворот и боль.

Может эгоистично, но лучше так.

«Прощай, Энтони» — сказала я в сердце, не поворачиваясь к нему. — «Я, кажется, любила тебя.»

И все же внутренняя порядочность не позволила безвольно подчинится чужому замыслу без честного признания.

Я потянулась к уху Бестерна и прошептала так, чтобы услышал только он.

— Я не Богиня.

Он успокоительно похлопал по ладони, лежащей в изгибе его локтя, и прошептал в ответ.

— Я знаю.

Я слушала речь священника, думая о своем. Что за человек мой будущий муж — неизвестно. Эмбия Уилкокс отзывалась о нем хорошо. Она приветливо поздоровалась со мной, точно я выполнила придуманный ею план. Эмбия с самого начала хотела, чтобы я вышла за Бестерна? Почему? Какая польза от служанки?

Если бы они считали меня Богиней, тогда понятно. Тогда Джек Пот. Я должна была бы раскрыть свою личину перед алтарем и короновать мужа. Но Бестерн выглядит до странности спокойным и довольным, услышав мое чистосердечное признание в собственной никчемности.

Хочет досадить Энтони? Забрать его игрушку? Мелко для высокородного лорда, да и его мать на удивление спокойно смотрит на мезальянс.

Остался лишь один вариант. Ричард. Это его победа. Мое полное устранение из жизни принца.

Священник монотонно читал строки из священного писания. Я стояла, понурив голову, думая о своем. И вдруг резкое движение заставило поднять голову. Священник повернулся спиной, взял предмет, невидимый глазу и поднял его над головой. В его руках сверкала золотая чаша, чем-то знакомая. Я обомлела — именно из нее я пила в лабиринте.

— Дети мои, — произнес священник. — Испейте из родовой чаши и пусть ваш союз укрепит род и принесет благоденствие. Любите и уважайте друг друга.

Родовая чаша Бестернов, полная остро пахнущего вина. Две недели назад, после изнурительного испытания, я не думая, приникла к награде победителя. Насладилась вкусом отменного напитка. Я не обладала нужными знаниями, и поплатилась за это. Потому что сегодня, благодаря наставлениям Энтони и тяжелой работе, я явственно ощущала в вине остаток чужого дара. В нем было растворено «нечто», резко жужжащее и мелкое, способное влиять на разум, только каким именно образом я понять не могла.

— Не буду пить, — прошептала я Бестерну.

— Девочка, — ответил он мне, так, чтобы никто не услышал. — Тебе самой будет легче расслабиться во время первой брачной ночи.

Афродизиак. Так я и думала. Один неверный шаг, всего лишь глоток вина… И я сама набросилась на принца, уничтожив собственные шансы на учебу. Первая костяшка домино упала, потянула за собой другие. Я не уехала из дворца, рассорила Ричарда и Энтони, а теперь Бестерн. Что меня ожидает дальше?

Во рту появился металлический привкус.

— Не буду пить, — твердо сказала ему.

— Как знаешь, — Бестерн крепче сжал мой локоть и демонстративно отхлебнул из чаши.

Я лишь смочила губы.

Церемония продолжалась. Священник желал нам всех благ и крепкого брака. Я разрывалась между желанием сбежать и сумасшедшей надеждой на то, что Энтони прекратит этот фарс.

Нет, на Энтони я не надеялась. Я ему не доверяла.

В стремительности происшедшего все было неправильным. И то, как Бестерн специально вывел меня из равновесия, сделав вид, что Энтони согласен мной поделиться, и как быстро потащил к алтарю стоило по дурости подыграть под его дудку, и согласие принца отдать меня другому. Да, спокойствие принца казалось страннее всего.

Наконец церемония окончилась. Нас назвали мужем и женой. Бестерн ослабил хватку, расслабленно ухмыльнулся, будто все это время ждал, что я сбегу.

Его мать прохладно протянула мне руку для пожатия. Сестра молча смотрела своими огромными глазами невозможного топазового цвета. Девица показалась мне немного не в себе.

Я обернулась найти глазами Энтони, но его и след простыл.

Я осталась с незнакомыми людьми. Совершенно одна.

Пришло время расхлебывать последствия своего бездумно брошенного согласия. Или, что намного вероятнее, следить за чужой игрой на мою жизнь.