Сыскарь из будущего - Эдгар Крейс

Когда Николай зашел в таверну, Федор, как всегда, стоял на своем любимом месте и приглядывал за своими работниками, а заодно и за посетителями. Увидев старого знакомого, он расплылся в улыбке и пошел ему навстречу.

– Здрав буде, боярин… – поклонился и громко поздоровался хозяин таверны, явно рассчитывая на то, что его посетители услышат титул гостя.

– Николя Франческе, – опередил его Николай и добавил: – Мсье!

«Хитрюга! Цену своей таверне перед посетителями набивает! Средневековье, а без рекламы никак», – усмехнулся опер и подмигнул хозяину таверны.

– Простите, мсье Николя Франческе! Издали не признал сразу! Надолго к нам? – на ходу перестроился Федор.

«Молодец, на ходу переобувается! Умен, или уже знает, что я сейчас в Разбойном приказе служу», – мысленно сделал для себя зарубку Николай.

– Думаю, сто-о в васей Московии я есть буду одна семь день! – нарочно коверкая слова, громко произнес опер.

Кое-кто в таверне обратил на него внимание, но иностранцы в Москве – обыденное дело, и посетители снова принялись за свои дела: есть, пить и громко разговаривать. Не привыкли в Московии вести беседы вполголоса.

– Я есть ходить вон за тот штоль и будет ждать обед!

– Что изволите есть, мсье Николя Франческе?

– Только высший класс или я не так сказаль – лучшай еда, бистро! – приказал Николай.

Он направился к столу, который стоял в дальнем углу, прямо у стенки. Оттуда идеально просматривалась дверь, а со спины к Николаю было не подойти. Через полчаса стол был полностью уставлен едой. Федор наклонился к его уху и тихо зашептал:

– После того как ты выпроводил из моей таверны ворогов, люди стали ко мне ходить все больше и больше. Все прознали про меня, и теперь от людей отбоя просто нет. Так что ешь, гость дорогой, а денег с тебя я не возьму ни за еду, ни за ночевку. Ты мой спаситель!

Николай не стал спорить, а просто кивнул головой и тихо попросил:

– Когда я поем, пусть самый смышленый из твоих мальчишек проведет меня в мою комнату. У меня к нему будет весьма важное дело. Только не забудь – самого смышленого и который умеет хорошо держать язык за зубами! И еще: мне будет нужна бумага и перо с чернилами.

– Кушайте на здоровье, мсье Николя Франческе! Если что будет нужно, вы только скажите мне, вмиг все исполню! – громко произнес Федор и, поклонившись, ушел на кухню.

Николай поел и кивнул Федору, и тотчас же к нему подбежал маленький черноволосый мальчишка. Он низко поклонился ему и попросил идти за ним. Комната, которую хозяин таверны определил ему, оказалась та же самая, что и в прошлый раз. На столе уже лежал чистый лист бумаги, а рядом гусиное перо и чернильница. «Хозяин таверны намекает, что понял игру! Тем лучше», – подумал Николай и обратился к мальчугашке:

– Город хорошо знаешь?

– А то! – важно подбоченившись и шмыгнув носом, ответил тот.

– Тем лучше! Тогда беги к дому Остафьевых. Сейчас вечер, боярин Алексей Никифорович уже должен быть дома. Передашь ему от меня записку. На воротах в доме будет стоять сердитый слуга, но ты ему скажи, что записка от меня – боярина Бельского.

– Да помню я ужо, что ты боярин Бельский! – скривился мальчишка. – Это ты для дураков, что в нашей таверне, себя немчурой велел называть! Ты же из Разбойного приказа! Неужто я такой же дурак, как и они! Я же знаю, что ты уже тьму разбойников вусмерть в Твери извел, а теперь за Москву взялся! Енто нужное дело, а то в Москве честному люду ужо от них прохода просто нетути!

Николай удивленно посмотрел на парня, хмыкнул, а затем, вспомнив про немецкого ювелира, настороженно спросил:

– И что, все в Москве уже про меня знают, что я из Разбойного приказа?

– Н-е-е, это у меня кореш дружит с пацаном, у которого мамка прислуживает в доме главы Разбойного приказа! Так вот, этот глава тебя сильно хвалил и говорил, что ты в Твери всех разбойников живота лишил! А правду говорят?

– А как ты догадался, что это про меня говорилось? – спросил Николай.