Синдром отличницы - Елена Ромова

Я выполнила все, что он велел.

Такер вновь укутал меня, приказав:

— Пей.

И я послушно приникла к чашке.

— Знаешь, Лессон, ты очень милая, когда не язвишь и делаешь ровно то, что я тебе говорю, — улыбнулся он. — А теперь покажи свои ручки, хочу убедиться, что они еще на месте, — он коснулся моих прохладных, все еще красных пальцев: — Держи кружку обеими руками. Умница. Видишь, делать все правильно не так уж сложно.

— Я должна извиниться перед вами, — вымолвила тихо.

Кей включил камин. Искусственное пламя заплясало перед моими глазами.

— За что? — поинтересовался он.

— За все это.

— За то, что не дал тебе умереть в сугробе?

— За то, что я доставляю вам неприятности. Вам не должно быть дела до моих проблем.

— Ты прощена.

Тепло окутывало меня странной негой. Успокоением.

— Я, наверно, позвоню в такси, — произнесла, спуская на пол ноги. — Я и так доставила вам кучу неудобств.

Такер оторвался от камина, взглянул на меня.

— Ты хоть знаешь, который час?

— Нет.

— Тогда помалкивай.

— Но…

— Останешься, — безапелляционно заявил мужчина. — Я привезу тебе вещи и куртку, а пока ложись спать. Хочешь здесь, а хочешь в спальне.

— Здесь, — машинально ответила я.

— Отлично. А теперь посмотри на меня, — он коснулся моего подбородка. — Голова не болит? Не кружится?

— Нет.

— Озноб?

— Я в порядке.

— Уверена?

Не помню, чтобы хоть кто-то, помимо родных, проявлял обо мне подобное беспокойство.

— Да, спасибо.

— Постарайся уснуть, Лимма.

Я легла, дабы Такер убедился, насколько благодарно я следую его указаниям. Но стоило ему подняться, как я запаниковала.

— Доктор Такер! — я просто позвала его, не придумав ни одной причины, чтобы задержать его дольше.

— Что? Подоткнуть тебе одеяло, Лессон? — он, наверное, не умел разговаривать без этой дурацкой привычки язвить.

— Нет, я… просто…

— Просто так и скажи мне: я хочу, чтобы ты остался и посидел рядом со мной.

Мне казалось, я не имею права утруждать его. Ему, наверно, надоело со мной возиться. Но с другой стороны…

— Да.

— Что «да», Лимма?

— Я хочу, чтобы вы побыли со мной.

Мужчина сел на диван мне в ноги. Больше в этой комнате сидеть было не на чем.

— У вас нет даже телевизора, — вдруг заметила я.

Кей усмехнулся.

— Я провожу здесь не так много времени, чтобы его смотреть.

— Это в вашем характере.

— Что? — не понял мужчина.

— Полностью отдаваться работе. Вы — сухарь. Вы не хотите чувствовать. Моя мама была такой. Она говорила, что ради цели нужно от многого отказываться. От чувств тоже.

— Иногда от них не так просто отказаться, Лессон, — вымолвил мужчина.

— Но у вас получилось.

— Не уверен.

Я положила ладони под голову, глядя в камин.

— Я бы тоже хотела не чувствовать, — сказала совершенно серьезно.

— А как же Питт? Его это положение вещей сильно расстроит.

— У него есть невеста и план лет на сорок вперед. Кроме того, наши отношения рано или поздно сошли бы на нет. Мы разные, а то, что влекло нас друг к другу, называется гормонами.

— Ты слишком разумная для ситайки, — ответил Такер.

— Это первый комплимент от вас, и он принимается.

— На здоровье, Лессон.

Мы некоторое время молчали, а потом я вдруг спросила:

— Почему вы… такой? Непримиримый? Деспотичный? Что с вами не так, доктор Такер? Почему вы вдруг стали относиться к окружающим вас людям так, будто они хуже вас?

— А разве нет? — улыбнулся мужчина. — Почему я должен относиться к кому-то по-другому?

— Разве люди не заслуживают шанса?

— Чаще всего нет. Вторые шансы — слишком большая роскошь.

— Доктор Такер, я…

— Я знаю, к чему ты ведешь, Лессон. Тебе интересно, почему я такой несправедливый к тебе, правда? Ты, наверно, гадала, нет ли у меня какой-нибудь травмы, не обидела ли в прошлом меня какая-нибудь ситайка? Твоя мать, к примеру? Я угадал?

— Возможно.

— Я просто такой, какой есть. И я не люблю людей, особенно глупых, заносчивых, считающих себя бесценными. Иной раз я вижу таких на операционном столе, выпотрошенных, точно индейка, и, поверь, они совершенно такие же, как и другие. В мире мало людей, которые чего-то стоят. А насчет вторых шансов, я знаю цену усилиям и кропотливой работе. Я не верю, что возможно чего-то добиться, обладая одним лишь талантом. Я знал много талантливых ученых, которые ломались, Лессон, а затем я забывал о них…

— Ну а я? Разве я не прилагала усилий?

— Дело не в тебе. Ты же большая девочка и все понимаешь, — он вздохнул, поправил мое одеяло: — А теперь тебе стоит отдохнуть. Закрывай глазки и спи.

И тогда он уйдет.

Почему эта мысль кажется мне невыносимой?

— Может быть, вы ляжете спать со мной? — этот вопрос прозвучал чудовищно бесстыдно.

Я услышала, как Такер шумно втянул воздух и, кажется, выругался.

— Лимма, — в его голосе почувствовалась улыбка, — как ты себе это представляешь? Если я и лягу с тобой в одну постель, то точно не для того, чтобы спать.

С удивлением я поняла, что не смущаюсь.

— Пожалуй, мне действительно нужно отдохнуть, — я повернулась на другой бок, зашуршав одеялом, и затихла.